Башня Богов III (СИ)
— Нет, — отрезала Магура. — Раздельно не справитесь, обе задачи непростые.
— Что тут за сбор? — внезапно раздался знакомый мне голос.
Мы заседали в центре бревенчатого «длинного дома», аналогичного постройкам викингов, здесь собралось уже полтора десятка местных жителей. Все повернулись в широкий входной проём и увидели группу подростков во главе с Орчаной.
Молодёжь явно вернулась с охоты: у всех колчаны со стрелами (луки убирают в инвентарь, а колчан туда-сюда мотать неудобно), на поясах висят птичьи и заячьи тушки, а мускулистый парень держит на плечах подстреленную лань. Мог бы убрать в инвентарь, но понтуется перед остальными.
— Привет, подруга, — я улыбнулся Орчане, почему-то думая, что девчонка обрадуется.
— Крыса тебе подруга, — огрызнулась она. — А я тебя знать не знаю, черномордый.
Чего?.. А-а-а, мы же познакомились, когда я был в пергаментах. В новом облачении она меня и не видела. Ладно, напомним:
— Яр!
— Человек? — удивилась джарра, наконец узнав голос. — А чего такой чёрный?
— Сменил облачение.
— Ты его знаешь, охотница? — спросил Онгар.
— Провожала лесным коридором в Хэзреш.
— И что скажешь?
— Вроде железный.
Железо в иерархии джарров — это неплохо.
— Решаем, как именно должники крови будут отдавать долг, — сказала Магура, указав на нашу тройку рукой.
Интересно, почему оба старейшины отчитываются перед тринадцатилетней девчонкой? И почему она вообще считает себя вправе задать им вопрос? Другие подростки молчали, глядя на нас исподлобья, да и взрослые не пытались вмешаться. Никто не чуял за собой силы и авторитета, чтобы разговаривать со старейшинами на равных. А Орчана чуяла.
— Без Вождя? — спросила она негромко, вроде и без наезда, но Магура сразу смутилась.
— Вождь плох, он сегодня не с нами, — быстро ответила зодчая. — Ему остались последние дни.
— Ясно.
— А что скажет Бурси Шагга? — поинтересовался я, и вокруг наступила резкая тишина.
Все джарры без исключения повернулись ко мне: одни с ужасом, другие с неприязнью, третьи, наоборот, с уважением и восхищением. Похоже, к старой ведьме в Убежище относились очень разнообразно. Магура побледнела от гнева, а Онгар усмехнулся.
— Меня послали к Бурси Шагге, потому и спрашиваю.
— Сейчас узнаем, — кивнула Орчана.
— Не смей…
Девчонка привычно перекинула ящик из-за спины вперёд и распахнула крышку до того, как Магура успела закончить возглас. Из короба повеяло мертвенным холодом и раздался пронизывающий стон, перекрывший другие звуки:
— Чи-и-истый. Неиспорченный. Живой. Ишь, какой ценный экземпляр нам попался.
Оттуда поднялась призрачная зелёная голова, которая уставилась на меня со злобной ухмылкой, игнорируя других должников.
— Ведьма, — Магура ударила кулаком по бревенчатой стене, и я заметил, как рука зодчей на мгновение стала каменной, а бревно едва не треснуло от силы удара. — Вернись в свой короб и не влезай в дела Убежища. Ты своё отжила, у тебя больше нет власти над племенем!
— А я не влезаю, деточка, — ухмыльнулась Буся во все остренькие жутковатые зубы, её глаза горели недобрым оранжево-красным светом. — Кровник сам меня вызвал, имеет право.
— Вождь не позволит Ведьме участвовать в кровном круге! — рявкнула Магура, подавшись вперёд.
— Но Вождь сегодня не с нами, — тихо сказала Орчана в наступившей тишине, и мне почудилась в голосе девчонки скрытая, опасная мстительность. — А у старейшин нет права отказать джарру войти в кровный круг.
— Подтверждаю, — хрипло молвил Онгар. — Любой из нас может войти в круг и выдвинуть свой клич, отказать вправе лишь Вождь. А должники вольны выбирать, на чей клич ответить.
Магура отступила назад, бухнулась на лавку и замолчала. Её квадратное лицо потеряло живость и стало как каменная маска, она явно не одобряла происходящее, но ничего не могла сделать.
— Что ж-ж-ж, — прошелестела ведьма, довольная эффектом. — Вы оба молвили. Мой черёд.
