"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
На этом месте лейтенант себя одёрнул: не хватало, чтобы подчинённые его нервозность заметили. И так он самый молодой в группе. Хотя на заставе до сих пор никто и никогда себе снисходительности к молодому лейтенанту не позволял, Никита Свиридов всё равно чувствовал себя неуверенно. Особенно теперь, когда застава отвечала за солидный район – а помощи и, главное, совета ждать неоткуда. Большая часть пограничников и военных сейчас на востоке. И пусть северная граница с союзниками была спокойной. Охранялась больше для порядка и служила во многом школой «обкатки кадров» после училища. Всё равно – приграничье.
Никита дёрнул плечом, пытаясь отогнать очередного кровососа, потом мысленно на всё плюнул. Не так уж и досаждают. Если быть честным, дело вообще не в них, просто нервы. Раньше, как рассказывали сослуживцы, было легче. Конечно, нападение всякой гадости с востока в мае прошлого года стало неожиданностью – никто не предполагал, что не активированные икра и яйца спокойно пережили своих создателей. Старший брат Никиты был из «завтрашних». Тех, кто отступил в прошлое, родился второй раз, сохранив память и опыт предыдущей жизни. После Катастрофы организация «завтрашних» вышла из тени, большинство из них логично заняли важные посты в промышленности, армии и правительстве. Знал и рассказывал брат о событиях на восточной границе чуть больше, чем передавали официальные сводки. Даже сейчас, просто вспоминая, парень почувствовал холодок между лопаток. Повезло, что выручили нэрлих, и до поселений твари не дошли.
Украдкой скосив взгляд на часы, Никита мысленно выматерился. Опять он задумался и за рассуждениями выпал из реальности. На полминуты, не больше, никто вроде не заметил – только какой тогда из него командир?! Всю жизнь на опытных сержантов и бойцов надеяться, а самому в облаках витать? Тогда зачем он нужен? Бросать армию к чёртовой матери в этом случае, пока не подставил кого!
«Это потому, что в этом году мы вообще одни, без нэрлих, – начал оправдываться внутренний голос. – Весной этого года неожиданно пошёл звёздный дождь метеоритов, а сейсмографы зафиксировали возле Южных островов землетрясение и цунами. «Провалились» остальные куски Земли, их энергетический импульс был изначально меньше, потому и достигли нового мира они с пятилетним опозданием. Явление закономерное, понятное. Но землянам и их союзникам. Для остальных столь необычные природные явления – грозное предзнаменование богов и демонов. Появились разного толка предсказания, ожили секты и пророки, заполыхали обиды. Каган держит армию наготове у северной и западной границ. Лет сто назад раз тоже начиналось с необычной кометы и пограничных стычек с гвенъя, а закончилось большой войной, в которой Королевства и гвенъя ударили по нэрлих с двух сторон. И хотя повадки мутантов теперь известны, армия всё равно бдит на востоке. А нам здесь всё лето сидеть без поддержки…»
На этом месте своего выдуманного адвоката Никита оборвал. Людям, которых он обязан защищать, всё равно – есть союзники или нет. Они хотят спать спокойно. И будут правы, для этого военные и существуют.
Рядом бесшумно раздвинулись кусты, и возле командира на траву опустился радист:
– Товарищ лейтенант, «жёлтый» на весь шестьдесят третий. Пока без деталей.
Никита почувствовал, как отступивший было холодок тревоги возвращается. Жёлтый код означал: люди в ближайших деревнях и хуторах бросают всё и бегут под защиту стен. Пограничники должны отступить вглубь территории, перекрывая возможные места прорыва. И ждать данные разведки с воздуха. Но сразу везде солдаты оказаться не могут, потому сейчас от решения командира зависит, куда именно направятся бойцы – и успеют ли они именно к месту, где неведомая опасность ударит по людям. В голове сразу «высветилась» карта местности с населёнными пунктами, и, едва подошёл последний секрет, лейтенант отдал приказ:
– Выдвигаемся к ферме Щегловых.
Сержант-заместитель кивнул, молчаливо соглашаясь. Укреплённая точка прямо в середине линии аномалии. А если обнаруженное «нечто» ферму обойдёт и двинется к деревне – они успеют и туда.
