"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Ладно, давай сюда, приятель, — пробормотал себе под нос и потащил его в нашу спальню, предварительно открыв дверь ногой.
— Видимо, тихо войти у меня не получилось, как бы ни старался, потому что чуткие кошачьи ушки Риты встрепенулись, она подняла голову и сонно жмурилась, пытаясь понять, что происходит.
— Нашел его в коридоре, — прошептал тихо, чтобы не разбудить еще и Шелли. — Понятия не имею, где его комната.
  
— Клади его сюда, — она приподняла край одеяла. Когда мальчик был уложен, она поплотнее укутала его и откинула светлые пряди со лба. — Почему ты так рано встал?
— Плохой сон, — отмахнулся. — Мне нужно помедитировать.
— Иди и ни о чем не волнуйся, — сказала она и сжала мою руку в своей. — Я позабочусь о них.
— Спасибо, — устало, но благодарно улыбнулся ей, а потом поцеловал в щеку. — Постарайся снова уснуть, котенок.
С этими словами вышел из комнаты и пошел по дому в поисках идеального места для медитации.
Посетив несколько пустых комнат отдыха с удобными подушками на полу, небольшой сад, внутренний и задний дворик, понял, что найти хорошее место будет не так уж просто.
Точнее дело даже не в месте, а в моих внутренних ощущениях. На тот момент, все еще раздерганный страшным сном, я просто не мог заставить мысли угомониться. Да и сосредоточиться без гипнотического голоса Рамзи, который провел бы меня по этому пути, было сложно.
Как повелителю удалось так быстро погрузить меня в медитативное состояние? Вряд ли тут помогла бы его маленькая особенность.
Ответ пришел ко мне, когда я вышел на один из многочисленных балконов поместья.
Солнце только начинало подниматься, оно осветило горизонт там, где небо сливалось с океаном, и мне вспомнился глубокий баритон Байрона, описывающий шум волн, под который нужно было подстроить свое дыхание.
Вид с этого балкона открывался потрясающий, пенистые волны медленно набегали на скалистый берег и так же плавно отступали. Если хорошенько прислушаться, можно было даже услышать плеск воды.
Отлично.
На самом деле другие места в Александрийском поместье были ничуть не хуже, но здесь мне было за что зацепиться, поэтому остался. Взобрался на широкие каменные перила, скрестил ноги и положил одну руку на диафрагму, чтобы блуждающему разуму было проще сконцентрироваться на дыхании.
Сосредоточился на слабом шуме волн, попробовал отделить этот звук от всех остальных и оставить в голове место только для него. Мне показалось, что проще будет очистить разум, если сначала сосредоточить его на одной простой задаче.
Волны хлынули в меня вместе со вдохом.
С отливом выдохнул.
Еще раз. И еще.
Постепенно мысли, постоянно находящиеся в хаотичном движении, застыли точно так же, как зеркальная поверхность воды в бассейне для сбора Десятины.
— Что ты пытаешься сказать мне? — выдохнул и открыл свой разум для всего, что пытался донести до меня остров.
Поверхность бассейна вспыхнула жидким серебром перед моим мысленным взором. Я представил, как осторожно, чтобы не потревожить водную гладь, подбираюсь к нему поближе, чтобы посмотреть в отражение.
Из водоема на меня уставилась пара молочно-белых глаз, я отпрянул назад и чуть не свалился с перил.
— Черт! — прошипел, схватившись за голову. Так, нужно немного успокоиться. Подумаешь, чуть не упал и не расшибся о каменную плитку.
Как только сердцебиение снова пришло в норму, закрыл глаза и снова сосредоточился на шуме волн и на дыхании.
Вдох вместе с приливом.
Выдох с отступающими волнами.
Зеркальный бассейн снова вспыхнул в сознании, я подошел к кромке спокойной воды. Уже готовый к тому, что там увижу, не стал наклоняться слишком низко. Вряд ли бы это испугало меня так сильно снова, но зрелище не самое приятное.
Вдох-выдох, открыл глаза и смело посмотрел в свое нелицеприятное отражение.
На этот раз все было не так плохо, лицо не было мертвенно-бледным, цвет был вполне естественным, но глаза — жуткие. Да видок в целом. Как будто зимой меня прихлопнули и засыпали снегом, а по весне из сугроба показалось оттаявшее лицо.
«Я» из отражения выглядел циничным и напыщенным. До меня дошло, что так выглядит ненависть к миру, эгоцентризм и тщеславие, если достаточно долго их подкармливать.
Видок был, мягко говоря, не очень. Я начал понимать, что хочет сказать мне Ашен…
— Макс? — послышался голос издалека. Он вернул меня в реальность.
— Думаешь, можно его беспокоить, пока он в таком состоянии? Вдруг, он… — прошептал другой голос, прежде чем его прервали.
— Но прошло уже пять солнечных часов, наверняка он уже сильно проголодался, — начал рассуждать еще один голос.
А потом вновь послышался первый.
— Тссс! — шикнула Рита. Я настолько оклемался, что смог узнать ее. — Он может упасть, если неожиданно его потревожить.
Упасть?
Приоткрыл один глаз и увидел сверкающий океан во всем его великолепии. Над островом Сканно сияло утреннее солнце.
Точно. Я же сел помедитировать на балконе и, если правильно все расслышал, просидел там целых пять часов.
Вот это да. Наверное, для завтрака уже поздновато.
— Ооох, — застонал, как дед, выгибая спину. Хотелось размять затекшие мышцы. Несмотря на продолжительное сидение в одной позе, я чувствовал себя отдохнувшим, намного лучше, чем после того, как проснулся. Хотя мой желудок был явно с этим не согласен, он отозвался острым чувством голода.
— Кто-то говорил о еде?
Оглянулся через плечо. В дверном проеме между Сетом и Ритой стояла Шелли с подносом, накрытым крышкой.
— Видишь? — сокол указал на меня рукой. — Говорил же тебе, что с ним все будет в порядке.
— Ты провел здесь много времени, дорогой, — промурлыкала моя кошка и подошла, чтобы размять плечи. — Нашел ответы на все свои вопросы?
— Я… — озадачила она меня своим вопросом. Во время медитации мне пришло одно осознание, но все детали ускользнули, потому что сюда явилась эта делегация. — Наверное, да.
— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Шелли.
  