Призрак вылетел из ящика, размытый снизу, но на торсе и руках старухи стали видны страшные изломанные дыры, которые проела зараза нокса, когда ведьма ещё была жива. Бурси Шагга умерла в мучительной борьбе с недугом — дотянув до последней стадии, когда нарывы пустоты слились в безобразные дыры, несовместимые с жизнью. Но ведьма сумела перехитрить даже неизлечимую чуму и убила себя сама — каким-то тёмным ритуалом, который превратил её в нежить, привязанную к коробке.
Судя по реакции Магуры, старуха прежде была Вождём, а может, даже оставалась им какое-то время после своей гибели и перехода в статус нежити. Наверняка это посеяло раздор в рядах джарров: одни были согласны, что хитрая и опытная ведьма будет вести племя, другие выступили против. Что бы там ни была за история, в итоге Буся отошла от власти и был назначен новый Вождь, который теперь доживает свой век.
А призрак в коробе занялся воспитанием маленькой девочки… которой выделяют ценные магические шмотки ей явно не по уровню, которая таскает на спине ящик с могучей ведьмой и руководит всем молодняком в Убежище. Картинка сложилась: Буся воспитывает из Орчаны следующего Вождя. Вот почему у малолетки такой авторитет и она может говорить, когда остальные молчат. Интересно, почему ведьма выбрала именно Орчану?
Пока всё это пронеслось у меня в голове, призрак подлетел поближе, я заметил, как Уилл с явным опасением отодвинулся, а Шисс и вовсе скользнул назад, воровато спрятав морду под капюшон. Его лапки нащупали необычный символ на цепочке и сжали его, словно призывая защиту.
Аура у бабки была неприятная: такой вымораживающий холодок, призрак тянул жизненные силы у всех вокруг, потому остальные и отступили, вокруг нас с Бусей возник пустой круг. А я остался в центре и получил сообщение: «-1 хит дрейна. Внимание, вы вошли в зону негативного воздействия, пока вы не покинете зону, будете терять −1 хит каждые 10 секунд.»
Я не собирался показывать слабость и страх, поэтому сидел спокойно, как будто ничего особенного не происходило. Пока хитов не станет 150 или меньше, посижу, могу себе позволить.
— Ишь, какой хитастенький. Я тебя насквозь вижу, человек, — доверительно сообщила Буся, довольно вдыхая мои силы. — Ты не из тех, кто довольствуется малым, нет. Ути-пути, питомцы-хреномцы, мерцы-шмерцы, это задания для малых детей, а ты не такой. У тебя потенциал выше, чем у всего нашего народа, верно?
Упс. И как она это определила? Или это не про ранговый потенциал, а просто фигура речи? Как мне ответить, чтобы не выдать лишнего никому, включая миллионы взирателей, которые могут смотреть за нами прямо сейчас?
— Потенциал-хренциал, — пожал я плечами.
— Ты можешь исполнить мелкие поручения Онгара и Магуры. А можешь войти в историю миров и стать одним из героев нашего народа.
— Это как?
— Сегодня особая ночь, Память огня, — прошелестела ведьма торжественно и печально. — Сегодня умрёт наш Вождь.
Ропот пронёсся по помещению, кто-то отреагировал возмущённо и с ненавистью, кто-то печально и спокойно.
— Но мы не будем предаваться горю, а совершим невиданный подвиг. Вернём утраченную реликвию предков: Гормингар.
Магура ахнула и закрыла ладонью рот, Онгар крякнул от удивления и покачал головой. Даже Орчана резко и изумлённо втянула воздух.
— Я же говорила тебе, внучка, твой человек сам к нам придёт, — прошипела ведьма. — Говорила, и он пришёл. Ещё говорю, что Вождя сегодня не станет…
— Хочешь убить его, ведьма⁈ Убить Вождя, чтобы исполнить своё пророчество?
Магура вскочила, сжав кулаки, раздался резкий рокочущий звук, и вся поверхность её тела и одежды покрылась подвижным слоем каменной брони, состоящим из мелких блоков. А руки и ноги увеличились за счёт наросшей массы, сделав фигуру зодчей массивной и могучей, угрожающей. Я заметил, что в руке Орчаны появилась та самая булава с набалдашником в виде головы огра, девчонка украдкой прятала руку с оружием за спиной, но была готова в любой момент броситься в драку.