По прозвищу Эфа (СИ)
Переведя взгляд на напарников, я постаралась заручиться их поддержкой, но сразу поняла, что напрасно надеялась на их содействие. И Руди, и Шарк увлечённо переговаривались между собой, не замечая никого вокруг. Сбылась их давняя мечта, и теперь увести их от храма можно будет только в бессознательном состоянии.
В отчаянии я опустилась на песок и прикрыла лицо руками.
— Да делайте, что хотите, — прошипела я зло, — только после не говорите, что я вас не предупреждала.
Моих сил явно не хватит на то, чтобы удержать этих людей от безумства, но сама я туда не пойду, пусть Сайясхари на это даже не рассчитывает.
Загалдевшие было воины, вмиг замолчали. Они верно не ожидали, что я не стану их отговаривать. Моё поведение привело их в недоумение и вероятно заставило задуматься — а так ли всё просто, как кажется на первый взгляд?
— Далеко же ты забралась, любовь моя!
Услышав этот голос, я вздрогнула и мысленно застонала. Только Аанхура нам и не хватало для полного счастья. И какого демона он забыл рядом с храмом? А как же заветы предков, которые нельзя нарушать под страхом смерти? Разве кочевники не должны обходить Змеиный храм стороной?
— Не шипи, змейка моя желтоглазая, ты ведь сама уехала не попрощавшись, — продолжил скалиться Аанхур. — Знаю, что гордость не позволила тебе обратиться ко мне за помощью, но это не значит, что я оставлю тебя в беде.
Открыв глаза, я посмотрела на Аанхура. Он обращался ко мне, но смотрел на Сайясхари, да и она проявляла к нему нешуточный интерес. А после и вовсе случилось такое, чего никто из нас не ожидал — женщина-змея прямо на наших глазах превратилась в обычную женщину. Вместо хвоста у неё появилось две стройных ноги, а к ожерелью из драгоценных камней добавилась набедренная повязка, мало что скрывающая от жадных мужских взглядов.
Сайясхари олицетворяла собой соблазн в чистом виде. Она была уверена, что перед таким искушением не устоит ни один мужчина.
И в этот момент я отчётливо поняла, что проиграла. Захотелось немедленно зарыться в песок с головой. Размер грядущих неприятностей просто ошеломлял.
Кажется, в этой толпе мне одной удавалось сохранять трезвость рассудка, потому что все остальные выглядели абсолютно невменяемыми. Как будто обнажённых женщин никогда не видели, право слово.
Впрочем, кое-кого мне всё же удастся сегодня спасти, ведь помимо мужчин тут находились и девушки. Ни принцесса, ни её фрейлины по прежнему не горели желанием познакомиться с Сайясхари поближе, да и Ярик проявлял похвальное благоразумие, на всякий случай повернувшись к храму спиной.
Пришлось напомнить себе, что моим заданием была именно принцесса, а не её охранники. Разумеется, фрейлин тоже придётся тащить за собой, что сильно усложняет мою задачу, но не бросать же девушек на произвол судьбы.
Решение действовать по обстоятельствам далось мне нелегко, но оно было принято и требовало выполнения. И всё же я не могла не дать этим глупцам последний шанс одуматься, напомнив им о долге. Совсем без потерь не обойдётся, но с военными это должно сработать.
В нашем мире осталось не так много магов, как раньше. Все они состояли на службе у короля. Где-то на периферии, возможно. успели позабыть о тех чудесах, на которые были способны эти кудесники, зато в столице их услугами пользовались все, кто мог себе это позволить, так как стоили они не дёшево.
У короля проблем с наличностью не имелось, а потому весь дворец был буквально пропитан магией. Помимо решения ежедневных проблем вроде подогрева воды, освещения и охраны периметра, маги часто привлекались к составлению важных государственных документов. В частности — подписанию различного рода обязательств и договоров, нарушение которых каралось довольно строго, иногда даже смертью.
— Вы вольны поступать, как пожелаете, — обратилась я к королевским гвардейцам. Они встрепенулись и тут же поникли, стоило мне добавить: — Но только после завершения возложенной на нас миссии. Осмелюсь напомнить всем вам о магической клятве — вещи безусловно полезной и практически неощутимой, если только её не нарушать. Можно даже забыть о её существовании, но лишь до тех пор, пока ваши намерения не перейдут в действия.
