Академия Утёс (СИ)
Жеребьёвки не было, списки фамилий вывесили на дверь, алгоритм расстановки очереди простой – самые слабые сначала, сильные в конце. Виктор обнял свой талмуд и пошёл искать себе место для долгих ожиданий. Прошло около трёх часов, голод давал о себе знать, и только тогда появилась Эль:
– Не говори мне, что ты знала о порядке своей очереди. – она лишь виновато улыбнулась.
– Ты почему не позавтракал? – спросила она, вызывая румянец на его выбритых щеках: живот урчал от голода совершенно вопреки приличиям, – Тебе нельзя голодным на защиту, ты же знал! – из сумки выудила сэндвич, будто и она знала, что он придёт голодным.
– Кусок в горло не лез… – он с благодарностью взял сэндвич и заурчал от удовольствия, – Эли, как же вкусно! Сама готовила?
– Как всегда.
– У тебя обязательно должен быть ресторан! Восхитительно! – он набил рот совершенно невоспитанно, но зато искренне. Урчал, фырчал, а потом втихаря зацеловал её руки, вызывая на девичьих щеках румянец, – Спасибо, ты фея!
– Виктор Дарм! – позвал секретарь из аудитории, откуда вышел уже не один потерянный и поникший адепт, – Ваш черёд.
– Пожелаешь мне удачи? Или провалить испытание? – усмехнулся он вставая.
Но Эль лишь хитро улыбнулась, поджав пухлые губки. Раззадорило, воодушевило! Виктор помчался в бой с совсем другим настроением, нежели собирался с утра.
– Приветствую уважаемую комиссию. – поздоровался он и,не тратя времени, положил талмуд на стол комиссии.
– Это Виктор Дарм? Молодой человек, вы сильно изменились с прошлого года. – прищурился член коллегии императорских Зорких, который ежегодно инспектировал будущие кадры, – Вы принесли внушительную работу, но лишь в одном экземпляре.
– Я знаю её наизусть, копия мне не понадобится.
– Самоуверенно. Ну что же… ректор Крафт? Здесь заявлен дар зреть будущее как основной, а вспомогательный – прошлое. Что скажете?
– Скажу, что несогласен. Амбициозно оценивать этот скромный дар Зоркости, как основной. Я бы сменил приоритеты ровно наоборот.
Виктор ожидал этой реплики, как и того, что возможность опротестовать всё же оставят за ним.
– С вашего позволения, соглашусь с ректором в плане буквальной оценки моего дара, однако если ознакомиться с моей работой и результатами трёхлетней разноплановой практики в разных сферах, а также результатами испытаний, то можно убедиться в действенности моего метода. Он заключается в коллаборации магического таланта и научного подхода. Я плотно занимаюсь этим симбиозом уже полных два года. И в моей работе наглядно видно динамику до начала вплетений научных методов в мой, как ректор метко выразился – скромный дар и после.
Виктор замолк, давая комиссии ознакомиться с эмпирической частью работы, красочно обрисовывающей и бережно собранной информации. Шли долгие минуты, прежде чем председатель комиссии заключил:
– Впечатляет. Ваш метод… необычный, мастер Дарм, в том самом смысле, что не каждому по плечу. Будь это так просто, те студенты, что сегодня срезались на сертификации дара, ушли бы с победой. Что уж говорить о сотнях тех, кто ушли из Утёса ранее.
– Я не сказал, что мой метод прост. – усмехнулся Виктор, – Будь он прост, я бы не претендовал на столь значимый приз и высокую службу империи. Каждый попрошайка с улицы мог бы оказаться на моём месте, но не оказался. Потому что я и есть коридор вероятностей для дара видеть, дара считать, дара анализировать. И формулировать так, чтобы вас впечатлить. – отчеканил Дарм и вышколено задрал подбородок, выжидая вердикт.
– Молодой человек, пока решение не принято, просьба продемонстрировать ваш вторичный талант, коль скоро он не так красочно изложен в вашей работе.
Виктор кивнул и дал к охладевшими пальцам магический импульс. Кровь пошла по жилам сильнее, напряжение вышло десятком фантомов, формировавшихся в такую же, но зеркальную аудиторию, с почти тем же составом комиссии, но на несколько лет моложе.
– Остроумно! Дарм, когда это было? – хихикнул член комиссии, – Глядите, а мне шли усы.
