Бастард рода Неллеров. Книга 8 (СИ)

— Беги. — отпускаю, и мы с Сергием направляемся к лестнице.
На втором этаже мы быстро нашли двери с нужной таблицей, но топтаться перед нею не стали, отошли в конец коридора и по примеру пары в холле опёрлись задницами о подоконник. Он высокий, так что, сидеть на нём пришлось бы свесив ноги, а сие для моего статуса невместно.
Моё появление не должно быть для Берты неожиданным, и Ника её предупредила, да и Ирен тут всем о моём предстоящем визите разболтала, к гадалке не ходи. И всё же, девчонка наверняка волнуется. Лишь бы помнила наказ баронеты Ворской, что никаких вашпреподобий и милордов. Просто Степ. Мы ж с ней друзья, и сегодня она нам вассальную клятву даёт. Дядя Андрей в полдень нас уже ждёт в главном столичном храме. У прелата Курта даже документы готовы, осталось лишь их подписать самой Берте, вице-канцлеру и нам с дядюшкой в качестве свидетелей клятвы.
  
Над университетом разнёсся гулкий звук колокола с главного здания. Понятно, обозначена перемена. Я ожидал, что сразу же распахнутся все двери, но пришлось ещё пару минут подождать, прежде чем открылись первые и коридор начал заполняться вышедшими из аудиторий студентами и одним из преподавателей. Нас с Сергием заметили не сразу, зато как только это произошло, слух обо мне распространился по коридору почти мгновенно, вызвав шушуканье и множество любопытных взоров. Правда, среди них не увидел Берты. Что-то задерживается в классе моя подруга. Ну, раз гора не идёт к Магомету, то Магомет подойдёт к горе.
— Пошли. — говорю секретарю и направляюсь к двери с номером двадцать семь.
Оттуда уже вышло человек десять, и тоже уставились на меня. Что, не ждали? Думаете, кто-то пошутил, что сам прославленный боевой маг и целитель вот так по простому заявится в ваши пенаты? Нет, это не шутка. Конечно, мне тут делать нечего, но у милорда Степа Неллерского здесь учится друг, и как её не навестить, не посмотреть своими глазами, не поинтересоваться, насколько успешно идёт у миледи из Новинок учёба.
Мне не нужно никого расталкивать, передо мной и так все расступаются, освобождая проход. В аудиторию — довольно большое помещение со столами и скамьями, расположенными от ряда к ряду выше — вхожу, когда там оставалось ещё человек двадцать пять, включая преподавателя — сухопарую женщину лет за пятьдесят с седыми волосами и лошадиным лицом, как и студенты одетую в мантию, отличающуюся лишь зелёным цветом.
— Берта! — зову копающуюся в сумке девушку.
Та вскидывает голову, видит меня, быстро переставными шагами выбирается из-за стола к проходу, сбегает ко мне, вешается на шею и только тут отвечает:
— Степ! Я так тебя ждала!
— И вот он я. — обнимаю свою молоденькую брюнетку. — Чего плакать-то?
Вокруг нас повисла тишина как на поминках. Кажется, в нас сейчас дырки взглядами просверлят. Ничего, пусть смотрят.
— Милорд Степ Неллерский, если не ошибаюсь? — уточняет преподавательница. — Ваше преподобие?
  
