Режиссер твоего завтра (СИ)

Прислонившись к стене, я решила понадеяться на удачу и подождать, пока Рома свернет в другое помещение.
Первый, второй — шаги приближались. Бежать некуда, из этой комнаты только один выход, и он ведет прямо Роме в объятия. Этот засранец учуял мой запах, ощутил мое нервное напряжение, наэлектризовавшее пространство, или услышал, как я медленно впускаю воздух в легкие?
Где-то сверху послышался глухой удар. Не успела я понять, что это было, как следом выкрикнул Раф:
— Даже не думай ее трогать!
Он наверху! Шаги Ромы стали быстрее и, к счастью, они отдалялись. Как бы мне теперь добраться до Мартина скорее, чем он…
Убедившись, что в соседнем помещении тихо, я настороженно выглянула. Никого. На второй этаж вела крепкая, но местами обвалившая лестница. Кажется, именно по ней поднялся Рома. Я же собиралась отыскать другую лестницу и зайти с тыла. Лишь бы не столкнуться с Ромой. Он явно начнет меня убеждать играть по его плану.
Как достали эти игры! Неужели нельзя просто по-человечески поговорить? Нет же, нужно вести себя как дети или дикие животные!
О чем вообще думал Рома? Будто Мартин успокоится, если мы уведем у него из-под носа моего брата. Смешно. Это взбесит его еще сильнее.
Крадучись и пытаясь не наступить на какое-нибудь стеклышко или деревяшку, я успешно пересекла огромное помещение, в котором наши пути с Ромой и разошлись. Дальше тянулся мрачный коридор. Благо, мои глаза достаточно хорошо видели, чтобы не трястись от страха и не споткнуться об оказавшийся не к месту на полу кирпич. Но черные прямоугольные дыры, не прикрытые дверями, заставляли каждые несколько метров с опаской заглядывать в кромешную темноту и убеждаться, что там пусто.
Так странно, с верхних этажей больше не доносилось ни звука. Мое дыхание, быстрые удары сердца и тихий хруст мелкой бетонной крошки под ногами — единственное, что я слышала.
Несколько торопливых шагов за спиной застали меня врасплох. Не успела повернуться и вскрикнуть, как чья-то крупная ладонь появилась перед лицом и зажала рот. Незнакомец, обхватив меня за талию другой рукой, крепко притиснул к своему твердому как сталь телу, не оставляя мне ни шанса вырваться.
Есть шанс, или нет — замирать в его руках я не собиралась. Впилась короткими ногтями в закрывающую рот ладонь, принялась извиваться, словно угорь, и отчаянно кричать, хоть получалось лишь мычать.
Мужчина внезапно так резко встряхнул меня, что голова закружилась, и процедил:
— Стой смирно, или придется тебя оглушить.
Руки безвольными плетями опустились. Я умолкла, переводя дыхание и морщась от противной, грязной ладони на своем лице. Тиски, сковывающие меня, не ослабились ни на миллиметр. Не поверил, что буду смирно стоять?
И правильно.
Пользуясь тем, что он до сих пор продолжал прижимать меня к себе и не видел моих рук, я аккуратно достала из кармана электрошокер. Нажала на кнопку, быстро завела руку назад, целясь в бедро нападающего.
Его подставил страх меня отпустить. Я попала где-то во внутреннюю поверхность его бедра в тот момент, когда мужчина пытался одновременно увернуться от электрошокера и удержать меня.
Когда по его телу пробежало достаточно тока и тиски ослабли, я едва успела выскочить, нечаянно выронив электрошокер. Еще секунда — и нападавший привалил бы меня своим весом к земле.
Некстати он грохнулся на бетон настолько оглушающе — гром падения явно был слышен и на втором этаже. Лучше не оставаться здесь ни мгновением дольше.
Дальше по коридору я уже шла спешно. Чем быстрее буду двигаться, тем реальнее не попасться в чужие руки. Электрошокер остался безнадежно погребенным под негодяем. Жаль, что Рома не подарил мне еще и пневмат. Толку от него мало, ведь стрелять не умею, но лучше хоть что-то, чем ничего. Как сейчас.
За следующим поворотом я наконец-то нашла лестницу. Она была даже в лучшем состоянии, нежели предыдущая. А еще по ней кто-то медленно спускался.
Только увидела черные мужские туфли и край темно-синих брюк, как юркнула за ближайшую стену. Стоит ли надеяться на то, что меня было неслышно?
 
