По прозвищу Эфа (СИ)
Таким образом пребывание Сиршехура в монастыре затягивалось на неопределённый срок.
И когда в его келью явилась Сайясхари с требованием подписать отказ от притязаний на трон, Сиршехур подписал его без колебаний, не видя смысла тратить время попусту. Сестра всегда отличалась порывистым нравом и полным отсутствием умения просчитывать свои действия наперёд. Если уж она решила избавиться от конкурентов, неразумно было становиться на её пути сейчас. Сайясхари сама свернёт себе шею, когда уверует в свою исключительность, а произойдёт это достаточно быстро для того, чтобы она не успела натворить ничего непоправимого.
К слову, Сиршехур не был опьянён жаждой власти, как его взбалмошная сестрёнка. Его истинной целью являлось возрождение расы змеелюдов, влачивших жалкое существование в том мире, куда они вынуждены были бежать, спасая свои жизни.
На данный момент Сиршехур ясно представлял всю глубину возникшей проблемы, и даже видел пути её решения, но не мог начать действовать, сдерживаемый непроницаемым барьером, установленным между мирами.
Змеелюды являлись магической расой, созданной человеческими магами много столетий назад.
Люди веками воевали между собой, изобретая всё более изощрённые способы убийства себе подобных. История не сохранила имя гения, сотворившего идеальных убийц, способных в одно мгновение принимать боевую форму и становиться практически неуязвимыми для врага. Вероятнее всего это был не один человек, а целая группа магов. Теперь это не важно. Главное заключалось в другом — это изобретение положило конец одной жестокой войне и послужило началом другой, не менее кровопролитной, в которой бывшие противники вынуждены были объединиться перед лицом более серьёзной опасности.
Как и следовало ожидать, змеелюды, почувствовав силу и уверенность в себе, вышли из-под контроля магов и сумели основать собственное государство Заэрхан, просуществовавшее чуть менее трёхсот лет. Пустынные земли идеально подходили им для проживания, да и с коренными жителями не возникало никаких проблем, до тех пор, пока речь не зашла о детях.
В своё время маги хотели подстраховаться и решили сделать змеелюдов бесплодными, но что-то пошло не так и способность к воспроизводству себе подобных у магических существ никуда не делась, вот только потомство в их паре отчего-то выходило неполноценным. Рождённые в первых двух поколениях дети не имели человеческой ипостаси, а все последующие утрачивали способность принимать даже переходную форму, в конечном итоге полностью вырождаясь до примитивного уровня.
Решением этой проблемы могли стать люди, прошедшие ритуал перерождения, но процент выживших оказывался столь ничтожным, что от этой идеи пришлось отказаться. Нужно было искать другой выход из сложившейся ситуации, вот только он никак не желал находиться.
А тем временем в племенах аборигенов подрастало совместное потомство людей и змеелюдов. Две расы оказались вполне совместимы друг с другом. Дети со смешанной кровью не имели второй ипостаси, не говоря уж о третьей — боевой, но они были крепче и выносливее чистокровных сверстников, обладали острым зрением, великолепной реакцией и нечеловеческой силой. К тому же полукровки отличались отменным здоровьем, легче переносили жару, самые страшные хвори обходили их стороной. Вполне могло статься, что и ритуал перерождения не станет для них смертельным приговором. Казалось, решение найдено, осталось только провести испытания.
Змеелюды так и не поняли, с чего вдруг мирные доселе жители проявили несвойственную им воинственность. Ведь они не потребовали ничего сверх меры, желая получить лишь то, что, как им думалось, принадлежало им по праву — ровно половину юношей и девушек со смешанной кровью. По их мнению, это было бы справедливо.
Однако люди восприняли их требование, как угрозу и обратились за помощью к соседям. И тогда вспыхнула война, приведшая к печальным для змеелюдов последствиям. Они были изгнаны в другой мир, без единого шанса на возвращение и гарантией полного вырождения в течение ближайших столетий.
