Каратели (СИ)

- Какой еще «друг»? – с вопросом Гектора, дверь за спиной жалобно скрипнула. От страшного звука по нервам полоснула будто бритва. Могильным холодом повеяло в спину от полураскрытой двери. Но кто-то насильно вдруг выдернул ручку и закрыл.
- Такой! – ответил раздраженный голос Карательницы. – У меня не может быть друга? Я не хочу тебя с ним знакомить. Пока. Мы просто хорошие друзья, но ты же бешенный!!! Тебе противопоказано знакомиться с моими ухажерами, потому что они – недалекие, нюни, и неудачники! Недостойны твоей сестры! Поэтому сейчас я не желаю его показывать. Иди отсюда, у нас же план-перехват?!... Честно-честно, он только переночевал, Анжела не видела, не волнуйся.
- А…а…а! – Я не ослышалась? Гектор потерял дар речи, не смог найти слов после ответа сестры. А потом, собравшись с мыслями, тихо спросил. – А Андрюша? Андрей, в смысле? Какого хрена ты пудришь ему мозги? Он постоянно зовет тебя на свиданки, слюнки подтирает? А ты им крутишь на ху…ху…ху..?
- Я им не кручу и уже не знаю, как намекнуть, что он - сопляк и не устраивает меня в качестве мужчины!!!
- Все вы бабы… «леди»! – послышалось внезапное утверждение. Очень тихое, но я расслышала, даже обернулась в сторону двери. А там в коридоре зазвучали тяжелые широкие шаги. Мне бы порадоваться, да странно грустно сказал Гектор. Непривычно. Я не слышала его грусти. Обычно Каратель либо раздраженный, либо злой, либо смеется по-глупому.
- Гектор! Я-то почему опять виновата? У тебя плохое настроение, а оскорбляешь меня!? Гектор?! – но тот не отвечал. Только эхо шагов говорило о его раздраженном уходе.
Досадно, Гектор? Досадно, что не можешь найти Клеймённых?
Еще некоторое время продолжалась тишина и неподвижность в нашей комнате. Прежде чем уйти, хозяйка дома бегло рассказала о своих будущих действиях и пояснила случившееся. Кроссовки Артема у входа привлекли внимание, поэтому Гектор заподозрил неладное, начал допрос, а Лене пришлось из-за нас врать. Это дом Гектора, но он здесь не живет, бояться его прихода не стоило. Нам было приказано сидеть в комнате, а Карательнице необходимо замести следы с Игорем. Легенду себе она придумала, понадеялась, что стычку на дороге посторонние не заметили. Вечером Елена вернется с дочерью из детского сада, и в это время нам стоило вести себя предельно аккуратно, ни в коем случае не покидать пределы комнаты. Девочка будет рада спасительнице, но дяде обязательно разболтает новость об найденном ангеле-хранителе, поэтому Анжелы необходимо избегать. А ночью, когда малышка заснет, Елена вернется за нами.
***
Закрытый дом погрузился в тишину. Мы не разговаривали, слишком боялись, что стены услышат нас, что наш запах впитается в светло-бежевые обои комнаты и сдаст наше местоположение. Сидели только на ковре и поначалу ни к чему не прикасались.
На широкой кровати раньше спали родители Гектора. Удушливое ощущение от осознания, что это его дом! Что он здесь ходил! Что в детстве Гектор, возможно, лежал на этой кровати (к которой я сейчас притрагивалась спиной) между отцом и матерью, спрятанный в одеяле по макушку. Например, подобным образом скрывался от страшных монстров из снов. Гектор, наверное, чего-нибудь боится? У всех есть страхи; жалко, что я не могла прочесть его страхи – возможно, тогда бы поняла его лучше. Огромный шкаф с одеждой, в зеркале которого маячили наши испуганные лица. А на комоде несколько фотографий в серебристой рамке. До зуда в ногах хотелось привстать и посмотреть, кто изображен, потому что с пола не видно.
После нескольких секунд борьбы не удержала любопытство в узде и подошла к комоду.
Одна фотография мужчины и женщины – сразу понятно отец и мать, лет сорока. Первым увидела взгляд мужчины и невольно отшатнулась, от того насколько пугающий. Эти карие глаза жутко страшат, когда смотрят напрямую, сканируют каждую внутренность в организме. Видят насквозь. У Гектора не всегда похожий взгляд, а у мужчины даже на фотографии очень внимательный. Его отец невероятно волосат: щетина, усы, но черты лица похожи на Гектора- резкие, нет плавности линий. А у Гектора гладкое лицо, правда иногда щетина пробивалась за день и тогда подбородком оставлял красные полоски раздражения на коже.
