Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)
Тэс задумался, будто что-то слышал и прислушиваться. Если меня не обманывают мои ощущения, то он с кем-то мысленно переговаривается. А с кем, как не с грэсом Милы?
— Как она? — спросила его, как только их общение прервалось.
— Крепко спит в окружении семьи, так что вашу встречу мы проведём, когда Грэасса отдохнёт и проснётся, хорошо? — тэс хитро мне улыбнулся.
Ан нет, не мне. Он улыбался ошарашенным лицам моих мужей, которые слушали нас всё это время в полной тишине. Они слышали мои предположения, а также то, как тэс назвал Милу. Удивительно, но относительно спокойными остались лишь Гэлдар и Рэинтил.
— Грэасса? — ошарашенно спросил Роуш, прерывая тишину. Что ж, думаю, пора им всё рассказать.
Глава 33.
— Верно. Моя подруга Мила — Грэасса, чистейшая и единственная в этом мире дочь Тьмы-Матери, — согласилась я с ним. — Я же почти её сестра, дочь Матери-Света… я — Тэасса, а не простая тэа.
— Насколько я успел узнать от грэса, — решил не делать пауз в рассказе Эриан, — основный противником истинных детей Богинь, оказался сын Бога Хаоса, поддавшегося влиянию Бездны. Через своего сына он подчинил себе тех, кто звался Орденом Теней. Они, кстати, и нашли способ вытянуть грэа в этот мир. Но получилось так, что в том мире, где все Дети Божьей Крови были спрятаны, остались лишь чистейшие и сильнейшие. И на Таялгир вернулась Грэасса Мила. Но закон Божьей Крови таков, что где грэа, там и тэа, поэтому и Ирину втянуло следом.
— Зачем они вообще Милу сюда вытянули? — не поняла я, мужья же вообще старались даже лишний раз не дышать, вслушиваясь в каждое слово.
— Орден нашёл способ разрушить Барьер — это пролить на осколок Истиной Тьмы кровь чистой грэа. Поэтому и провели ритуал Притяжения Крови, — было мне ответом. — Но вот как всё обернулось. В итоге, Орден был уничтожен сыном Хаоса, посчитавших этих маразматиков бесполезными, и взял всё в свои руки. Он, кстати, нас всех и похитил, чтобы надавить на Грэассу и завершить задумку. Подходящим временем для взлома Барьера он избрал последний момент до начала Схождения.
— Но Мила оказалась ему не по зубам, — ох, сколько же гордости я испытывала за подругу.
— Да, — согласился со мной тэс, кивнув. — Она использовала Осколок Тьмы и уничтожила ту часть, что соединяла сына Хаоса с его божественным Отцом, сделав простым. Сейчас с ним работают лучшие дознаватели нескольких тёмных стран.
— И что будет теперь? — во взятой Эрианом паузе спросил осторожно Кан, приняв свой человеческий вид.
— Закрепление и Великая Зарница, — было всем ответом. Они его поняли, а я вот нет. — Закрепление уже почти завершено, ведь Тэасса была вместе с Грэассой во время Великого Переселения. Осталось лишь провести ритуал Зарницы.
— Нам не хватает ещё двоих Хранителей, — нахмурился Гэлдар, осматривая всех нас.
— Троих, — машинально поправила я его, получив непонимающий взгляд в ответ. — Эриан — не такой Хранитель, как вы.
— Я создан Матерью-Светом как защитник, как Хранитель, как мужчина только для Тэассы, — пояснил Эриан как само собой разумеющееся. — Так что вам не хватает ещё троих для полноценного круга. И, Ири, — мужчина потянулся ко мне, а точнее к моей груди.
Оказывается, я была в простой ночнушке на тонких лямочках и до колен, поэтому она и не скрыла того, что хочет показать остальным тэс. А увиденное очень удивило моих супругов. Да так сильно, что и сами полезли проверять изменения на себе. Так как я не могла подняться и разглядеть то, что показал им Эр, то внимательно следила за их действиями.
Ого! Печать Света изменила своё положение, спустившись с плеча на грудь в месте, что ниже ключицы в ширину нескольких пальцев. И так было у всех.
— Как такое возможно? — ахнул Рэин. — Печать — это отпечаток божественной воли! Она не могла перейти в другое место, ведь буквально выжигается на душе!