Глава 24
 
— Не ужели я так плохо выгляжу?
— Чувствую себя хорошо, — сказал как можно увереннее, чтобы она не волновалась и посмотрел на серебряный купол. То, что под ним было спрятано, издавало умопомрачительный запах. — Что принесли мои заботливые жены?
— У нас есть для тебя бутерброд, любимый, — пропела феникс и подняла крышку.
На тарелке и правда лежал поджаренный бутерброд с расплавленным сыром и ароматным мясом, рядом стоял бокал ягодного вина.
— Выглядит потрясающе, — взял горячий хрустящий завтрак и с аппетитом откусил огромный кусок. — Мне нравится, что ты его поджарила.
— Да, тут я позволила себе некоторые вольности, — сказала Шелли, ее высокие скулы залил легкий румянец. — Тебе правда нравится?
— Никогда не ел ничего вкуснее, — может, это небольшое преувеличение, но мне приятно было смотреть, как она покраснела окончательно.
— Что ж, теперь, когда ты снова с нами, нам лучше пойти на тренировочную арену, — Сет, который обычно валял дурака, был на удивление серьезен. — И лучше нам поторопиться. До поединка с нашим отцом осталось не так много времени, а ты еще даже не знаешь, как держать лук в руках.
— Хорошая мысль, Сет, — небрежно положил руку ему на плечо, чтобы немного снизить градус напряжения и серьезности. — Обещаю с этого момента стать твоим скромным, послушным учеником.
— У тебя уже есть опыт обращения с оружием дальнего действия? — спросил сокол.
— Ну, я пару раз играл в пейнтбол, — вспомнил, как к нам в детский дом приезжали какие-то спонсоры, малышне привезли сладости и билеты в кукольный театр, а для нас организовали такое развлечение. Идиоты. Надо же было додуматься дать в руки озлобленных подростков оружие, пусть и пневматическое.
  
— Что за пейнтбол? Играл? Это игра? — удивилась Рита. Видимо, ее мозгу сложно было поставить в один ряд игру и оружие.
— Да, это игра, в которой у всех участников есть оружие. Оно стреляет такими маленькими цветными шариками, — объяснил, демонстрируя по воздуху нажатие не спусковой куроксмаркера. — Игроки делятся на две команды, у каждой — шарики определенного цвета. Кто быстрее подстрелил всех соперников, тот и победил.