Доспех духа. Том 8 (СИ)

— Хорошо. Только учти, что мама кого-то из соседей выселит, чтобы с внуком рядом быть.
— Она уже намекает, что я могу ни о чём не беспокоиться и работать в институте, а она сама займётся воспитанием внука.
— Плохая идея, — рассмеялся я. — Бандит вырастет, как Кузьма.
Мы посидели ещё минут сорок, болтая о разном. У Таси были какие-то серьёзные планы на ближайшее будущее, но она так и не проговорилась, собираясь сделать сюрприз. Потом я всё же нашёл дядю, и мы поехали в гости к принцессам Цао. Как и говорил дядя Ринат, они снимали большую виллу совсем недалеко от нашего района, на территории клана, входящего в союз герцога Бурбон-Сицилийского. Посторонних и вездесущих туристов туда не пускали, поэтому в квартале дорогих вилл было тихо. Нас на подходе остановили, вежливо поинтересовались, кто мы и откуда. Услышав, что мы Матчины охрана обрадовалась, один из них смешно зачирикал на итальянском. В итоге вмешался старший, узнавший меня и нас пропустил без лишних проволочек.
— Надолго к ним в гости? — спросил дядя Ринат, когда мы остановились рядом с большой виллой на итальянский средневековый манер.
— На час, как минимум.
— Тогда я домой заскочу.
— Обратно сам доберусь, — сказал я. — Возьму такси или пешочком прогуляюсь. Здесь недалеко.
— Дело, — он хлопнул меня по плечу.
Я вышел из машины, постоял немного, глядя, как он разворачивается и уезжает в обратном направлении. Момент был подходящий, чтобы поговорить с ним о возвращении в Москву, но я так и не решился. Чёрт, с целой гильдией наёмных убийц воевать проще, чем поговорить с дорогим тебе человеком на тяжёлую для всех нас тему. Постояв немного, я вздохнул и зашагал к вилле. Мне нравится, когда перед домом много зелени, большой сад, аккуратно подстриженный газон. И запахи вокруг приятные, особенно после дикой духоты Лондона.
На пороге дома меня ждала незнакомая немолодая женщина в простом платье прислуги. Поприветствовав меня на китайском, проводила в просторную и светлую гостиную на первом этаже.
— Привет, — поздоровался я на русском, застав Сяочжэй.
— Здравствуй, — принцесса, сидевшая за столом, сделала приглашающий жест. — Ты торопился.
— Так получилось, — я улыбнулся. — Надо было срочно убегать из Англии, там стало слишком шумно.
Со стороны коридора послышались шаги, будто кто-то быстро сбежал по лестнице, затем в комнату заглянула удивлённая Чжэнь.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Нет, — быстро сказала она, поправив красивое летнее платье. На щеках у неё проступил лёгкий румянец. — Мы думали, что ты ещё долго будешь в Англии и так неожиданно приехал.
Она прошла по гостиной и села рядом с хитро улыбающейся сестрой.
— У меня как в той глупой сказке, хорошие новости и плохие, — сказал я, усаживаясь напротив. — Давайте я с плохих начну, чтобы потом не портить вкус чая.
— Ты не прав, — покачала головой Сяочжэй, становясь серьёзной. — К плохим новостям нужно подавать соответствующий чай.
— Наверное, особо горький и противный? Нет, спасибо, чай я люблю вкусный, даже если новости при этом неважные. В общем, помните, когда я звонил и показывал письмо от Императора? Его привозил глава клана Чжу. Так вот, ассоциация убийц затеяла какую-то непонятную мне игру и под шумок убрала его вместе с телохранителем. Я об этом узнал практически случайно.
Я вынул из кармана нефритовую подвеску в форме бублика и положил на стол иероглифами вверх.
— Новость неприятная, — сказала Сяочжэй, посмотрев на подвеску. — Это клановый символ, принадлежащий главе.
— Увы, подробностей я не знаю и тела не видел, чтобы утверждать на все сто процентов.
— Чжу Бинь не расстался бы с символом добровольно. Только если он мёртв или серьёзно ранен. Это все плохие новости?
— Все, — кивнул я.
— Я сообщу об этом Императору и семье Чжу, — сказала Сяочжэй.
В этот момент служанка вкатила в гостиную тележку со знакомым набором для чаепития. Сяочжэй что-то ей сказала и коротким жестом отослала. Сама расставила приборы на столе, налила воду в электрический чайник.
 
— Я встречалась несколько раз с мистером Чжу, — сказала она. — Он занимался опасной работой, грязной, но важной для Империи. В полной мере представлял, насколько опасна конкуренция. За последние два года на него семь раз покушались в Гонконге.