Глава 24
 
Всё же здорово, что в рансбурском университете свободное посещение занятий, хочешь — ходи, не хочешь — пропускай, главное сдавай экзамены и зачёты. Что-то мне подсказывает, такая красота не только у нас, в других государствах таже самая картина, во всяком случае, на нашем континенте Итерика. Всё же, порядки в разных государствах тут не сильно различаются. Американский президент Грант как-то сказал, что бог создал людей сильными или слабыми, а полковник Кольт всех уравнял.
Не знаю насчёт этого, но наличие магии и класса одарённых во всех странах, делает их общественные и социальные взаимоотношения очень сильно похожими, в империи ли, в королевствах или республиках. Различается лишь распределение власти в них между аристократическими родами. Подозреваю, если Эдгар с Филиппом в своей схватке доведут род Саворских до ничтожества, в Кранце тоже может организоваться аристократическая республика вроде Верции, Швердинга и Диоса или Лига на подобие Ахорской, Торнейской или той, что существует на крайнем северо-востоке, называемой Лигой Вольных городов, в которой воля только для господствующих там родов и семей торговых грандов, вбирающих в свои кланы всех одарённых их государства.
Да, могу свободно увести с лекции миледи из Новинок. Легко вывести девушку из хутора, но хутор из девушки невозможно. Господи, это-то при чём? К моей девочке данная пословица никакого отношения не имеет. Я о другом, о том, что мудрый, и хорошо знаю натуру преподавателей из опыта своей прошлой жизни, уверен, здесь они не сильно другие. Станешь пропускать их занятия без уважительных причин, чёрта с два сдашь потом зачёт или экзамен. Поэтому, пообнимав и успокоив Берту, расплакавшуюся от счастья встречи с благодетелем и, надеюсь, очень нравящимся ей парнем, обращаюсь к травнице:
— Вы позволите забрать родственницу? — обращаюсь на вы, как принто между не представленными друг другу дворянами, а преподаватель университета становится благородным, даже если не одарён. Закон ещё от тысяча трёхсот какого-то года. Почти восемь веков действует, когда даже Кранца не было, а мы являлись лишь имперской провинцией Северск. — Миледи должна сегодня дать вассальную клятву.
— Да-да, конечно. — женщина смотрит на меня во все глаза и не может удержаться от вопроса. — Скажите, а вы действительно тот самый, ну, тот самый милорд Неллерский? Мне вечером сказали, что вы можете прийти, только я не думала…
— Нас так-то трое, — чуть сжимаю локоток своей девчонки. Господи, всё также кожа да кости. Могли бы во дворце и откормить. Ладно, она раньше жила на рапсе, батате, и лепёшках из скверной муки вперемешку с лебедой и тёртой корой, так не разжиреешь, но сейчас-то чего? — Милордов Неллерских трое, — объясняю. — кроме меня ещё мои дяди Курт и Иоанн. Вы кого из нас имеете в виду? Если аббата Степа, то да, это я.
Думал, она начнёт чего-нибудь выспрашивать, но преподавательница, чуть краснея, принялась расхваливать мою протеже, какая она умница, старательная и скромная. Можно подумать, я сам этого не знаю, тётушка Ника мне подробно обо всём писала, да и Берта весточки слала. Я бы ещё добавил, что она красавица, но сейчас это к делу не относится. Впрочем, шоры на глазах держать не люблю, прекрасно понимаю, вчерашней крепостной очень сложно учиться, она и пишет-то как курица лапой, а вывозит её только сильный магический источник, какому многие графские рода могут лишь завидовать, благодаря которому в алхимии Берта на голову выше своих однокашников, даже одарённых. Писала, что смогла создать зелье полного забвения. Ника сказала, что такое даже её супругу, главному королевскому магу недоступно, не хватает одного оттенка, а других вариантов накладываемых на отвары таких плетений, кроме двух известных, в общедоступных и наших родовых библиотеках не имеется.
— Очень приятно было услышать. — принимаю слова преподавательницы весьма благосклонно. — Если будут какие-либо просьбы ко мне, можете их передать через миледи из Новинок. Не обещаю выполнить, не знаю, как будет со временем и возможностью, но обязательно рассмотрю.
Зря наверное я так сказал. Кто она такая эта тётка? Наберу ненужных обязательств перед людьми невысокого ранга, и к чему это? Ничего, раз уж сказал, то чего жалеть. Слово не воробей.
— Благодарю вас, ваше преподобие. — коротко поклонилась женщина.
Оставив преподавательницу в откровенно восторженном состоянии, с Бертой выходим, взявшись за руки, в коридор. А здесь столпотворение. Пусть не весь алхимический факультет, но все, кто занимается на этом этаже высыпали в коридор. Не проверял, однако уверен в аудиториях сейчас не осталось ни студента, ни преподавателя. Сергий мой мало напоминает ледокол, а ему приходится выступать в его качестве, пробивая нам дорогу. Хорошо, что люди тут вежливые, расступаются, прижимаются к стенам, освобождая проход. Меня просто едят глазами, а на Берту смотрят с откровенной завистью. Чувствую, любви к ней теперь не прибавится, скорее, наоборот, но, уверен, всё будет по другому. Миледи из Новинок обзаведётся свитой из подхалимов, лукавых друзей и попрошаек. Надо будет её предупредить. Надо? Сделаем.