Каратели (СИ)

Щелк. Дверь отворилась и впустила нас. Карательница осторожно выглянула из-под калитки и оценила улицу на предмет преследования.
- Чисто! Кажется! – столько радости, неприкрытого облегчения было в ее тяжелом выдохе, что я устыдилась. Насколько же женщина рисковала? Что будет, если вдруг нас видели. И самое главное - почему Карательница помогала? Подруга не помогла, а эта зачем?
Быстро вбежав по ступеням, дружно ворвались в прохладу дома, только там облегченно рухнули на обувь возле входа. Карательница сняла кроссовки и капюшон. Снизу пола, где сидела на красных девичьих сапожках, я рассмотрела у женщины темные волосы, заправленные в пучок. И по росту Карательница показалась низкой.
- Вы, к сожалению, попались! – хозяйка дома повернулась и что-то смутно знакомое. Где-то я ее видела. Она не красавица, не уродка, нет особенностей в лице, нет шрамов или веснушек. – Сегодня вам лучше не высовываться. О вас объявили по всем линиям - это значит, что минимум двадцать четыре часа на расстоянии нескольких метров друг от друга будут стоять-охранять Каратели со всего округа. Округ полностью перекроют. Не стойте в дверях, давайте я провожу вас. Сидите как мышки, пока не вернусь.
Вдоль длинного коридора Карательница проводила в одну из дальних комнат дома. Встала возле открытой двери. Мы же с Артемом пытались перестать дрожать, справиться с тремором пальцев и похолодевших ног.
- Почему вы нам помогаете? – спросила, прежде чем спасительница ушла.
- Не вам, а тебе! Ему бы башку проломила. И не делай вид, что не помнишь. У меня было сотрясение мозга после тебя, Клеймённый! – Артем виновато потупился в пол, в красный ковер, на котором сидел. А мне женщина по-доброму улыбнулась. По-девчачьи. – Единственная моя ценность в жизни – это дочь. Я в прошлый раз не поблагодарила тебя за спасение дочери из-под колес автомобиля. Очень жалела об этом. И даже не мечтала, что когда-нибудь представится возможность оплатить тебе за доброту, за твое неравнодушие к другим.
Автомобиля!? Женщина и девочка, которую вытащила с дороги и когда машина переехала ногу. Первый день в Приаме.
От ее слов захотелось зажмуриться или заткнуть уши ладонями. Я не верила в то, что слышала. Эти качества мешали жить в Приаме, за них получила столько дерьма на голову, от которого никогда не отмоюсь. И неужели еще есть в наших прогнивших, озлобленных мирах кто-то человечный, кто-то, кто отвечает добром на добро? И подумать только одной из таких оказалась Карательница – та которая должна убить, а она помогала.
И пока переваривала информацию, мы вздрогнули от раздавшегося звонка.
- Черт! – Карательница раздосадовано стукнула кулаком по деревянной двери, от чего та завибрировала. – Скорее всего допрашивают окрестные дома, не видели ли беглых? Не волнуйтесь! Сюда не сунутся, они же не самоубийцы! - рассмеялась женщина и уже почти ушла. Почти оставила нас с Артемом наедине со скачущим в груди сердцем, когда дверь где-то в доме шарахнула о стену.
Женщина одеревенело остановилась, глядя в сторону прохода, который вел на выход из дома.
А оттуда мужской голос:
- Лена!!! Около дома не пробегала белобрысая тварь!?
Этот голос…этот голос. Я просто умерла от этого голоса, потерялась в пространстве, сильно повело в сторону от бессилия. И звуки шагов громыхали сильно, будто по мне ходили, картинка перед глазами исказилась, проплыла кривой волной перед лицом.
Дрожащими губами прошептала глупый вопрос:
- Гектор!?
- Черт возьми, брат!
Карательница нырнула обратно в комнату, плотно прикрыла дверь, а лбом прикоснулась к деревянному косяку...
- Он же лично не бегает за Клеймёнными? Зачем сегодня приперся!? Как не вовремя…
Я обреченно опустилась на колени, и поняла - вот он, конец. Гектор не пожалеет меня и Артема. Хотелось завыть в полноту легких от бессилия, от ужасной реальности, как бы ни убегала… та настигла. Артем вновь потерял уверенность, обреченно спиной оперся о кровать. Сидел на полу и смотрел в потолок. Искал ответы и смиренно ждал. А мне хотелось заорать от бессилия перед судьбой. Как дикой зверушке, которая попала в капкан. Дико скрутило тело. Горечь подступила к горлу.
 