Помолчали немного. Вода довольно быстро дошла до нужной температуры и Сяочжэй заварила первую порцию чая. Я уловил знакомый аромат её любимого сорта. От того, что мне заваривали сёстры Юй, этот сорт отличался вкусом и даже цветом. Мне оба сорта нравились, поэтому я не возражал. Ещё года два назад, ни за что бы не отличил один от другого на вкус, а теперь узнаю даже по аромату.
— А хорошие новости? — спросила Сяочжэй.
— Мне надо встретиться с Императором Цао. У меня для него подарок.
— Подарок? — она удивилась, посмотрела на меня, затем на сестру и снова на меня.
— Не смешно, — хмыкнул я. — А если серьёзно, то в Англии я выкрал технику кинетического поля, аналогичную той, что придумал Лу Хань.
Вот теперь на мне скрестился действительно удивлённый взгляд сестёр.
— Помните, я недавно продал маску с защитной техникой доспеха духа? Ещё одну такую же я стащил у великого мастера Англии. Прямо из-под носа. Он, правда, не знает, что это был я, но наверняка догадывается. Это он платил деньги за мою голову, так что пусть не серчает.
— Подожди, — остановила меня жестом Сяочжэй. — Я запуталась. Техника кинетического поля?
— Аналог, или даже базовый принцип, который в своё время изучал Лу Хань, вложив в это душу. Для непосвящённых людей эта техника бесполезна, а разбирающиеся выберут Лу Ханя. Но если постараться, то принцип можно развить. Если бы я не встретил Вас, прыгал бы сейчас от счастья, думая, что мне попалось нечто занимательное и перспективное.
— И ты хочешь это отдать?
— Подарить, — поправил я. — Не хочу портить, пусть лучше у вас хранится в сокровищнице. А ещё лучше, в музее выставить, чтобы англичанам обиднее было.
— Это можно, — закивала она. — Но почему не в России?
— Нет, исключено. Слишком много жадных тварей крутится вокруг. Но у меня будет просьба к вам. Не хочу говорить «условие», так как маску всё равно отдам. В сентябре в Тибет отправится специалист из России, чтобы изучать технику Лу Ханя. Мне генерал об этом говорил ещё весной. В общем, для закалки характера подержите его в горах полгода, а потом переведите для обучения куда-нибудь поближе к цивилизации. Если хотите мучить учеников, ради бога, но исключите из этого списка Россию.
— Странное условие, — она улыбнулась. — Хорошо, я поговорю об этом с отцом.
В этот раз Сяочжэй упомянула именно отца, а не Императора. Вспомнив что-то, она прищурилась.
— Значит, ту огромную сумму за твою голову платил великий мастер Англии? — спросила Сяочжэй.
— Так мне сказало руководство охотников, — я развёл руками.
— Когда планируешь встретиться с Императором?
Передо мной поставили чашку с чаем.
— В середине августа, чтобы в сентябре вернуться в институт. Двух недель мне хватит?
— Более чем, — сказала Сяочжэй и подвинула ко мне нефритовую подвеску. — Отдай её Императору при встрече.
В гостях у принцесс Цао я провёл почти два часа. Мы долго беседовали на разные темы, не касающиеся текущей ситуации, пили чай с булочками, приготовленными на пару. Разговор сам собой перешёл на тему тренировок и прогресса девушек. Чжэнь всё ещё испытывала проблемы с контролем силы, но постепенно осваивалась. Говорила, что ей помогают спарринги с мастером Че. Мы немного позанимались с ней в саду, и я заметил, что практика укрепления тела давалось ей так же легко, как и Алёне. Дело было в упорстве и прекрасной наследственности. Подумал даже, что если бы они занимались одинаково, то принцесса могла бы обогнать её, даже с учётом того, что и Алёне в упорстве не откажешь. С Сяочжэй я тоже позанимался, отмечая, что всего за пару дней, она неплохо продвинулась в освоении новой техники. Думал, что принцессы в Риме отдыхают и наслаждаются отпуском, а они уделяли много времени тренировкам. А ещё я узнал, что Сяочжэй как минимум три часа в день посвящала изучению русского языка, два часа чтению литературы и стихов и ещё столько же времени разбору донесений из Поднебесной. Это мне Чжэнь рассказала, что её старшая сестра постоянно держала руку на пульсе того, что происходит в императорской семье. У неё были свои осведомители как в родном дворце, так и в столице. С того момента, как Император доверил ей какую-то малую печать, забот у Сяочжэй только прибавилось. Я не совсем понял, что это за печать и почему она приносит заботы, но посочувствовал.