Пока он говорил, мне вдруг вспомнились те ощущения жжения, плывущего раскалённым железом от плеча к груди. Это так печать сползала? Если да, то почему?
— Присмотритесь внимательней, — хмыкнул Эриан. — Печать теперь набрала всю свою силу.
Рэинтил провёл рукой над семиконечной звездой, а потом положил на неё ладонь. Кажется, мужчина пытается прочувствовать Печать с магической составляющей. Убедившись в чём-то на своей, поспешил проверить Печать у Гэлдара, потом у Роуша и Канреса, подошедших поближе.
— Печать Истина, и Она стала куда сильнее, чем была, — выдал свой вердикт Архимаг. — Ей словно не хватало чего-то до этого.
— Могу предположить, что одним из Хранителей и носителей Печати, является переселенец, — задумался Роуш. — Это единственное, что может объяснить неожиданное окрепление как Печатей, так и наших связей. Вы ведь сами ощущаете, что мы стали чувствовать друг друга лучше. Пока этот Хранитель, а может и все трое из них, были в другом мире, Связь между нами не могла набрать полной силы.
— Согласен, — кивнул Рэин. — К тому же Связи всегда притягивают тех, кто на разных её концах. Поэтому я тоже склонен считать верной версию с отсутствием всех троих.
— Это было бы очень логично, — нахмурился Гэлдар.
Кстати, от того, что он поднялся, а, следовательно, убрал с меня своё крыло, мне стало холодно. Тело покрылось мурашками, заставляя себя обнять руками за плечи, пальцы же на ногах и вовсе пришлось поджать.
Я бы попросила мужа вернуть всё, как было, но, слушая их предположения, почему-то вспомнила сегодняшний сон. Шла я по лугу, но с одной стороны его защищала пустыня, а с другой — лес. И меня тянуло и к пескам, и к деревьям. А ещё тянуло идти по лугу, будто во всех трёх сторонах меня кто-то ждал.
— Значит их стоит искать именно там, — перехватил и продолжил мои мысли тэс, останавливая обсуждения остальных Хранителей.
— Ты знаешь, где другие Хранители? Чувствуешь их? — Рэин быстро понял о чём речь.
— Мне приснился сон, — хмыкнула я серьёзности, с которой они подошли к этой теме.
Пришлось даже пересказать сон едва ли не по мелким деталям. Рэинтил вообще попросил меня описать кору деревьев, форму их листьев и цвета. А на счёт пустыни — уточнил цвет песка и как сильно волновались барханы.
— Это так важно? — такая фанатичность к деталям меня немного смутила… да что там! Меня откровенно передёрнуло. Правда, мою дрожь восприняли по другому поводу — Гэлдар лёг рядом и снова укрыл меня своим крылом. Только теперь муж лежал лицом ко мне.
— Очень, милая, — улыбнулся мне крылатик. — У нас есть особенные леса и пустыни, пропитанные магией. У лесов, например, может быть отличаться кора на деревьях настолько сильно, что с другими совершенно не спутаешь. Она может быть чёрной как и листва, тогда это Тёмный лес, окружающий гору с одним из Великих Храмов Богини Тьмы. Лес Айн, располагающийся на территории королевства Арх-Гхаис — принцем этой страны является один из мужей твоей подруги, — он отличается тем, что у его деревьев чёрные листья с очень острыми колючками по краям, с которых словно падает туман из Тьмы.
— А кора этих деревьев в темноте переливается огоньками пламени так, будто состоит из угля, — подтвердил и свои знания Роуш. — Мне как-то доводилось увидеть издали такое. На всю жизнь запомнил. Поэтому, милая, если сможешь точно описать даже простое деревце или его особенность, мы сразу поймём, о каком месте нашего мира идёт речь.
— Та же ситуация и с пустынями, — вступил в рассуждения эльф. — От цвета песка, от высоты и формы барханов, а иногда и от полного их отсутствия мы может назвать имя той пустыни, которая нужна.
Я слушала их и поражалась — какой всё-таки удивительный мир! Столько необычного и поистине волшебного! Так хочется просто бросить всё и отправиться в путешествие, чтобы увидеть все эти чудеса своими глазами. Жаль, что это невозможно.
«Возможно всё, что ты пожелаешь», — хмыкнул в моей голове голос тэса. — «Просто пока не так безопасно. Рядом с тобой не все Хранители, да и на нашем пути могут встретиться остатки из бездных, которых ещё не успели уничтожить».