Башня Богов III (СИ)
— Нет, Магура, — ответила ведьма торжественно и спокойно. — Я долго ждала и не вмешивалась в дела племени, потому что джарры имеют право решать, как вздумают. Но сегодня ночь судьбы. Истинно говорю вам, сегодня Вождя не станет, ты сама знаешь, что у него не осталось больше сил. Давайте не грызться над его остывающим телом, а простимся с духом того, кто вёл нас все эти годы. Простимся по-джаррски, все вместе.
Мгновение зодчая решала, как поступить, и я заметил, что все местные разделились на два лагеря, включая подростков. Одни сдвинулись на пару шагов вправо к Магуре, другие на пару шагов влево к Онгару, Бусе и Орчане. Среди подростков, кстати, почти все были за Орчану. Магура заметила это и резко опустила руки. Каменная броня разом потрескалась и облетела к её ногам крошевом и пылью.
— Ладно, — сказала она тяжело и устало. — Я иду к Вождю и останусь с ним. Ваши мелкие интриги и безумные выдумки мне больше не интересны. Будьте вы…
Орчана внезапно шагнула к ней и обняла, в её руках не было оружия, а голова невысокой девчонки ткнулась женщине в грудь. Та от неожиданности замолчала, не договорив. Потом молча высвободилась и вышла прочь, с ней собрание покинули ещё двое, но остальные остались здесь. Больше того, с каждой минутой джарров прибывало, и уже через несколько минут в длинном доме собралась настоящая толпа. Новости и реакции в Убежище распространялись с очень высокой скоростью.
— Займёмся делом, — ведьма наконец отлетела от меня в сторону, и я тихонько выдохнул с облегчением, перестав терять хиты. — Обсудим великий поход.
— Простите, а при чём здесь мы? — осмелился спросить Уилл, справедливо чувствуя себя чужим на этом празднике жизни.
— При том, что смерть Вождя убежища — непростая ночь, — торжественно ответила Бурси Шагга. — Каждый из глав нашего народа несёт в себе частичку предвечного огня, искру великого Гормингара. Мы передаём её от вождя к вождю, а сегодня искра высвободится из ушедшего. И мы можем использовать её, чтобы открыть портал напрямую к Гормингару.
— А что случилось с вашим реликтом, и где он сейчас? — уточнил Шисс, по-прежнему вцепившись в свой амулет.
— На Искажённой планете, где солнце переполнилось тьмой, — произнесла ведьма. — Где обитают бесформы. Там его спрятали тайро, коварные воители, они получают силу Гормингара, а мы уже целое поколение не можем его вернуть.
Тайро? Погодите, я уже слышал про эту расу. Недавно слышал, в памяти мелькнуло нечто неприятное. Точно, о них рассказывал Хопеш! Жестокие обитатели погибшего мира, которые ненавидят Башню и уничтожили странствующий цирк лишь потому, что их оскорбило представление. Выходит, расы тайро и джарров враждуют, а нам хотят дать квест вернуть похищенный реликт.
— Звучит слишком эпично и не для нашего уровня, — честно сказал я.
— Уровень-шмуровень, — рассмеялась ведьма. — В некоторых случаях сила не важна, и Искажённый мир как раз из таких. Там система Башни почти не действует и все законы работают по-своему. Там нужны отвага и изворотливый ум, общий потенциал личности, а не бренные циферки нынешних статов. Ясно тебе, человечек?
Хм, ну и заварушка. Я ощутил одновременно большой интерес и большое опасение от всего этого дела. У двоих других должников опасение, кажется, перевешивало.
— Вы считаете, что мы втроём сумеем справиться и вернуть ваш реликт? — с сомнением спросил Уилл, наморщив лоб.
— Нет, троих маловато. Но я уже собрала команду выдающихся смертничков, — Бурси Шагга мерзко хихикнула. — Вы трое, ещё трое в соседнем Убежище, вот уже шестеро. И все как на подбор — интересные личности с подвохом. Как думаешь, случайно совпало, что всех шестерых вас судьба привела к нам разными дорогами в одну ночь? Именно в ночь смерти Вождя, когда появится искра.
— Но если истратим искру на портал, наше племя останется без огня Гормингара! — воскликнула Орчана. — Новый вождь будет слабым!