– Четыре года назад. В этом же составе был приём на факультет. – улыбнулся Виктор.
В фантомную аудиторию зашёл некрасивый сутулый парнишка, смотрелся он жалко. Виктор вспомнил, как в тот момент ужасно себя чувствовал – едва держался на ногах от болей. С его пальцев тогда и искры не сошло, не говоря уже о полноценном фантоме.
– Ловко. – изрёк ректор, – Показать каким убожеством вы пришли в эти стены, и что из этого удалось слепить нечто годное к службе. Гадкий утёнок. – пауза, в которую Крафт перевёл взгляд с фантома на реального Виктора, – Но вот беда, лебедь такой же гадкий. Или сносная утка?
– Селезень. Самец утки – селезень.
– Что-то между «Слизнем» и «Селёдкой». – подмигнул Варфоло, чувствуя победу в словесной перепалке.
Виктор сжал челюсти, гася порыв нахамить в ответ. Но спустя секунду, тело сотряс нервный смешок:
– Всё верно: жалкое начало. Слепое. Но я по-настоящему прозрел. Оттого благодарность преподавательскому составу ещё выше. И преданность государству.
Ректор, до этого вольготно расположившийся в своём удобном кресле, теперь перенёс вес на локти, упёртые в стол, свёл подушечки пальцев и, криво улыбаясь, наблюдал за каждым движением своего адепта.
– Вы правда изменились, Дарм. – изрёк он тихо, но председатель комиссии подхватил:
– И я этому рад, мастер Дарм. Вы очень талантливы – надо же: десять фантомов высокой чёткости передачи, взаимозависимых и достоверных! Но одного этого мало. Однако… Сейчас я вижу, что упорства в вас ровно столько, чтобы засчитать защиту – в этом никаких сомнений, лично у меня. Господа, есть ли у вас возражения? – он обернулся к остальным, и, убедившись, что решение обоюдное, ударил печатью по бланку, – Поздравляю, ректор Крафт, достойное поколение Зорких.
– Это вы ещё последнего студента не видели.
– Эйс, конечно! Любопытно! Дарм, прошу вас, пригласите мистрис Эйс к нам, если вас не затруднит. И удачи вам.
Виктор учтиво согнул спину и вышел вон.
Сотрясала мелкая дрожь, нервы всё не отпускало, но пришла пора выдохнуть.
– Эли. – позвал он. Почти все студенты разошлись, стало обычно тихо, а потому Эльза тут же встала и подошла, в ожидании заглядывая в глаза, но Виктор не ответил, а, пользуясь замешательством, нагнулся и коротким поцелуем запечатал пожелание удачи, – Добей их.
И он ловкой тенью скользнула внутрь.
Виктор ни на секунду не сомневался – сертификацию она пройдёт успешно, звездой сияя перед комиссией.
Глава 15. Главная партия
Из-за снегопадов почта запаздывала. Виктор терпеливо рассчитал все сбои в доставке писем вместе с прогнозом погоды, но всё равно нервничал в ожидании.
А ждал билеты на балет, только они не пришли.
– Что за чёрт? – он получил совсем другой конверт, который сразу узнал – от отца. И там таился ответ: в отместку за срыв помолвки, Кай Дарм урезал расходы сына и обещал ад после окончания Утёса.
В это утро вышла воскресная газета со статьёй о Викторе, а там ни слова о расторжении брака, упрямая заметка о скором союзе перспективных наследный аристократической крови с геном Зорких и даже фото Жасмин. В остальном ничего примечательного, лишь долгие рассуждения о том, как империя бережёт магические таланты и выпестовывает каждый, способствует благоприятным бракам, ждёт потомство и скрупулёзно блюдёт честь аристократии, что означало одно – никакой самодеятельности в выборе второй половины, иначе не уйти от гнева высшего света.
Эльза показалась на занятии с задумчивым видом, села рядом. Бледный, как призрак прошлого Рождества лектор нудно рассказывал хронологию восстания цыган, а Виктор всё пытался поймать взгляд Эль:
– Эй, мелочь. Уж не статью ли ты такая суровая прочитала? Там всё ужасно скучно.
– Действительно, скучно у вас у аристократов.
– Ты не в духе?
– Почему же? Я на пике внимания, учусь, впитываю знания. Всё своим чередом, спасибо, что спросил.