Мужчины слушали меня внимательно, и это давало надежду. Возбуждение и азарт на некоторое время притупили их чувства, однако не всё ещё было потеряно. После моего обращения воины как по команде схватились за горло. У каждого появилась отметина в виде тонкой розовой полосы у основания шеи — лёгкий намёк на то, что ожидает их в случае нарушения клятвы.
Отсечение головы — не самая страшная смерть, какая могла бы быть уготована клятвопреступникам, но и подобная перспектива подействовала на гвардейцев не хуже ушата ледяной воды.
— Что же касается тебя, Аанхур, — толкнула я в плечо изменника, не сводящего горящего взгляда с Сайясхари, — пришло время вернуть долг жизни, а посему ты и твои люди будете сопровождать нас в этом полном опасностей путешествии. Уходим не медля, прямо сейчас.
Мне досталось несколько злых взглядов, однако возражений не последовало. Между прочим, могли бы и поблагодарить за своевременное напоминание, но видно я слишком много хочу от людей, испытавших сильнейшее разочарование в жизни.
Давно я не чувствовала себя настолько уставшей, и всё же расслабляться было рано. Оставались ещё Руди и Шарк. Они не были связаны магической клятвой, а кто из нас кому должен, мы перестали высчитывать лет пять назад, когда окончательно превратились в команду. Я привыкла называть их напарниками, на самом же деле мы были друзьями. Парни дружили с детства, прошли вместе огонь и воду. Даже не знаю, с чего вдруг они приняли меня в свою компанию, но за всё то время, что я их знаю, они ни разу не попытались воткнуть мне нож в спину. Я привыкла им доверять, и это стоило того, чтобы побороться за их жизнь, даже если цена окажется слишком высока.
Я понимала, что поступая так, как задумала, рискую потерять их доверие навсегда, а вместе с доверием исчезнет и наша дружба. Пусть так, зато я буду знать, что они живы.
Иглы с ядом попали точнёхонько в цель.
Два тела грузно осели на землю.
— Грузите их на верблюдов, — отдала я распоряжение обалдевшим от моего поступка мужчинам, — хватит тут прохлаждаться.
На Сайясхари я даже не взглянула. Торжествовать было рано. Я всего лишь отсрочила печальный конец. Ничто не помешает Аанхуру вернуться к храму чуть позже. Разве что он одумается и вспомнит о запрете. Хотелось бы в это верить.
С королевскими гвардейцами дела обстояли чуть лучше. Самостоятельно найти дорогу к храму они не смогут, а знающих проводников им вовек не сыскать.
— Ты их убила что ли? — спросили меня со спины.
Я ответила, не оборачиваясь:
— Да что с ними будет? Поспят час-другой и станут как новенькие.
Позади меня послышалось недовольное ворчание. Да и боги с ними. Я то знаю, что поступаю правильно, а чужое осуждение как-нибудь переживу, не впервой.
Вскоре вереница верблюдов растянулась лентой между барханами. И снова солнце, безветрие, песок и звенящая пустота вокруг — лучшее из того, что может предложить нам пустыня.
* * *Сайясхари смотрела вслед удаляющемуся каравану и в бессильной ярости молотила кулачками по прозрачному куполу.
— Ты ещё головой по нему постучи, — послышался сзади насмешливый голос.
— Сссиршшшехур, — зашипела Сайясхари, наконец находя того, на кого можно выплеснуть весь свой гнев.
Трансформация в боевую форму произошла мгновенно, и Сайясхари бросилась на брата, забывая о том, что не собиралась его убивать. Вот только она не предполагала, что Сиршехур может оказать ей достойное сопротивление. Во дворце все привыкли считать пятого принца едва ли не монахом — существом духовным, далёким от мирской суеты, а он вдруг оказался великолепным бойцом. В два счёта скрутил безумную сестрицу и придавил её тяжестью своего тела.
Сайясхари окончательно пала духом и не дёрнулась даже тогда, когда Сиршехур ослабил свой захват.