Будем жить! (СИ)
- Тогда случайным выбором – любого одного в реку, предпочтительно самого борзого. – я уже отдышался и говорю громко, слышно на весь полигон, наверное.
- И не жалко вам, курсант, человека на съедение отдавать? – капитан интересуется с какой-то хищной ухмылкой.
- Своих жалко, тарщ-капитан, чужих – по возможности… и настроению.
Чермис, покачиваясь с носка на пятку и обратно, выдаёт в пространство:
- Н-да-а, такого предложения я не ожидал… от вас, призывных. Вообще-то, стоило бы вспомнить, что в комплекте снаряжения есть спецсредства, отпугивающие хищных рыб, курсант… курсанты.
- Не подходит, тарщ-капитан. – ну вот куда я лезу, а? Но и промолчать – а если кто-то действительно в похожую ситуацию попадёт? – Спецсредство номер восемь хорошо работает против гаторов, а вот против пораний так себе; если же в группе есть раненый, то на «номер восемь» рыбки не пойдут наверняка, или быстро отвлекутся, даже если добавить туда «номер три». Не будь раненого – может, и сработало бы, и то не на сто процентов...
- Ин-те-рес-но… И откуда вы, курсант, подобные знания имеете? О слабой эффективности «восемь» в «руководстве по применению» не написано… А что бы вы сделали, если бы пленных вообще не было? – сволочь он, я уже говорил? Сам же ответ знаешь, зачем сейчас спрашивать?! А откуда и чего я знаю… Хе-хе, из ваших же отчетов, которые «ДСП», «Для Служебного Пользования»! Спасибо Маслову, капитану который – помнится, несколько справочников он мне скинул взамен какой-то инфы из бандитского ноута, ещё во время первого моего путешествия «из Порто-Франко в Демидовск», а среди них пара папочек оказалась с именно такими вот, крайне полезными данными – соответственно, на что способны разработанные здесь спецсредства (и не только здесь!), я знаю получше многих армейцев, даже и кадровых! Случайно или сознательно это мне подсунули – понятия не имею, а потому и болтать не стану… но информация просто бесценна! Так, стоп, Чермис всё ещё ждёт ответа на свой подлючий вопрос… на него и ответим, а второй (первый!) – «забудем»…
- Два варианта, тарщ-капитан.
- Вот как, даже два?! – капитан Чермис удивлён.
- Взять пропитанные кровью бинты, раненому сменить повязку, затампонировать раны предельно плотно, и сверху обмазать толстым слоем грязи, чего-нибудь вонючего, хоть бы даже и дерьма, можно и собственного – лишь бы запах крови отбить. Бинты швырнуть в реку, можно предварительно обмотать другим тряпьём, куртками, к примеру, чтоб дольше прогрызать пришлось, остальное понятно… Если на всё это есть время и возможность. Или… второй вариант.
Капитан молчит. Я тоже молчу. Чей-то голос, кажется, девичий, спрашивает: «Какой второй вариант?». Другой, тоже женский, кстати, отвечает: «Дура, заглохни. Я тебе потом объясню…».
- Неожиданно, очень неожиданно. Курсант Злой, а вы, лично, могли бы вот так вот, как рассказываете, отдать человека на съедение, даже просто чужого человека, пленного врага? – вдруг задаёт каверзный, как ему кажется, вопрос, Чермис.
- Так точно, тарщ-каптан. – тишина оглушительная, народ и дышать-то забыл! Хоть Новый Мир и жесток – но для многих из них подобное, пока что, всё же чересчур, ребятки-то в большинстве своем домашние, мирные да работящие… А я их так вот в грязную реальность макнул. Хотя, точнее будет – макал-то капитан, он явно подводил к подобному решению своей задачи, но, видимо, предполагалось, что мы ещё часок-другой поползаем, а уж потом он объяснит…
- А приходилось, курсант, или вы это так сейчас говорите, ответ из серии «для поднятия авторитета»? – какая въедливая скотина, ну чего тебе надо-то? А-а-а, достал – получи, Чермис, «гранату»:
- Так точно, приходилось, тарщ-каптан. Передвигаясь в составе конвоя, скормил трёх ублюд… двуногих прямоходящих, местному зверью! Кажется, свиньям, но может и кто ещё перекусил, я не приглядывался. Сделал это сознательно и о случившемся не жалею.
