Бумажная империя (СИ)

В офисе повисла гробовая тишина.
— Всем привет. Простите за опоздание. Я что-то пропустила? — вошла в помещение редакции опоздавшая Вика.
* * *
Вечер уже накрыл город тёмным одеялом. Николай Петрович Приходько шёл домой по небольшой улице, освещаемой лишь редкими фонарями с пронзительно жёлтыми лампами. Каждый раз, выходя из освещённой лучом фонаря области, он словно растворялся в темноте, а потом вновь появлялся в свете следующей лампы.
  
Он думал о сегодняшней встрече с Даниилом Уваровым. Ему был противен этот парнишка. Такой молодой, но такой уверенный в себе. Откуда у него взялись акции газеты, пускай и такой небольшой?
Чем больше Николай думал о визите в редакцию, тем сильнее переживал за своё будущее. Нет, конечно же он не боялся этих жалких журналистов. Эти канцелярские крысы со своими блокнотами не представляли для него какой-то угрозы, но решительность во взгляде Уварова пугала его.
Он не отступит, — думал полицейский.
Если он не отступит, то уважаемые люди будут недовольны. Они чётко дали понять Николаю Петровичу, что необходимо осадить наглых журналистов, взявшихся за одного из людей, находящихся в структурах Волка.
Тихая, безлюдная улица казалось эхом разносила мысли полицейского.
Он вновь растворился в темноте неосвещённого тротуара.
Луч следующего фонаря услужливо освещал небольшой участок улицы, готовый принять вечернего путника, появившегося из темноты. Но Приходько не вышел на свет.
— Босс спрашивает насчёт газеты. Вопрос закрыт? — прижал пухлого полицейского к холодному бетонному зданию невысокий молодой парень.
Он был почти на голову ниже Приходько, но его развитая мускулатура позволяла разговаривать с полицейским с позиции силы.
— Мы были там, передали недовольство Волка. Но пока дело не открыто мы ничего не можем сделать, — словно перед начальством отчитался Николай.
— Значит заведите дело, помешайте им. Нельзя допустить, чтобы бизнес босса пострадал. Эти журналюги могут выйти на куда более крупные афёры чем этот детский сад. Действуйте быстрее, иначе придётся разбираться мне лично,— с угрозой произнёс человек Волка.
* * *
По пути домой, я зашёл в бакалейную лавку, чтобы купить продуктов.
— Добрый вечер, Виктор Наумович, — поздоровался я с пожилым продавцом, являющимся также и владельцем магазина.
— Добрый, Даниил Александрович, — поприветствовал он меня, явно думая о чём-то своём.
— Случилось что? — поинтересовался я, пока он взвешивал заказанные мной продукты.
— Да у меня огромные яйца появились наконец-то. Такие и продавать то не стыдно, а никто о них не знает. Так вот и стухнут скоро, выкидывать придётся. Жалко мне, — с тоской произнёс он.
Не выдержав, я рассмеялся. Пожилой продавец даже и не понял, как забавно прозвучали его сетования на судьбу.
— Простите пожалуйста, Виктор Наумович, — отсмеявшись, я примирительно поднял руки. — Не со зла, просто очень двусмысленно прозвучала фраза ваша.
Дедок задумался, а сквозь его густую бороду проступила искренняя детская улыбка:
— Ох, Даниил Александрович, вы уж простите меня. Не хотел вас смущать.
— А почему не покупают? — уже серьёзно спросил я.
— Так я ж никогда яйцами не торговал, люди то и не привыкли у меня брать. А ещё дорогие говорят. Ну а как им не быть дорогими, если они в полтора раза больше чем в лавке Евсеева то?
Я задумался, а затем предложил деду:
— Виктор Наумович, а вы готовы развязать войну?
  
