Сухой закон 2 (СИ)

Я подмигнул ему:
— Всё-таки любой труд должен быть оплачен. Ведь так? Глядишь, ещё и в гольф будем вместе играть в будущем. И смеяться, вспоминая всё это.
По лицу Глена было видно, что ему совсем не до смеха. Я не стал мешать ему думать. Подозвал официанта и попросил десерт.
Наконец, он «созрел».
— Хорошо. Я согласен. Когда вы мне позвоните?
— Как только ирландцы назовут мне место и время встречи. Мы обговорим с вами все детали. Я уверен, они сделают все, чтобы убедиться, будто я один. Вы должны будете появиться к концу стрельбы. И отличиться.
  
— Вы очень рискуете, — заметил агент.
— Рад, что вы оценили. Но выбора у меня нет…
Дорогие читатели. Пишу после большого перерыва. Часть текста была подготовлена, как вы поняли, заранее. Пишите, как вам по ощущениям, в сравнении с тем, что было? Первая часть получилась очень объемной, нужно было ввести основных персонажей, сделать финансовый «задел» для ГГ. Теперь, как видите, события развиваются быстрее. И главы получаются объёмные. С уважением, автор!
 Глава 17 
 Риск — дело благородное 
Отель «Плаза». Манхэттен.
Пересечение Пятой авеню и 59-ой улицы было очень и очень оживлённым. Большой перекрёсток, который будет фигурировать чуть ли не в каждом втором фильме про Нью-Йорк, уже стал настолько забитым, что я невольно вспомнил перекрёсток Сибуя в Токио. Он будет считаться самым оживлённым через восемьдесят лет. Думаю, сейчас это звание по праву принадлежало тому месту, где я стоял среди толп разномастно одетого народа.
Отель «Плаза», пятизвёздочная громада, напоминал собою одно из зданий Версаля, которое решили «вытянуть» вверх, добавив несколько этажей. Швейцар с поклоном открыл мне дверь, и я оказался посреди холла, покрытого блестящими «шахматными» плитами.
— Чем могу быть полезен, мистер? — тут же подскочил ко мне портье в бордовом костюме и бутоньеркой в виде белой лилии на лацкане пиджака.
— Мне нужен пятый зал для встреч.
— Вас ждут?
— Да.
— Позвольте, я вас провожу!
Я двинулся следом за ним. Мы поднялись на десятый этаж. От лифта вперёд и в стороны разбегались широкие коридоры, отделанные мрамором. Портье вежливо протянул руку направо и повёл меня к широким распашным дверям. Вскоре я уже оказался внутри большого помещения.
Зал для встреч в моём времени называли конференц-залом. И в девяноста процентах случаев он выглядел бы совсем не так. Сейчас тут не было никакого хай-тека или функциональности. Напротив, резные панели, тяжёлые шторы, ковёр, в котором утопала нога. Длинный, тяжёлый и массивный стол, вокруг которого стояли удобные глубокие кресла с подушками. Печатная машинка на столике в углу — это для машинистки, если нужно что-то фиксировать. Золочёные абажуры настольных ламп, портреты исторических деятелей по стенам. В углу расположился бильярд. Видимо, для «перерывов» между совещаниями для желающих скоротать время или обсудить дела за игрой в более непринуждённой обстановке.
В одном из кресел сидел высокий худой человек в толстенных роговых очках. А спиной ко мне — темноволосая девушка и атлетично сложенный молодой человек. Зуб даю, вот их-то я как раз знаю. Пусть и очень вскользь.
— А вот и мистер Соколов! — поднялся высокий тип в очках и расплылся прямо-таки в лошадиной улыбке, — Позвольте отрекомендоваться! Оуэн Манн-младший. Поверенный в делах мистера Еноха Джонсона в Нью-Йорке. А это мисс Блум и мистер Дэннис Брауни. Дорогие друзья, это — Алекс Соколов, замечательный молодой человек, бизнесмен и друг мистера Джонсона.
О как, я уже и друг, и замечательный человек. Когда американцы хотят что-то тебе втюхнуть, они вообще не стесняются в оценках. Хотя фамилия у Оуэна отнюдь не американская.
Молодые люди поднялись со своих стульев и обернулись ко мне. Да. Это была она!