Выть и орать, кричать о спасении – вот о чем мечтала, но на деле беззвучно глотала слезы. Сильно тошнило от страха за Артема. Страх за себя покорно улегся, как и всегда при появлении Гектора. 
Теперь же страх за Артема прожигал грудь. Что будет с ним? Что Гектор сделает с ним? Я -- любопытная диковинка, с которой забавно играться, к тому же могу пригодиться в борьбе с Клеймёнными. А Артем – тот, который столько месяцев прятался от Карателей и в особенности от Гектора, и тот, в которого я сказала, что влюблена. Уверена, за побег Гектор свою диковинку не убьет, а всё остальное успел сделать. Мог, конечно, избить. Но зачем, ведь стану уродливой и мной не захочется пользоваться. Артем… вот через кого можно отомстить за побег. И простым убийством дело не закончится - палач будет зверски пытать, чтобы было уроком.
  
Глава 28
 
POV Диана
Я не ждала от Гектора благородства, милости, понимания моих действий. Ведь, сбежав из плена, я обманула его и поставила между нами ощутимый барьер. Насильственно сделала его в своих глазах врагом. Отныне мы по разные стороны баррикад.
- Пожалуйста… пожалуйста… помоги, - тихо одними губами зашептала просьбу Елене, вряд ли даже Артем в комнате услышал слова.
Карательница не поняла мольбы, выразительно надломила четко очерченную бровь в незаданном вопросе.
- Я и так собиралась…- шепнула она.
Тяжелые шаги по полу за пределами комнаты напомнили о том, в каком мы месте.
Стремительно открыв дверь, Елена вышла в открытый проход, прижалась к стене, пытаясь маленьким тельцем загородить нас в комнате. Буквально просочилась в маленький открытый промежуток и с легким дребезжанием закрыла вход.
- Гектор? – чуть приглушенно из-под двери донесся голос женщины. – Что случилось?
Вопросы прозвучали правдоподобно, искренне, с чувством «удивления» женщина не переиграла. Но я плохо знала характер Карательницы и ее эмоциональную реакцию на события, а Гектор хорошо. Мог ли он заподозрить фальшь? Очень надеялась, что нет.
Слушая приглушенный разговор за дверью, я внимательнее оглядела обстановку комнаты. Огромную двуспальную кровать, закрытую светло-коричневым покрывалом с изображением красивой розы, на стебле которой покоился затылок Артема. Клеймённый сидел на полу, свободно вытянул ноги, а голову опустил назад на кровать. Равнодушный: черты расслаблены, губы приоткрыты и слышно ровное дыхание. Лицо обращено к белоснежному натяжному потолку и величественной люстре цвета золота. Его молчание страшное, обреченное, а выражение лица, как у приговоренного на смерть: безысходность и принятие участи.
Я, по-прежнему стоя на коленях, подняла руку друга, прежде безвольно лежавшую на красном жестком ковре, и сжала с силой. Чтобы привести в сознание Клеймённого, передать тепло, потому что мужские пальцы трупно-ледяные. Словно нет в них силы и кровь не циркулировала по венам. На дружеский жест Артем отреагировал - равнодушно перевел взгляд на меня. Такое же обречение сквозило в нем, когда нашла его в кафе у Ромы – брата Эли.
Через мои кости! Через мои кости Гектору придется переступить, сломать их и раздробить, прежде чем доберется до Артема. Друг не заслужил. Он столько страдал, в том числе из-за моего папашки!
Я спиной к двери заслонила собой возможное нападение. Если Гектор войдет, я не хотела его видеть. Пусть меня сначала убьет. От моего сопротивления будет мало толку (одной рукой отшвырнет в стену) и заберет Артема, но хоть так… пусть будет дополнительная помеха для Гектора на пути к цели.
Усердно сжимая пальцы друга, ощущала, как озноб пробивал всё тело, в том числе голову и даже кажется кончики волос. Очень хорошо сейчас поняла смысл фразы: «волосы дыбом».
А разговор за дверью сначала был вполне миролюбивым, потому что голоса слышались очень тихо и было сложно понять смысл слов. До некоторого времени. Вдруг общение преобразилось, перешло на более повышенные тона. Слова зазвучали отчетливее.