Гуль. Харизма +20. Том 2 (СИ)
— Значит, теперь всё оружие на борту энергетическое, — сказала Мэдлин, — патроны не закончатся, но может иссякнуть заряд нашего квинтессанта, и мы рухнем.
— Нет во вселенной абсолютного совершенства, — ответил я.
Внутри кабины тоже произошли изменения: у входа теперь стоял богато украшенный ящик с двумя резными статуэтками сфинксов на крышке.
— Ковчег для каноп. — Имхотеп оказался у подножья трапа. — Пожалуйста, используйте его для безопасной перевозки священных артефактов.
— Мы готовы лететь. — Я оглядел ангар. — Но нам необходимо прикрытие, чтобы отдалиться от пирамиды без хвостов.
— Будет исполнено, — пообещал жрец. — Да не обойдут вас боги своим благословением!
Оказавшись в кресле пилота, я вдруг осознал, что мумии заменили приборную панель. Теперь и она сверкала золотом, расположение кристаллов и счётчиков не изменилось, но под ними виднелись иероглифические подписи. Зачем?
— Антон, мы должны двигаться в северном направлении, — сказал Мэдлин.
— Понял.
Амулет зажигания лёг в гнездо, ожили двигатели и крылья, мы вылетели через открывшиеся двери ангара, а за нами последовали десятки скарабеев-истребителей. Все три больших корабля находились рядом: тупоносый чёрный «Демолишер» блокировал помпезного «Каллидуса»; «Курчатов» соблюдал дистанцию.
— Теперь их ещё больше, — констатировала Мэдлин, имея в виду частников.
— Почему? — спросил я.
— Мы оказались первыми, кто проник в пирамиду без боя с защитниками. Об этом уже сообщили по всему наилскму Инкарнаму и, наверняка, за его пределами. Многим стало интересно, охотники за новостями прибыли, вон скины известных новостных порталов. Кстати, ничего не замечаешь?
Я заметил только после её намёка — среди частников насчитывалось много топтеров модели «Драконья мушка». Разные скины, разное оружие, некоторые выглядели весьма потрёпанными, словно только что валялись на свалке, а другие, наоборот, казались доработанными, будто на них тратилось много времени и ресурсов.
— Они думают, что модель топтера может послужить пропуском?
— А почему нет? Правил ведь не объявляли. Только никто ещё не осмелился проверить сам.
Когда мы выбрали направление, многие частники стали огибать пирамиду на безопасном расстоянии, чтобы перехватить нас.
Мэдлин коснулась пластины навигатора и в кабине зазвучал голос эльфийки-ведущей, которую я видел на «Сверкающей каме»:
— Информация, которую мы получили вчера, подтвердилась: в пирамиду действительно проник орнитоптер неизвестного происхождения, и вот, он вновь показался снаружи. За безымянным бортом следует эскорт враждебных летательных аппаратов, они двигаются на север.
— Надо же! Я первый раз попадаю в новости!
Мэдлин как будто чуть вздрогнула, медленно обернулась через плечо и стала смотреть на мумию, не мигая.
— Что?
— Это вот ты сейчас без иронии сказала, госпожа Малмондканд?
— Я… О-о-о! Не подумала, простите.
Я не удержал хохот, даже топтер затрясло.
Тем временем навигатор издал короткую трель, ведьма коснулась его и в кабине раздался нечеловеческий, глубокий голос. Все мумии кроме фараона Аменхотепа и его жреца говорили на языке древнего Наила, который понимала только Лиззи. Она выслушала послание и ответила втрое более мощным рокотом.
— Они готовы, свяжут врага боем, пока будем улетать.
— Хорошо, ждать больше нечего.
Я переключился на турбинную тягу и погнал топтер вперёд, эскадрильи скарабеев устремились за нами, догоняя и обгоняя, а наперерез по дуге мчались игроки. Следовало отдать мумиям должное, они вступили в бой с самоубийственной отвагой. Я стал маневрировать, швыряя борт в разные стороны, крутясь вдоль продольной оси, пока Лиззи вела огонь. Новое оружие работало, сгустки жёлтого света очередями били по врагу, издавая забавные «птюу-птюу-птюу-птюу».
Наконец мы вырвались из общей мешанины, и я выжал полный форс, те игроки, которые попытались догнать нас, были сбиты налетевшими скарабеями. Уже издали я наблюдал, как десятки галер поднялись в небо и стали обстреливать корабли игроков, чтобы те не могли проследить за нами.
— Хорошо. Полагаю, можно разворачиваться?