— Это верно, внучка, — печально проронила Буся. — Если затея провалится, нам придётся пойти на поклон к другому племени. Ибо вождь без искры слаб и не сможет защищать нас от болезни пустоты, мы станем умирать ещё быстрее, чем сейчас.
В помещении стало почти искрить от напряжения, ведь каждого из джарров происходящее касалось напрямую и было потенциальным вопросом жизни и смерти.
— Зачем тогда рисковать? — выкрикнул большой воин в мощной броне. — Рассчитывать на иноземцев в такой момент? Доверить чужакам наши жизни⁈
Гул голосов поддержал его.
— Жизни? — выплюнула Бурси Шагга с презрением. — Ты про наши никчёмные, полные мучений забеги по выживанию, которые с каждым поколением становятся на десять лет короче? Сколько ты оставил жизни своим детям, Шагр Стальной, три десятка? А сколько у наших с тобой внуков, два? Джарры вымирают. Наш народ закончится на детях Орчаны, которые только успеют родиться и доживут в мучениях и страхе до десяти лет, чтобы сдохнуть в агонии от дыр, разъедающих тела.
Ведьма обвела всех горящим, уничтожающим взглядом. Тяжёлое молчание было ей ответом.
— Это не жизнь, — сказала одна из женщин, стоящих в тени у стен. — Ведьма права.
— Зато если безумный план Ведьмы удастся, наше племя завладеет Гормингаром, — хрипло проговорил кузнец и с трудом поднялся, опираясь на плечо ученика. — Подумайте об этом! Все племена и убежища придут к нам. Мы снова станем единым народом. Сможем оттеснить проклятую заразу, и у джарров появится возможность победить её… когда-нибудь. Ведь с реликтом в наших руках длительность жизни перестанет сокращаться от поколения к поколению.
Длинный дом зашумел, яростные волны коротких возгласов, проклятий, споров прокатились по нему из стороны в сторону, а затем стихли. Все смотрели на призрачную ведьму и ждали объяснений.
— Мы с моим старым другом, вождём Гурразом из убежища серебряного когтя, давно продумали эту ночь, — сказала старуха. — Ещё десять лет назад. Сегодня мы пожертвуем искрой предвечного огня, погасим память предков нашего племени — ради жизни наших детей. И пошлём неслучайных героев в великий поход за святыней.
— Чужаки, — глухо покачал головой воин в броне. — Разве они станут сражаться за нас так, как мы сами? Я пойду вместе с ними.
— Нет, я!
— Я, я готова!
— И я тоже!
Один за другим джарры выступали вперёд, живая толпа сплотилась вокруг призрака и нашей слегка ошалевшей от происходящего троицы.
— Семь алых птиц я принесла в жертву поколение назад, перед своей смертью, — когда голоса стихли, сказала Бурси Шагга, сильнейшая ведьма джарров. — Семеро смогут пойти в Искажённый мир. И судьба тщательно отобрала их для похода. Вы в самом деле думаете, что слепой случай привёл их сюда? Пха! Нет, сам Гормингар выбрал героев, которые за ним явятся.
— А что такое вообще Гормингар? — спросил я, подняв руку.
— Наивысшее достижение нашего народа, реликт эпохи Исхода в Башню, — ответил кузнец с почтением. — Тогда джарры были сильны… В поисках абсолютного оружия наши мастера обуздали особое мировое начало: эссенцию вешнего духа, это слепая сущность, которая пронизывает все миры и все народы. Подчинив эту своенравную анти-стихию, её адепты создали абстракт-рой. Живую фрактальную колонию осколков духа, которая обладает собственным сознанием.
— Дедуль, а по-человечески можешь объяснить? — спросила Орчана. — А то даже я не ничего не поняла.
— Могучая сущность, которая желает гармонии и блага всем, — хмыкнула Буся. — Но джаррам, своим создателям, в первую очередь.
— А что там будет, в этом искажённом мире? — хмуро и тревожно пробормотал Шисс. — Какие там законы, что за бесформы? Первый раз слышу о таких существах.
— Это откроем тем, кто возьмётся за дело, — парировала старуха. — Но подумай, если мы рискуем судьбой всего племени ради похода, разве мы будем посылать никчёмных проходимцев на верную смерть?
Крысолюд моргнул бусинками-глазами, он выглядел неуверенно.
— Ты сказала, должников шестеро! — выкрикнул молодой мужчина из толпы. — А пойти смогут семеро. Седьмым станет один из нас?