Глава 14
 
Пожилой продавец в бакалейной лавке смотрел на меня взглядом, полным непонимания.
— Простите, Даниил Александрович. Мне послышалось что вы предложили мне развязать войну, — протянул владелец лавки, пристально смотря на меня и явно ожидая пояснений.
— Всё верно, Виктор Наумович, — улыбнулся я. — Я предлагаю вам развязать рекламную войну против лавки Евсеева.
Моё пояснение не сильно добавило понимания в глазах старичка, поэтому я продолжил:
— Мы прорекламируем ваши яйца. Но при этом упомянем товар из лавки Евсеева. Только учтите, что Сергей Сергеевич может обидеться и тоже сделать рекламу, где упомянет вас.
Лицо бакалейщика прояснилось и он хитро подмигнул мне:
— Знаете, Даниил Александрович, я всегда рад обидеть этого прохиндея. Он ведь открыл свою лавку, не взирая на то, что мой магазин работал на этой улице ещё до того как этот щегол на свет появился!
Ох, Виктор Наумович. Ну просто святая простота. Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что люди тут не привыкли к конкуренции и маркетинга как такового здесь тоже нету.
Но идея устроить торговую войну между двумя мелкими продавцами мне очень понравилась. Во-первых я протестирую новый формат и проверю, насколько этот мир готов к такому агрессивному виду рекламы. Ну а во-вторых, не сомневаюсь, что Сергей Сергеевич придёт ко мне жаловаться, как только увидит то, что мы напечатаем в качестве рекламы лавки Севастьянова. И как только он придёт ко мне, то я предложу ему нанести «ответный удар» и тем самым развяжу самую настоящую маркетинговую войну между ними.
Если всё получится, то есть все шансы неплохо на этом заработать и стать первым в этой нише. А как известно первый, кто заходит с новым продуктом — снимает все сливки.
Но мои размышления прервал голос продавца:
— Даниил Александрович, но боюсь у меня совсем нет на это денег. Я знаю сколько стоят рекламные объявления в печатной прессе и боюсь это непозволительная роскошь для моего скромного магазинчика.
— Не беспокойтесь. Я не попрошу с вас денег за рекламу. Вместо этого мы заключим договор, согласно которому вы выплатите определённый процент с проданного товара за обозначенный срок, — спокойно предложил я.
Седобородый старичок нахмурился, явно подсчитывая что-то в уме. В том, что это выгодное для него предложение я не сомневался. Без рекламы его товар действительно протухнет и прибыли он не получит. А с рекламой он получит доход, пускай и не такой большой как рассчитывал.
Для меня же деньги с подобной рекламы были не столь огромные, но это был неплохой обкаточный полигон. Да и есть ещё Евсеев с его потенциальной 'ответкой, за которую я получу неплохую выгоду.
— Знаете, Даниил Александрович, я пожалуй соглашусь на ваше предложение, — протянул мне руку Виктор Наумович.
— Прекрасное решение. Уверен, вы даже не представляете какой ажиотаж тут начнётся после выхода рекламы, — улыбнулся я, уже видя броский заголовок:
«У меня теперь есть огромные яйца! В полтора раза больше чем у Евсеева. Вы не уйдёте разочарованными».
И под всем этим стильная фотография импозантного седобородого старичка с товаром в руках.
Представив это, я едва не рассмеялся. Вирусный маркетинг во всей красе. То ли ещё будет.
Забрав свои покупки, а также дюжину огромных яиц в подарок, я покинул лавку, предупредив Виктора Наумовича о том, что пришлюа завтра к нему фотографа.
* * *
Утренний кофе отлично бодрит. Но сегодня мне он не понадобился. Ведь едва я вышел на кухню, как в дверь постучали.
— Даниил, здравствуй, — на пороге стояла Наталья Васнецова.
Пу-пу-пу. Неужели опять началось и мой приказ забыть о чувствах ко мне утратил силу? Впрочем в ней что-то изменилось. Теперь она была гораздо увереннее, осанка стала по-настоящему аристократической, а взгляд — строгий и смелый. От былой нервозности и страха не осталось и следа.
— Доброе утро, Наталья Ивановна, — поприветствовал я девушку и пропустил в квартиру.
Она прошли и по хозяйски села за кухонный стол, явно ожидая что я предложу ей чай или кофе.
  
— Может быть чай или кофе? — спросил я.
— Не откажусь от черного кофе, спасибо.
Сделав напиток, я сел за стол и внимательно посмотрел на гостью.
— Как подготовка к вашей свадьбе? — аккуратно поинтересовался я.
— Великолепно, Даниил, — просияла она. — Отец просил передать вам самые искренние благодарности. Вчера они виделись с графом Никитиным и согласовали все детали. И судя по настроению отца — переговоры прошли успешно.