— Пронесло. Я опасалась, что «Курчатов» бросится в погоню, но инженеров интересует пирамида, а не мы. Сейчас за нами никто не следит, значит, можем разворачиваться, — согласилась ведьма. — Кстати, пора вернуться к старому стилю, он не настолько вычурный.
Она опять стала копаться в навигаторе, пока скин «Драконьей мушки» не поменялся обратно на красный. Мы плавно развернулись, огибая пирамиду по широкой дуге, и полетели на юг.
— Кстати, а куда мы направляемся?
— На границу с Дюнным Морем. Вчера я посидела в Инкарнаме, на информационном портале Лиги Праздношатающихся Созерцателей, где ошиваются скауты, картографы и прочие коллеги…
— Я ему уже рассказывала об этих чудилах, — сказала Лиззи. — Прости, что перебила!
— Так вот, судя по всему, Ангус увязался с экспедицией в Дэлы. Наверняка решил, что сможет что-то там спереть, как обычно. А нам нужно перехватить их под Козырьком, где находится большой перевалочный пункт на пути в древний город. Если не будем останавливаться, доберёмся приблизительно за сутки.
— А мы будем останавливаться?
Ведьма несколько раз стукнула ноготками по подлокотнику.
— Нет.
— Вот и замечательно.
* * *Несмотря на то, что фонарь кабины был затемнён, солнце, отражавшееся в золотой приборной панели, сильно слепило. Очень скоро это начало раздражать и Лиззи вызвалась на подмогу.
Почти вся жизнь субрегиона Наил сосредотачивалась близ вод великой реки, её берега были зелены, а вокруг простирались поля. Небольшие города и деревни тоже процветали у воды, в зарослях тростника, а дальше, если верить Мэдлин, была только смертельно опасная пустыня. Днём она жарила, ночью — морозила до смерти. Песчаные бури могли сдирать кожу с костей, а ещё песок был домом для тысяч видов агрессивных и ядовитых мобов. Пустынные племена постоянно совершали налёты на караваны, а их способы пыток заставляли трястись поджилки. Не самый добрый субрегион, зато богатый на приключения и сокровища. Именно они и привлекали игроков, — поиски древних кладов, тайны гробниц, ловушки, археологические раскопки.
Мы летели на самый юг, далеко справа вздымался горный хребет, далеко слева, почти невидимая, тянулась лента Наила. Ведьма читала книгу, мумия вела топтер, я тихо сидел сзади, в тенях, и страдал от жары. Выяснилось, что мои доспехи не только плохо грели на морозе, но и отвратительно охлаждали при жаре. Если бы моё тело существовало в реальном мире, я сказал бы, что броне не хватало кровеносных сосудов ближе к поверхности, чтобы кровь переносила тепло изнутри вовне. Эта игра порой была реалистичной до зубовного скрежета.
Мы летели целый день и целую ночь, время от времени под нами проплывали островки зелени среди песков — оазисы, но, в основном, были оранжевые скалы.
— Подлетаем! — крикнула Лиззи спустя несколько часов.
— Это точно то место? — спросил я.
— На третий раз, — да, — подтвердила Мэдлин.
— Я не виновата, в этой пустыне руины разбросаны на каждом шагу!
Из дюн под большим наклоном торчала гряда скал. Они служили естественной защитой от ветра и солнца, вместо песка под ними находился участок растрескавшейся земли. Козырёк. В его тени прятались палатки и шатры, загоны со скотом, мелкие постройки из дерева и камня. Чуть в стороне от разбитого лагеря виднелись полузасыпанные руины.
— Говорить буду я, активируйте анонимайзеры и не шевелитесь. Накладываю на вас Иной Облик.
Мэдлин дважды произнесла заклинание, и мы преобразились. Своего лица я не видел, зато руки стали человеческими, и появилась одежда. Лиззи получила облик живого игрока с лёгкими доспехами и луком за спиной, маска осталась неизменной.
— Магия — это нечто! — заявила мумия, рассматривая гладкую кожу ладней.
Мы покинули топтер и направились к шатрам. Навстречу уже выдвинулась встречающая делегация; впереди важно вышагивали два человека: не первой молодости мужчина и женщина-сверстница, он был жилист, лыс, обладал роскошными каштановыми усами и держал грудь колесом; она также была жилиста, грациозна, имела пышную причёску каштановых волос с проседью. Оба носили костюмы песчаного цвета, скроенные в одном фасоне: рубашки с нашивными карманами, ноские брюки, добротные ботинки со шнуровками, шейные платки с драгоценными брошами. «Этторе Ломброзо, археолог 50 уровня (НИП)» шёл, держа в руке трость, а у «Олифы Ломброзо, антрополога 50 уровня (НИП)» подмышкой был стек.