Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)

Возможно, мне это уже придумалось, а эффект жара и боли был от того, что мои руки освободили, и кровь прилила к затёкшей конечности — правая рука была связана сильнее и крепче левой. Но что-то спрашивать или делать я уже не хотела. Я хотела спать и, наконец, отдохнуть, хотя где-то глубоко в душе понимала, что это только начало.
Удивительно, что после всего, мне приснился самый обычный сон. Сон, где я просто гуляла по траве огромного луга, находящегося на самой границе между уходящей за горизонт пустыней с одной стороны и непроглядным лесом с другой. Меня тянуло и в одну сторону, и в другую, но я упрямо шла куда-то вперёд, просто гуляя до самого пробуждения.
Открыв глаза почти сразу, я пыталась понять, что вижу перед собой. Красивый серо-зелёный потолок с золотой лепниной. Рядом кто-то тихо посапывал, заставив повернуть голову к нему. Оказалось, что это Кан. Но почему-то мой волчонок был в животной форме и лежал, свернувшись почти калачиком. Только морду повернул так, чтоб быть ближе ко мне.
Подняла руку, чтобы потянуться к нему, но наткнулась на мягкое одеяло. Правда, это одеяло чуть дрогнуло, приподнялось и улеглось обратно, укрывая теперь и меня, и приоткрывшего глаза Канреса. Кан чуть приподнял голову и потянулся ко мне. Только вот голова так и упала рядом с мои плечом, а обессиленный волчонок закрыл глаза.
Я смотрела на всё это и пыталась понять — почему нас укрывает крылом Гэлдар и почему Кан в виде зверя и такой обессиленный? Вопрос задала — ответ тут же получила. Мозг едва не взорвался от боли, с которой проникали туда воспоминания недавно произошедшего. Всё, что я могла, — это скривиться и сцепить зубы, тихо это претерпевая.
На лоб мне тут же легла прохладная ладонь, и боль притупилась. Открыв глаза, я увидела нависшего надо мной Эриана. Мой тэс выглядел измотанным, но куда лучше, чем я. По моим ощущениям уж точно.
— Эр, — тихо прошептала я, собирая силы, чтобы спросить о других своих супругах.
— Роуш сейчас общается с Варданом — драгасом-супругом Грэассы Милы, — начал ответ тэс, будто прислушивался к чему-то далёкому. — Мила хочет встретиться с тобой в ближайшее время.
— Я буду только рада, — улыбнулась я, на что получила скептический взгляд.
— Вы обе сейчас слабы как младенцы, — хмыкнул мужчина. — И лучше вам отдохнуть. Грэасса выполнила свою роль Избранницы, привела в этот мир новых жителей. Но выброс был таким сильным, что Богиням-Матерям пришлось присутствовать при этом. Даже твои силы понадобились, хотя у нас впереди ещё и свои долги перед миром.
— Расскажешь о них? — попросила, чтоб уже сейчас начинать готовиться к худшему и, если понадобиться, паниковать заранее. Но Хранитель только отрицательно покачал головой, буркнув хмуро «Ты должна отдохнуть». — Тогда пока скажи, где Рэин?
— Эйфий рядом, — было мне ответом.
— Я здесь, Ири, — раздалось где-то сверху и чуть дальше головы Гэлдара.
— Как вы все? — я не знала, что ещё могла спросить после всего случившегося.
— Удивительно, но ни я, ни остальные почти не потеряли сил, лишь сонливость ужасная, — весело хмыкнул эльф. — А вот тебя неплохо приложило тёмной волной. Правда, никаких последствий или ран на магическом источнике я не заметил. Эриан тоже говорит, что с тобой всё в порядке. Тогда ответь, пожалуйста, на мой нескромный вопрос.
— Спрашивай, конечно, — дала я разрешение, смотря вопросительно на тэса, а Эр пожал плечами мол «делай так, как считаешь нужным».
— Что произошло на самом деле? Мы все отключились ещё здесь, во дворце Императора чёрных драгасов, и как бы я не пытался, никто ничего не говорит о случившемся, — ох, сколько недовольства было в его голосе. — Ещё и Схождение прошло. Только и говорят о том, как хорошо и легко оно прошло! И всё, больше никто ничего! Ни слова!
Ого, кажется, моего эльфа очень задело подобное пренебрежение.
— Хорошо, расскажу всё, что помню, но сразу, как только придёт Роуш, — пообещала я, мысленно прося у моего ушастика, что издал страдальческий вздох, прощение за такое.
 