Блум, в приталенном платье, казалась невесомой статуэткой из другого мира. Тонкая шея, точёные скулы. Прямой аристократический нос, длинные ресницы. Тёмные карие глаза и чёрные как смоль волосы, уложенные так, что их них выбивался только один локон на лице, добавляющий образу чувственности.
Признаюсь честно, по её брату Дэннису я лишь мазнул взглядом, склонившись в поцелуе протянутой руки девушки.
— Очень рад снова вас видеть, мисс и мистер Брауни. Теперь я знаю и вашу фамилию, — улыбнулся я.
Девушка подняла бровь и пристально вгляделась в моё лицо. Брат тоже на секунду замешкался. Затем она улыбнулась:
— Добрый день, Алекс. Алекс из России? Скачки пару месяцев назад?
— Ипподром «Акведук», — кивнул я с улыбкой.
— Вы поставили на «Гарцующую»…
— И победил… — закончил я.
— Победила «Гарцующая», мистер Соколов. А вы — выиграли ставку, — хитро прищурилась девушка.
Хороша! Вроде и не нагрубила, но отбрила тонко. К сожалению для них, и к счастью для меня, их «Огнедышащая» тогда не пришла к финишу первой. Зато я смог сделать по наводке Соломона Михайловича из трёх — пятнадцать тысяч долларов. И это стало стартовым капиталом моей «империи».
— Мистер Брауни! — пожал я протянутую руку Дэнниса.
— Очень приятно, — ответил он весьма нейтрально.
Вот в его глазах был холод. Ну, ничего. Судя по тому, что сказал Наки, выбирать партнёров им уже не приходится из-за финансовых обстоятельств.
— Господа, предлагаю перейти к делу. Мистер Соколов, семья Брауни сегодня отбывает в Кентукки. Но я очень рад, что мы смогли все увидеться лично и обсудить наши дела. Прошу вас! — и поверенный Наки пригласил нас к столу.
Нам быстро подали чай и кофе с десертами. Я украдкой наблюдал за Блум. Она сидела прямо, изящно держа тонкими пальчиками маленькую чашечку. Что там говорил Джонсон? Вроде бы Брауни происходят из аристократического рода.
— Господа, семнадцатого января в силу вступает Сухой закон. Благочестивые жители штата Джерси, и, в частности, Атлантик-Сити, хотят устроить гуляния по поводу введения этого несомненно замечательного акта, — начал Оэун, поблёскивая линзами очков.
Ну да, ну да. Раз он поверенный Наки, то в курсе дел босса, и для них это вообще золотая жила. Внешне они будут рукоплескать Акту Волстеда. Я посмотрел на Брауни. Дэннис кивал с серьёзным видом. А вот Блум еле заметно усмехнулась, внимательно наблюдая за поверенным. У меня создалось впечатление, будто она-то намного дальновиднее оценивает всё это, чем брат. И понимает, что это лишь ширма, для гигантской вечеринки, масштабом в целый курортный город для его жителей и гостей.
— Накануне шестнадцатого числа, казначей Атлантик-Сити, Енох Джонсон устраивает скачки на правах временно исполняющего обязанности мэра. Мисс и мистер Брауни милостиво согласились предоставить лошадей и найти жокеев для этого замечательного действа!
— Двенадцать скакунов, — кивнул Дэннис.
— Мистер Соколов пообещал, что сможет выделить нам часть своих фургонов и без проблем перевезти всех лошадей и доставить их в целости и сохранности из Кентукки в Джерси. Всё так, мистер Соколов?
— Именно. Двенадцать лошадей — вполне посильная задача.
— Отлично, — улыбнулся Оуэнн.
— А жокеи? — неожиданно вклинилась Блум и посмотрела на меня.
Её брат бросил на неё недовольный взгляд и заговорил:
— Это не столь существенно…
Оуэнн с улыбкой посмотрел на красавицу, словно это действительно не имело смысла обсуждать.
— Позвольте, джентльмены, — подал я голос, — Мне хотелось бы услышать мнение мисс Блум, — я внимательно поглядел на девушку и кивнул ей, — Прошу вас!
Она отставила чашку в сторону и облокотилась на стол:
— Мы договорились с мистером Джонсоном, что мы предоставляем лошадей и жокеев. Но все остальные расходы и процедуры берёт на себя он или его компаньоны. Я так понимаю, таким человеком выступает Алексей.
Приятно было услышать своё полное русское имя. Значит, она запомнила его тогда на скачках в «Акведуке».