 
Женщина на снимке очень симпатичная, держала за руку «единственного» и с кокетливой улыбкой посматривала в объектив камеры. Гладкие волосы блестели шоколадным цветом, а на груди завивались красивыми кудрями. У женщины стопроцентная улыбка Гектора.
Не надо было смотреть на прошлое Карателя. Зачем смотреть на вторую фотографию? На малыша лет шести в шортах и майке возле песочницы. Уже тогда шебутной. На центральном плане Андрей, а Гектор позади то ли обнимал друга за шею, то ли насмешливо душил. Андрей высунул язык, изображая внезапную кончину на что Гектор вытянул вперед вторую руку и показал пальцами букву «V». Победа!
- Что-то веселое увидела? – обвинил взгляд Артема в зеркале на стене ровно передо мной. Я не заметила собственных эмоций, глупо улыбалась неодушевленному Гектору и Андрею.
Поспешно опустила уголки губ, скрываясь за равнодушием.
- Да так…вспомнила… - не знала, как оправдаться, поэтому просто отвернулась от фотографий. Пальцами вцепилась в комод позади себя и пыталась наскоро слепить оправдание поведению.
- У меня ощущение, что ты не до конца понимаешь одну простую истину: «Гектор- наш враг!» – Артем нахмурил лоб, глаза сузил, зрачок почти скрылся за веками, желваки заходили под кожей лица. – И мы сейчас в его доме! В одном шаге от казни! – впервые, наверное, друг повысил голос. – Думаешь он пощадит тебя? Пожалеет за то, что помогла найти вход в наш мир?
Обвинение опять больно кольнуло в груди и защипало на глазах.
Я скрестила руки на шерстяном свитере под грудью, морально защищаясь от гневных слов. Отрешенно рассматривала плечо Артема в куртке, так и не снятую после улицы, и признавала правдивость слов. В памяти Клеймённых я навсегда останусь предательницей, которая помогла врагу найти вход в наш мир. И от правды не уйти.
Какая-то проблема спряталась внутри меня. Возможно дефект в генах Клеймённых, но я уверена, что Гектор не тронет. Не убьет. Если остальных убьет, то меня не тронет. Я уверена!
У Карателя было много времени, чтобы перерезать мне горло, но он этого не сделал.
***
Когда малышка заснула, Елена разрешила выйти за пределы комнаты, привести себя в порядок, помыться, справить естественную нужду. Я первая быстро освежилась, а вторым отправился Артем. Посвежевшая и в приподнятом настроении аккуратно ступала на носках по затемненному коридору, пока не увидела одну из комнат. Та была не до конца закрыта. Я решила аккуратно прикрыть, потянула за ручку, но…но… опять не справилась с распирающим любопытством и сунула нос в темноту помещения. Бесшумно вошла внутрь, щелкнула выключателем на стене и увидела в зеркальном шкафу-купе любопытную себя с ярким румянцем на щеках после горячего душа. Справа на стене телевизор или скорее так: вся стена и есть телевизор. Под ним черный рабочий стол с компьютером.
Само помещение в форме буквы Г, комната резко обрывалась возле широких окон в высоту стены, сейчас скрытых тяжелыми шторами. Буква Г привела налево, где еще одна часть комнаты, спрятанная от входа. Здесь огромная белая кровать в форме круга, а спинка со стальными жердями. Рядом тумбочка с лампой.
Я сунула нос буквально в каждый уголок этой комнаты, тихонечко открыла створки шкафа и удостоверилась – битком набитый мужской гардероб. Я ощущала запах Гектора. Он впитался в каждую деталь в помещении, трепетно покалывал кончики пальцев, мягко обнимал.
Осмотр я остановила возле рабочего стола, где обнаружила фотографию. Приблизила к лицу Гектора лет восемнадцати. Милый, слащавый, наверное, девочки в очередь выстраивались за ним. Сейчас его черты грубее. И уже тогда рядом с ним веселая Лиля. Парочка на фотографии страстно обнималась.
В дверь мышкой прошмыгнула Лена. Пока подходила, я успела поставить фотографию на законное место рядом с горшком кактуса.