Но, видимо, Боги были на его стороне, так как к нам в спальню вернулся наш дракончик. Уставший, хмурый и слегка осунувшийся. Его тоже помотало — все отдыхают, а он должен бегать где-то и решать проблемы.
Правда, увидев, что я пришла в себя и относительно бодра-весела, расцвёл и сам. Хоть усталость и не сошла с его лица, зато угрюмость с хмуростью точно исчезли. Мужчина быстро скинул мундир, сапоги, растегнул верхние пуговицы рубашки и поспешил к нам.
— Привет, моя нежная, — склонился он надо мной, перегибаясь через бурчащего Кана. — Тебе уже лучше? — спросил и прислонился своим лбом к моему. И в этом жесте было столько нежности, что у меня сердце защемило.
— Намного, — даже голос пропал, и отвечала я тихо и не в силах сдержать улыбку. — Вы пострадали куда сильнее… Простите.
— Ты не виновата, птичка, — отозвался проснувшийся Гэлдар. — Это мы оказались слишком слабы, чтобы защитить тебя, — горечь, отразившаяся в его голосе, заставила меня протянуть к нему руку и коснуться напряжённой как камень спины, которой он ко мне лежал.
«Ему так стыдно, что даже нет сил посмотреть тебе в глаза», — сообщил мне Эриан причины такого поведения и положения тела моего крылатика.
— Вы что-то планировали? — поинтересовался Роуш, открываясь от меня и смотря куда-то за плечо Гэлда. Кажется, перехватил решительный взгляд Рэинтила.
— Ири обещала рассказать всё, что помнит, как только ты придёшь, — ответил тот, лишая меня выбора и шанса откосить. Ну да и ладно, я не против, скрывать мне нечего.
Я рассказала всё, что запомнила, начиная от прощания с Милой и заканчивая потерей сознаний от непонятного яркого света в том странно месте, где моя подруга возлегла на алтарь. Мужчины слушали молча, напряжённо. Я не видела их лиц — Роуш ещё в самом начале сел на край кровати так, что я видела лишь его спину, — но уверена, что у каждого из них отразились ужас, потрясение, шок, а ещё мрачная решимость стать сильнее. Мне, правда, не нужно было видеть лиц, чтобы знать чувства, что кипели в душах моих дорогих супругах.
Сколько в комнате висела тишина, на знаю. Я даже на пару минут успела задремать, пока не дрогнула от тихого вопроса Рэинтила:
— Ты видела Богиню Света?
— Видела, — честно подтвердила часть своего рассказа о ней. — И знаете, Она совсем не такая, как вы думаете. Истинный Свет совсем не такой, как вы думаете.
— Ири? — Гэлдар повернулся на живот и посмотрел на меня, остальные тоже последовали его примеру и сделали всё, чтобы видеть меня.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Роуш.
— Я видела Богиню Света, но видела и Богиню Тьмы… Они обе… — как бы им объяснить так, чтобы и не обидеть, и не скрыть ничего?
В итоге я описала Богинь. В таких деталях, которые запомнила во всей той мутности сознания, что напала на меня в те минуты. И закончила рассказ лишь одной фразой:
— Тьма есть Свет, как Свет есть Тьма.
— Нет-нет-нет, — тут же вскочил на постели Рэинтил, — ты что-то путаешь. Свет не может быть Тьмой, как Тьма быть Светом! Это неправильно… Нереально! Невозможно! — в конце он едва ли не срывался на крик.
— Возможно, в том восприятии, к которому вы все привыкли, в котором воспитывались, они действительно противоположны. Но истинная суть их такова, что одно имеет начало в другом. Так было Изначально, и так будет до скончания времён, отведённых Богиням-Матерям, — я старалась говорить мягко, вкрадчиво, чтобы не вызвать ещё большую бурю эмоций и негатива.
— Насколько мне известно, — взял слово тэс, — об истинности сути Богинь знали все их кровные дети, принимали это, а также то, что тэа и грэа, Тэассы и Грэассы — по своей сути сёстры. И как одна может быть с частичкой второй, так и вторая несёт в себе часть первой.
 
— Может это и стало той самой причиной, по которой нас убивали на самом деле в далёком прошлом? — вдруг предположила я, вглядываясь в сияющие глаза Светлейшего из моих Хранителей. — Кто-то захотел полностью разделить Тьму и Свет, провести между ними ту непреодолимую линию противоположности?