Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)

— У меня есть свои источники, — она бросила быстрый взгляд на звёздное небо через разбитый купол. — Защита от драконьего чутья работает, если не знать, что искать. Но я знаю Латора лучше, чем кто-либо. И я знаю, что он никогда не оставит вас в покое. 
В её последних словах прозвучала такая убеждённость, что холодок пробежал по моей спине. Она говорила как человек, столкнувшийся лицом к лицу с неумолимой истиной, и принявший тяжёлое решение. 
  
Кассиан и я обменялись быстрыми взглядами. Появление Атины полностью меняло расклад сил и направление наших переговоров. Я чувствовала — надвигается нечто большее, чем я могла предположить, затевая эту встречу. Что-то, что выходило за рамки простого делового союза и касалось самой сути клана Авельтан. 
— Что именно произошло между вами и Латором? — спросил Кассиан после долгой, напряжённой паузы. 
Атина обменялась со мной быстрым взглядом, затем медленно прошла к столу и опустилась на одно из кресел. Даже в этом простом движении сквозила драконья грация, словно напоминающая, что под человеческой оболочкой скрывается древняя, могущественная сущность. 
— Дело не только в разрыве помолвки, — начала она, и её голос стал тише, заставляя нас обоих подойти ближе. — Латор не просто пошёл против матери, он уже решил оспорить её право быть фактически главой клана. Он затеял войну, Кассиан. Настоящую войну за власть в клане. 
При этих словах Кассиан напрягся, его взгляд стал ещё более внимательным. 
— И вы, ринтана, — Атина повернулась ко мне, — сейчас попадёте в самую гущу событий. Оуката хочет вас стереть с лица земли. А старейшинам Лиралин преподносится как ценный ресурс, который поможет Латору закрепить свою власть. 
Я почувствовала, как холодок пробежал по спине. Столкновение с альфа-свекроном меня не пугало, но разбираться с высокими отношениями крылатых мне ну никак не улыбалось. Эта большая ящера опасна и способна на подлость ради власти. Точно. 
— Я узнала об этом случайно, — продолжила Атина, понизив голос до шёпота. — Подслушала разговор Латора со старейшиной Тарраком три дня назад. Они не знали о моём присутствии. 
Кассиан провёл рукой по лицу, и я впервые увидела, как его ледяное спокойствие дало трещину. 
— Серьёзно? Это же... — он покачал головой, в его голосе звучало неприкрытое изумление. — Никто не выступал против Оукаты уже более четверти века. И она невероятно опасна. Человеку там не место. — Он повернулся ко мне. — Да и Лиралин — не просто ресурс. Он не понимает, что затевает? 
Атина горько улыбнулась, её янтарные глаза потемнели: 
— Латор считает, что правила существуют для других, не для него. И старейшины поддерживают его – они одержимы идеей усиления магии клана через союз с возрождённым даром Радналов. — Она покачала головой. — Они видят в вас не человека, не личность, а средство для достижения цели – усиления клановой мощи. 
Я сглотнула, пытаясь справиться с нарастающим страхом. То, о чём говорила Атина, выходило далеко за рамки простой борьбы за независимость – я оказалась втянутой в настоящую драконью войну за власть. 
— Я пришла предупредить вас, — добавила Атина, — потому что сейчас обстановка накалена, и одержимость Латора только растёт. Он готов пойти на всё, чтобы заполучить вас и ваш дар. А Оуката... — она сделала паузу, — она не простит предательства сына и попытки отобрать власть. Она уничтожит всех, кто встанет на его сторону. 
Кассиан молча прошёлся по комнате, его шаги были бесшумными, несмотря на напряжение, сквозившее в каждом движении. 
Наконец он остановился, повернувшись к нам: 
— Я помогу вам, — произнёс он с неожиданной решимостью. — Не только ради выгоды или исследований. То, что затевает Латор, может привести к катастрофе для всего клана. 
Я смотрела на него, осознавая, что за его словами стоит нечто большее, чем просто желание защитить меня – это было решение дракона, принимающего сторону в конфликте, который может изменить баланс сил в его мире. 
— Что мы можем сделать? — спросила я, чувствуя, как адреналин разливается по венам, вытесняя страх. 
— Нам нужен план, — ответил Кассиан. — И действовать нужно быстро. 
Они с Атиной обменялись быстрыми взглядами, в которых читалось мгновенное взаимопонимание – то, что могут разделить только представители одной расы. 
— Предлагаю формальный союз, — продолжил Кассиан, — который будет объявлен до зимнего бала. Опередим Латора. Как член клана с равным статусом, я имею такое право. 
Атина кивнула, её лицо приобрело выражение сосредоточенной решимости: 
— Я могу отвлечь внимание Латора в критический момент, — предложила она. — Он всё ещё считает меня своей союзницей. И не подозревает, что я знаю о его планах. 
Я посмотрела на драконицу с недоумением: 
— Почему вы помогаете мне? — спросила я прямо. — Мы ведь соперницы. Вы могли бы просто остаться в стороне. 
Атина выпрямилась, и в её осанке появилась та драконья гордость, которую я видела в ней при нашей первой встрече. Но сейчас в ней не было высокомерия – только достоинство древней расы. 
— Я дракон, ринтана, — ответила она с едва заметным наклоном головы. — Мы ценим силу и честь выше мелочных человеческих обид. Вы доказали свою силу, отстаивая свою независимость, а Латор своими действиями потерял право на честь. — Её янтарные глаза сверкнули. — К тому же, я не желаю видеть, как мой клан раздирается войной из-за жажды власти одного дракона. 
Я была впечатлена её словами и почувствовала новое уважение к драконице, которую раньше считала лишь надменной соперницей. 
Мы быстро сформировали план действий, оговаривая детали предстоящей церемонии и того, как избежать вмешательства Латора до её завершения. Кассиан объяснял тонкости драконьих законов, а Атина дополняла его информацией о настроениях в клане и о том, кто из старейшин может поддержать нас. 
Внезапно Кассиан замер, его голова резко поднялась, а тело напряглось, как у хищника, почуявшего опасность. 
— Нас обнаружили, — произнёс он тихо, но с такой тревогой, что мы с Атиной мгновенно замолчали. — Драконье чутьё... кто-то приближается. 
Атина побледнела, её глаза широко раскрылись: 
— Это Латор. Я чувствую его ауру. Он в ярости, — прошептала она, поднимаясь на ноги одним плавным движением. 
  
Я ощутила, как страх сжимает горло: 
— Что нам делать? Бежать? 
Кассиан быстро оценил ситуацию, его взгляд стал острым и решительным: 
— Нет времени, — ответил он. — Мы должны формализовать наш союз прямо сейчас, до его прихода. Тогда даже Латор не сможет оспорить его по законам клана.