Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)

Атина без колебаний открыла изящную сумку, которую я раньше не замечала, и достала оттуда древний пергаментный свиток с золотым тиснением. 
— Я предвидела такую возможность и взяла формуляр драконьего союза, — объяснила она, разворачивая его на столе. — Нужна лишь капля крови от обоих и магическая печать. 
  
Я смотрела на свиток, покрытый странными рунами и драконьими символами, осознавая всю серьёзность происходящего. Решение, которое определит мою судьбу, теперь требовалось принять за считанные минуты, без возможности всё тщательно обдумать. 
— Решайтесь, ринтана, — поторопил Кассиан. — Он уже близко. 
Я колебалась лишь мгновение, а затем решительно кивнула: 
— Давайте сделаем это. 
Кассиан быстро достал небольшой ритуальный кинжал из внутреннего кармана и произнёс несколько слов на древнем драконьем языке. Лезвие засветилось голубоватым светом. 
— Это церемониальный клинок, — пояснил он. — Рана будет неглубокой и заживёт мгновенно. 
Он аккуратно сделал небольшой надрез на своей ладони, позволив нескольким каплям тёмной, почти фиолетовой крови упасть на пергамент в указанное место. Затем протянул кинжал мне. 
Я взяла его, ощущая странное тепло, исходящее от рукояти, и, не позволяя себе думать о последствиях, провела лезвием по ладони. Боль была удивительно слабой – словно лёгкий укол. Моя кровь, ярко-алая в отличие от драконьей, упала рядом с его каплями. 
Атина быстро активировала какой-то амулет, который служил магической печатью. Он засветился золотистым светом, скрепляя наш союз. 
В тот самый момент, когда ритуал завершился, двери обсерватории распахнулись с оглушительным треском – словно их ударили неимоверной силой. В проёме появилась высокая фигура, окружённая аурой такого жара, что воздух вокруг неё плавился. На пороге стоял Латор – его глаза пылали оранжевым огнём, на скулах проступала золотая чешуя, а воздух вокруг дрожал от жара. Никогда прежде я не видела его настолько близким к драконьей форме, настолько опасным. 
— Предательство! — прорычал он, и его голос был лишь отдалённо похож на человеческий. — Ты посмел, Кассиан?! 
Кассиан спокойно поднялся, держа в руках свиток с ещё не высохшими кровавыми подписями: 
— Союз заключён по всем законам клана, кузен, — произнёс он с удивительным спокойствием, хотя я чувствовала, как напряглось его тело, готовое к атаке. — Ринтана Лиралин выполнила условия древнего договора. 
Латор издал нечеловеческий рык, и я с ужасом увидела, как его форма начинает меняться – плечи расширяются, черты лица заостряются, превращаясь в драконий облик. В замкнутом пространстве обсерватории это выглядело особенно устрашающе. 
— Тогда я оспорю этот союз древним правом! — прорычал он, и от его голоса задрожали стёкла в уцелевших окнах. — Правом силы! 
Кассиан мгновенно встал между Латором и мной, его тело также начинало трансформироваться – я видела, как меняется текстура его кожи, как проступает серебристая чешуя. 
— Если ты настаиваешь на поединке, я принимаю вызов, — ответил он ледяным тоном. — Но не здесь. Не рядом с людьми. 
Латор перевёл взгляд на меня, и в его пылающих глазах я увидела смесь ненависти и боли, от которой сжалось сердце: 
— Как вы могли? — произнёс он, и на мгновение в его голосе прорвалась настоящая боль, прежде чем снова быть поглощённой яростью. 
Он резко развернулся и вышел, но перед тем, как исчезнуть, бросил через плечо: 
— Драконья арена. Полночь. Там решится судьба твоего... союза. 
Когда Латор исчез, напряжение в комнате немного спало, но не исчезло полностью. Я повернулась к Кассиану: 
— Что такое драконья арена? — спросила я, чувствуя, как дрожит мой голос. — И что значит "право силы"? 
Кассиан мрачно посмотрел на меня, постепенно возвращая своему телу полностью человеческий облик: 
— Это древняя традиция, — ответил он. — Если дракон считает, что его права нарушены, он может вызвать соперника на поединок. Победитель получает всё, что оспаривалось. Ну и заодно всем остальным расскажет, что с его силой не стоит спорить. Он безумен. Правда безумен. Тут не только жажда власти, тут что-то иное. 
— Но это же варварство! — возразила я. — Мы не можем решать такие вопросы дракой! Разве нет какого-то совета старейшин, правовой процедуры? 
Атина печально покачала головой, её лицо было серьёзным: 
— Добро пожаловать в мир драконов, ринтана, — произнесла она тихо. — Здесь сила часто решает то, с чем не справляются законы. 
Кассиан подошёл ко мне и неожиданно сжал мою руку в своей. Его прикосновение было тёплым и странно успокаивающим. 
— Не бойтесь. Я буду сражаться за наш союз, — сказал он с уверенностью, которой я не ожидала. Затем, помедлив, добавил: — Но на всякий случай... приведите свои дела в порядок. Латор – сильнейший воин нашего поколения. 
С этими словами реальность происходящего обрушилась на меня с новой силой. Двое драконов будут биться не на жизнь, а на смерть – из-за меня, из-за права на союз со мной. И, возможно, ради этого союза один из них отдаст свою жизнь. 
Когда я вернулась домой, уже глубокой ночью, мысли путались в голове, а руки всё ещё дрожали от пережитого. Тиар ждал меня в гостиной – он сидел в кресле у окна, не сводя глаз с улицы. Увидев меня, он мгновенно поднялся. 
— Что случилось? — спросил он, внимательно всматриваясь в моё лицо. — План сработал? 
Вместо ответа я молча протянула ему свиток с драконьим союзом, скреплённый нашими кровавыми подписями. Пергамент тускло светился в полумраке комнаты. 
— Да, — произнесла я, и мой голос прозвучал странно отстранённо. — И нет. Я теперь формально связана с Кассианом... но Латор вызвал его на поединок. Они будут сражаться за право на союз со мной, как будто я какой-то трофей! 
Тиар открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент из тени у камина выступила ещё одна фигура. Я вздрогнула от неожиданности – Карис, мой названный отец, которого я не ожидала увидеть здесь. 
— Дракон никогда не отступится от того, что считает своим, дочь, — произнёс он тихо, и в его голосе звучало понимание, идущее из глубины веков. 
  
Глава 18. Получи свое сокровище, ящерица, и не жалуйся!
   
Драконья арена возвышалась над городом подобно древнему исполину, застывшему в камне. Огромный амфитеатр, высеченный в толще горы тысячелетия назад, представлял собой полукруг террас, спускавшихся к центральной площадке — гигантскому кругу из полированного черного камня, который в лунном свете казался бездонным озером. По краям арены тянулись ряды потемневших от времени колонн, украшенных барельефами сцен древних драконьих сражений, а в верхней части амфитеатра располагались ложи для высокопоставленных зрителей, защищенные магическими барьерами.