До подворья оставалось чуть больше километра, когда донеслась стрельба. Сердце у Никиты ёкнуло: не ошибся!.. Но сразу же вбитые навыки взяли верх. Голова стала холодной. Лейтенант махнул бойцам, жестами отдавая приказы. К ферме, разбившись на несколько групп, пограничники подошли широкой дугой. Так, чтобы не терять друг друга. И с запада, со стороны, противоположной той, откуда шла интенсивная стрельба. Когда первая группа подошла к границе полей, в воздух, привлекая внимание, полетела ракета. На ферме поняли сразу. По лесу на восток ударили несколько коротких очередей трассирующими. Пограничники тут же открыли шквальный огонь по указанным местам. В ответ прилетел огненный шар. Но далеко в сторону. Разорвался, как фугасный снаряд, легонько толкнув воздушной волной. Больше ничего.
Прикрывая друг друга огнём, один за другим, через поспевающие поля гороха, пограничники бежали к ферме. Когда ворота захлопнулись, лейтенант оглядел подворье. Два сарая разбиты, стена дома закопчённая – рядом валялись три пустых огнетушителя. Прислонившись к дому, на земле сидел и хрипел парень, из бока торчала стрела. Хозяин стоял на подмостках, вглядываясь в лес. Его жена с радостной улыбкой накинула на ворота брус, потом подхватила с земли ружьё и тоже встала у бойницы.
Пограничники начали занимать круговую оборону. Никита взял радиста за плечо – тот как раз собирался в дом, разворачивать рацию. Негромко, чтобы никто не слышал, приказал.
– Как сообщишь, что у нас «Циклон»… Дальше сиди и передавай всё, что видишь. Если… Наши должны знать. Как можно больше.
Боец молча кивнул. Если напала не мелкая группа разбойников, а идёт крупное вторжение, шанс продержаться до подхода помощи хоть и есть, но мизерный. В одиночку погранзастава не справится, а большая часть пехоты на востоке. И все вертолёты там же. Перебросить их для поддержки с воздуха – пара часов как минимум…
Поля вокруг села Репьевка были полны насекомых, жужжащих, летящих, снующих туда-сюда, все заняты важными делами. К полудню солнце обычно пригревает настолько сильно, что внезапные порывы ветра и редкие облака не могут хоть ненадолго охладить зной и жару. Потому на этот час обычно и назначен обед: кабина трактора превращается в раскалённую железную печь, да и просто постоять на солнце – запросто схватишь солнечный удар. Сегодня поля опустели по иной причине. Из-за неё сейчас председатель спрятался в тени поселковой стены, всматриваясь в окружающее пространство биноклем через бойницу. В перекатывавшиеся зелёно-жёлтые волны зреющих хлебов. И в кустарник на цепочке холмов вдоль реки. С досадой подумал, что зря не настоял там всё вырубить. Его убедили: дожди будут смывать почву. А врагов нам бояться нечего, нэрлих с той стороны. Свои. И вот. Теперь в зарослях слона можно подвести чуть ли не к самой стене, и никто ничего не заметит.
Почувствовав, как со спины подошёл помощник – председатель узнал его по шагам, только он так шаркал во всём селе – спросил:
– Что слышно, Никифор?
– Погранцы стрекозу запустили. Скоро до нас доберётся. Миша смотреть зовёт.
Председатель почесал подбородок. Не к месту подумал, что вот он, признак старости – раньше брился раз в пару дней, а теперь уже к обеду кожа шершавая. Тут же заставил себя выбросить глупости из головы.
– Ну, пойдём. Раз ничего другого нет.
Картинка с беспилотника будет транслироваться в том числе и на стоявший в доме сельсовета приёмник. Может, что и углядят… ибо интуиция так и кричала: плохо дело. А председатель пережил и лихие девяностые, с налётами отморозков «плати за охрану или спалим». И войну с бандитами, попытавшимися после Катастрофы подмять под себя отрезанный от Земли кусок Ульяновской области. Потому интуиции привык доверять.
Обратился к пулемётчику:
– Дима, я тогда в сельсовет. А вы не расслабляйтесь тут без меня. Проследи.
– Будь сделано.
По дороге сосед негромко заговорил: