Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)
Пустыня… я честно попыталась вспомнить её. Бледно-золотой песок, с маленькими барханами, казалось даже, что они лишь со стороны, куда я шла, а за моей спиной их не было вовсе. И шуршание… да, я помню её шуршание — словно тихий шёпот далёких времён, рассказывающих о своих приключениях.
— Кандаракская пустыня, — ахнул своей догадке Рэинтил. — И судя по началу барханов, тебя тянуло куда-то западными направлениями, ведь в восточной её части их нет.
— Ты уверен? — нахмурился Гэлдар, запрокидывая голову, чтобы лучше видеть побратима.
— Я сначала подумал, что увиденная Ири пустыня — это Фастарийская, далеко на Севере, там пески подобны солнечному золоту, — стал объяснять эльф, перемещаясь на кровати так, чтобы быть на виду у всех. — Но вот шёпот и изменение ландшафта — это точно Кандаракская. Ещё будучи в Академии на одном из зачётов по аномалистике магических потоков, нас перенесли как раз в её восточную часть. Но прежде, чем отправиться, нас заставили выучить все особенности этой пустыни — в том числе и такое изменение ландшафта, как появление волноподобных барханов на её западной границе.
— И что же? — обеспокоился Кан. — Нам придётся отправляться туда?
— Ну, в саму пустыню может и нет, а вот в ближайшие к ней селения — да, — пожал плечами Роуш. — Насколько мне известно, за последние двести лет там появилось около семи. Думаю, за пару-тройку дней их легко можно будет посетить. А может даже за день-два, ведь Связь притянет Хранителя, если он будет где-то рядом.
— Верно, — согласился Рэин. — Хорошо, с пустыней разобрались. А что на счёт леса? Какой он был?
Пришлось описывать и лес. Его зелень была подобна изумрудам. Тёмно-зелёные стволы деревьев, ветки чуть светлее и совсем ярко-изумрудные листья мягких округлых форм. Кустарники под деревьями тоже не сильно отличались в цветовой гамме. И лишь трава там была тёмно-изумрудной, что очень контрастировала с тем бледно-мятным морем трав, по которому я шла.
Пока я активно описывала лес, мужья так же активно бледнели.
— Что? Всё настолько плохо? — сдержать иронию было сложно, но я старалась.
— Нет, милая, — прокашлялся ирлинг, быстро приходя в себя. — Этот лес называется Ластурский, но… Видишь ли, птичка, это, если можно так сказать, запретный лес. Туда никто не может войти без разрешения его Хранителя. А если кто и решается, то живым редко возвращается.
— Там так опасно? — а что я ещё могла предположить? Возможно, Хранитель и запрещает туда входить, что умереть можно по неосторожности — растения плотоядные там или хищники, опасные обрывы и провалы.
— Наоборот, — хмыкнул саркастично Роуш. — Это самое безопасное и светлое место в нашем мире. А не возвращаются оттуда как раз потому, что Хранитель неугодных и убивает, защищая свои владения.
У меня холодок пробежался по позвоночнику, заставляя задрожать. Хотя, если подумать и учесть все особенности этого мира, то только так такое райское, по словам супругов, место и могло сохраниться. Но…
— Как же нам тогда моего Хранителя там искать, если защитник леса запретит нам пройти? — вопрос так вопрос. Рэин нахмурился, Роуш скуксился, Гэлд поджал губы, а Кан просто слушал нас и наши решения, стараясь не мешать там, где помочь всё равно не мог.
— Пока не встретимся с ним — не узнаем, — как гром с ясного неба выдал Эриан.
Что ж, он прав. Когда ситуация безвыходная, нужно либо ждать, либо идти напролом. Тогда выход либо сам покажется, либо будет найден уже по пути.
На этом и порешили, вновь передав слово мне для описание третьего места, показанного сном. А что там, собственно, описывать? Луг. Бескрайний луг с небольшими холмами. Трава, как я и сказала ранее, молочно-мятного цвета. Цветы на нём встречались редко и чаще всего были мелкими в этом море зелени.
— Скорее всего, это равнина Эльтифиар, — задумался эльф, а потом его будто осенило: — А ведь она точно посередине, между Кандаракской пустыней и Ластурским лесом! Что в ту, что в другую сторону почти одинаковое расстояние!
— Только между ними и с той и с другой стороны горы, моря и парочка не очень дружелюбных государств, — снова не удержался от иронии мой дракончик.
— Зато порталы легче строить, — не сдался его настроению Архимаг. — Вот только не помню я, чтобы на той равнине вообще хоть кто-то жил. Раньше были города, мелкие селения, но либо оттуда давно все ушли, либо там те, кто никак не может быть Хранителем, так как не носит конкретной сердцевины источника — они могут быть и тёмными, и светлыми, по своему желанию, — последнее он точно объяснял мне.
— Не забывай, что появились новые переселенцы и искать нужно среди них, — напомнил ему Гэлдар. — Думаю, брат уже сейчас вместе с другими правителями решает земельный вопрос для беженцев. Подождём пару дней, и я уточню у него, кто поселился в увиденных Ири местах… Разве что, на территорию Ластурского леса никогда никого не селят — туда придётся идти самим. Как раз времени хватит и нам, и братцу.
— Согласен, — отозвались неровным хором Рэин и Роуш. Кан по-прежнему молчал.
— Предлагаю выдвигаться сразу, как только Ири полностью энергетически восстановиться, — предложил ирлинг, мягко мне улыбаясь, но легко уловил мой небольшой протест в глазах и понял, добавив: — Отправимся сразу после встречи с Милой. Хорошо? — и чмокнул меня в кончик носа.
— Хорошо, — согласилась теперь уже я. — Думаю, пока вы готовитесь, мы с ней поговорим — как раз время сэкономим.
— Идея прекрасная, — отозвался почему-то скептически молчавший до этого волчонок, привлекая к себе все взгляды нашей семьи, ждущей его «но». И муж не заставил себя ждать: — Но отпустят ли нас так просто Жрецы?
— Какие ещё Жрецы? — что-то я не поняла.
— Высшие Жрецы всех Храмов Света, — пожал плечами Кан.
И если остальных супругов это озадачило — думали, скорее всего, как этих самых Жрецов обойти или оставить в игноре. То я почему-то уже сейчас почувствовала от этих рясников одни проблемы.
Глава 34.
Как чувствовала моя чуйка, проблемы от Жрецов светлых Богов начались уже к вечеру. Они буквально осаждали наши покои. Стоило слугам пройти или кому-то из моих мужчин выйти, как их тут же атаковали вопросами о моём самочувствии, а также маниакальным желанием встретиться.
Естественно, что слуги легко игнорировали светлое жречество, ведь были в основе своей тёмными, но и супруги-Хранители так же предпочитали игнорировать рясников, а иногда просто жёстко посылать молиться обратно в их храмы и проливать свет веры на страждущих — сейчас, якобы, самое время, ведь скоро Зарница!
Часть Жрецов быстро отсеялась. Но были и те, кто упорно продолжал подпирать двери. Одним из таких был Высший Жрец Второго Главного Храма Света. Старик, по описанию столкнувшимся с ним Роушем, которого вызвал к себе Император, был очень похож на Гэндальфа. Но эта стена точно ни одного Балрога не пропустит вперёд себя! Мой драгас-то пробивался под конец дня уже потайными и обходными путями, лишь бы лишний раз с ним не контактировать.
Драгаса едва ли не трясти начинало, когда он смотрел в сторону выхода из покоев. Приходилось отвлекать его внимание на что-то из будущих планов или чисто на себя. В итоге, так получилось, что я, краснея всем, чем можно, села на его колени и стала играть его длинными волосами, заплетёнными в косу.
Естественно, что больше ни слово не было сказано ни кем из супругов. Одни завидовали и мечтали оказаться на месте дракона, а второй чисто ловил нирвану, тискал мою талию, зарывался новом куда-то в волосы и порыкивал от удовольствия. И не понятно — ему нравилось то, что я делала, то, в каком положении делала, или то, что делал он сам?
В любом случаем, любые разговоры встали, а потом в них и вовсе отпала нужда. Я не заметила, как пригрелась в объятьях чешуйчатого мурчателя, и просто в какой-то момент уснула.
Через тонкость лёгкости сна почувствовала, как меня поднимают на руки, как несут и укладывают на кровать, а потом укладываются рядом. Мужчины старались делать всё осторожно, мягко и молча, создавая вокруг меня кокон из тепла и нежности. Но как бы они не старались, полностью в сон я так и не провалилась.