Сиршехуру было больно смотреть на то, как гибнет его раса. Разделение на касты произошло не за один день. На это ушли годы. Но пропасть между ними с каждым днём становилась всё шире.
К высшей касте относились все первозданные и те немногие счастливчики, у кого один из родителей прошёл ритуал перерождения. Это была каста властителей и воинов.
К средней касте принадлежали их потомки в первом и втором поколении, рождённые в паре змеелюдов. Они не могли принимать человеческий облик, но обладали здравым умом и деловой хваткой. Это была каста торговцев, управленцев и мастеровых.
И наконец низшая каста — самая многочисленная, но при этом вызывающая лишь жалость и омерзение. Тупые, безвольные существа, не способные самостоятельно мыслить. Они выполняли простую работу, ели, пили и размножались, не интересуясь больше ничем.
Не нужно было обладать аналитическим умом, чтобы понять, чем всё кончится. Пусть создатели и наделили змеелюдов долголетием, но даже магические существа не могут жить вечно. И всё, что останется от их великой расы — это безликая масса тупых существ отвратительной наружности. А чтобы этого не произошло, нужно всего лишь разрушить барьер в мир людей и попробовать с ними договориться.
Вот так просто и сложно одновременно.
И всё же Сиршехур верил в то, что на этот раз у них всё получится, как надо. Главное не повторять прошлых ошибок, а, значит, действовать скрытно, не говорить всей правды о себе, использовать дар убеждения и гипноз, а в некоторых случаях даже подкуп. Люди падки на золото, их манит блеск драгоценных камней — эту их слабость грех не использовать в своих целях, благо такого добра у них навалом. Новый мир оказался более чем щедр к переселенцам.
План, придуманный Сиршехуром, был хорош и даже имел все шансы на успех, но всё портил защитный барьер, установленный человеческими магами много столетий назад.
Сиршехур надеялся найти решение этой проблемы в древних манускриптах, но его надежды таяли с каждым днём. Он почти отчаялся найти ответ и потому не поверил своим глазам, когда в очередном свитке, наконец, обнаружил то, что искал.
* * *Я прожигала Сингера взглядом, а он ждал ответа. Да и все остальные затаили дыхание, боясь пропустить хоть слово. Мне даже стало интересно, неужели они вправду надеются, что я благословлю их на самоубийство? Или лично возглавлю поход безумцев, жаждущих быстрой смерти?
Я то видела, как ловко Сайясхари расправляется с жертвами. Остаётся только удивляться, как при таких размерах она умудряется двигаться столь стремительно, что дыхание перехватывает, и волосы на голове становятся дыбом от осознания неизбежного.
— Не лучше ли будет задать этот вопрос Сайясхари, капитан? А заодно уточнить, многим ли счастливчикам удалось пережить её смертельное гостеприимство.
— Да она же там одна, — послышалась первая реплика со стороны зрителей.
— Точно, одновременно со всеми нами ей не справиться, — подал голос второй смельчак.
К первым двум тут же присоединилось ещё несколько человек, но активных действий пока никто не предпринимал.
Сайясхари же делала вид, что не слышит этих провокационных слов, и по-прежнему строила из себя радушную хозяйку, время от времени бросая в мою сторону укоризненные взгляды. Вероятно, надеялась таким образом пробудить во мне совесть. Только не на ту напала — потерей памяти я не страдаю и прекрасно помню, какая роль мне отведена в разыгрываемом ею спектакле.
— Хотите проверить это на себе? — спросила я у решительно настроенных мужчин. Только глухой не уловил бы в моём голосе издёвки.
И в ответ услышала грубое:
— А почему мы должны тебе верить? Быть может, ты просто не хочешь с нами делиться? Барышня эта хоть и хвостатая, но ведёт себя мирно, и в отличие от тебя слова дурного нам не сказала.
Я буквально онемела от возмущения, а Сайясхари зарделась от удовольствия. Видать, давно её барышней не называли.