От мягкого звука каждого шага я невольно тихо вздрагивала. Как теперь защищаться, если меня найдут, не знала. Но мне точно нужно прийти к Мартину самой, а не под конвоем. Так у меня будет хоть немного преимущества, да и сыграет эффект неожиданности.
Шаги стихли. Щелкнула зажигалка, кто-то затянулся дымом.
— Хватит прятаться. Выходи.
Спокойный голос Мартина превратил мою бушующую кровь в лед. Смелость, которая напиталась отчаянной злостью, стремительно испарялась из моего тела.
Разве не этого я хотела? В нескольких метрах от меня, за стеной, стоял Мартин. Идеальная возможность осыпать его емкими, резкими, уверенными словами, точно градом. От всей души, чтобы у мерзавца наконец встали мозги на место и поубавилось пыла.
Сжав руки в кулаки, я набрала полную грудь воздуха и как можно сильнее напряглась — так собралась придать своему виду если не уверенности, то хотя бы непоколебимости. И выступила из-за стены.
Сощурившись, Мартин глядел на меня сквозь выпущенное облако дыма. Нарядился знатно: темный шикарный костюм сидел на нем как влитой. Сейчас Мартин намного больше напоминал сына местного криминального авторитета, нежели Рома.
Дым рассеялся, и меня насквозь пронзил взгляд черных глаз.
— Думаешь, ты добьешься чего-то, похищая моего брата? — спросила я взвинченным дрожащим голосом, хотя изо всех сил пыталась не срываться. Сделала глубокий вдох и продолжила говорить тише, чеканя каждое слово: — Так я тебя буду еще сильнее ненавидеть.
Он криво усмехнулся.
— Меня устроит любая эмоция, любые чувства. Кроме равнодушия.
Равнодушие? При всем желании дать ему то, что он не хочет, я не смогу безразлично наблюдать за тем, как он разрушает мою жизнь.
— Зачем тебе я? Все ради мести? Признаю, четыре года назад в тот вечер поступила некрасиво. Но это не повод превращать мою жизнь в ад! Таким образом ты не вернешь время вспять, а сейчас тратишь свои дни на глупую месть, вместо того чтобы найти новую любовь и иногда вспоминать меня гадкими словами, если уж так хочется.
— Ради мести… — проговорил Мартин задумчиво и опустил взгляд к сигарете. Сбил пепел на пол, улыбнулся чему-то и вновь затянулся дымом. А когда наконец выпустил его, сказал: — Месть — неправильное слово. Правильное слово — интерес. — Подчеркивая его, он поднял указательный палец вверх.
Я нахмурилась, понимая: все намного хуже, чем ожидала. С людьми, тронутыми на голову, безрезультатно говорить. Но как же его убедить оставить меня в покое?
Он метнул окурок в стену и принялся медленно приближаться ко мне. В его глазах плескался яд.
— Мне всего лишь любопытно узнать, на что способны ты и я. Недавно я поставил себе сложную цель и теперь интересно, смогу ли ее достичь. Кто окажется сильнее, ты или я?
Никакого здесь нет интереса. Между строк легко прочитать: он лишь хочет потешить свое его. И так понятно, что он сильнее.
— Очень интересно! Уравнять силы не хочешь для начала? Пусть Маргарита Николаевна помогает мне тоже, — хмыкнула я, удерживаясь от желания отступить. Мартин уже подошел вплотную, навис надомной, словно крупный ворон над букашкой.
— Никакой Маргариты Николаевны нет.
Без моей воли ноги сделали несколько мелких шагов назад. В голове будто рассыпался карточный домик, который я с упорством так долго строила — Мартин просто взял и вытащил одну из карт у основания.
— Не может быть, — пробормотала я. — Кто, как не она, выполняет твои прихоти?
Он с улыбкой поднял глаза к потолку. От всей этой ситуации и моего замешательства он явно получал удовольствие. Сволочь мерзкая.
 
— Помнишь, Маргарита называла меня единственным другом. Поэтому завещала мне кое-что получше квартиры.
Мартин наклонился ко мне так близко, что наши носы едва не соприкоснулись. Я вмиг подалась назад, но он положил ладонь на мой затылок и, с легкостью поборов сопротивление, приблизил мое лицо к своему. Черноту радужек его глаз разогнали вспышки огней. Точь-в-точь такие же, как я видела в зеркале, но огни Мартина сверкали намного ярче.