Оп-па-а, кажется, кого-то на левом фланге тошнит… сильно, взахлеб. Ай, капитан, ай, пидакок хренов… И чего ж ты хотел-то? Чтоб рядовых малолеток при моём приближения выворачивало? Зачем оно тебе надо-то? Или и это у тебя – часть обучения, этакая психологическая накачка?
- Взво-о-оды-ы, встать! Ответ… верный. Те, кто отвечал неверно, продолжают выполнение упражнения, до возврата на рубеж старта (метров семьсот ещё ползти, однако…). Остальные возвращаются на стартовый рубеж пешком и ожидают отставших.
- Тарщ-каптан, разршить-обратитьс. – попытка ведь не пытка, иногда?
- Обращайтесь, курсант. – капитан заинтригован.
- Разрешите продолжить выполнение упражнения. – вот тут удивлены все. А я что? Занятие полезное, контакты налаживать надо, так и так треть «два-разов» поползёт дальше, вот и начнем «вползаться в коллектив», хотя… объясняться с остальными – желания мало, а так, глядишь, остынут…
- Ну, если вы считаете, курсант Злой, что вам это необходимо – ничего против не имею. Выполняйте.
Я упал на брюхо и потихоньку, под скрип песка под подошвами уходящих и сопение тех, кому уйти на двух конечностях оказалось «не суждено», пополз дальше – меньше всего мне хотелось сидеть у бочки с водой и ощущать на себе брезгливые взгляды. Единственное, чего я ну никак не ожидал – это того, что после сваливания в окопчик, из которого начинался наш… ну, не забег же, пускай «заполз» будет – рядом начнут сваливаться мои сослуживцы! Блин, да всё отделение здесь, и ещё несколько бойцов из взвода! И смотрят на меня как-то неправильно – типа, «ну ты и козел, начальник, мог бы и сам отдохнуть лишних минут сорок, и нам не мешать!». Я-то тут причем, я кого-то звал?! Какого чёрта вы за мной попёрлись?!
Отдыхали мы минут двадцать, на меня косилиь с брезгивым страхом, как на бешеную псину, почти все «два-разы» и кое-кто из наших… потом Чермис, будто бы ни для кого конкретно, заговорил:
- Вижу, курсанты, ничего вы не поняли… Вообще-то, то что я сейчас скажу (народ, осознав, что разговор пойдет важный, начал подбираться ближе), я рассказывать вам не собирался. Хотел, ещё через час-полтора всеобщего ползания, кое-что другое сделать; ну и объяснить тоже, поскольку правильный ответ на мой вопрос… он с опытом приходит, которого у вас нет (офицер коротко зыркнул в мою сторону – и не он один, к сожалению). А теперь, я просто расскажу вам одну историю, ей уже около четырёх лет… Наша разведгруппа, двенадцать человек, из которых двое офицеров – я, тогда старлей, и заместитель, лейтенант – влипла в засаду. Почему так произошло – разговор отдельный, там всё было: и глупость, и невезение, и раздолбайства хватило… Короче – один из бойцов сразу был убит, без шансов, ещё двое средне-тяжело ранены, один из них – я; очнулся я уже в госпитале, так что рассказ со слов бойцов группы… Нас отжали далеко в сторону от места эвакуации, пришлось уходить пешком и именно туда, куда гнали преследователи. Лейтенант принял командование на себя, меня и второго такого же бойцы подразделения поволокли на себе; семь километров волокли, пока всю группу не окружили у притока Амазонки, намертво зажали. За нами гналась примерно рота боевиков, с тяжёлым вооружением – «единые» пулемёты и подствольные граники; у нас же у половины вообще бесшумки под 9х39, плюс одна СВД-ха, обычное «весло», и пять «калашей», это на всех. Ну, и короткоствол, конечно… Оторваться не удалось, не с ранеными на горбу, запас времени был минут пятнадцать-двадцать; отступить можно только за реку, но в реке водились пораньи… а там, где они водятся, другие хищники не живут, разве что особо бронированные. За рекой – лес, нормальный такой, там шансы уйти уже были, но перейти реку с ранеными группа не могла никак. Рыбы атакуют всё, что хоть как-то пахнет кровью… Времени на раздумья и какие-либо приготовления у и.о. командира группы тоже не было, решение надо было принимать в ближайшие минуты, вы сами должны понимать, переходить полтораста метров реки под огнём пулемета – верная гибель; пытаться пройти эти полтораста метров в кишащей стаями пораний воде – смерть не менее верная. – Чермис замолчал, глядя куда-то в пространство. Не выдержала опять девка, причем, кажется, та самая, что задавала дурацкие вопросы: