Доспех духа. Том 8 (СИ)
— Не понимаю, — сказал мистер Пойзон, хмуря брови. — Зачем им это, не понимаю. Император Цао будет в ярости, а Азия — это тридцать процентов всех заказов. В отличие от той же Африки работать там безопасно… было.
— Что у вас случилось? Засада?
Со слов мистера Пойзона, на них тоже устроили засаду, но не учли, что опытную команду охотников врасплох не застанешь. Они всегда готовы к любой неприятности, так как официально находились вне закона. Власти той или иной страны в любой момент могли решить повысить свой рейтинг за счёт поимки особо опасных преступников. В общем, Бэра и его команду атаковали две группы из трёх мастеров каждая. Точнее, они собирались атаковать, но их опередили и серьёзного боя не состоялось.
— Одну из команд я знал, — сказал Бэр. — Они работали в основном на северное отделение.
— И что теперь? — спросил я. — И за вашими головами отправят охотников?
— Только в одном случае, если организация решила перечеркнуть все правила, по которым работала последние сто лет. А это вряд ли. В таком случае ассоциацию можно считать мёртвой, и она распадётся на закрытые клубы, как было раньше. Это приведёт к жёсткой конкуренции и внутренней войне.
— Это же капиталисты, — вставил ирландец. — У них один бог — деньги. Завтра скажут, что произошла ошибка, что виновато правительство и спецслужбы. Выплатят компенсацию и сделают вид, что ничего не было.
— Сказать-то они могут, — Бэр едва заметно покачал головой. — Но смогут ли договориться с Императором Цао, не уверен.
На площадке перед машиной на минуту повисла тишина. Подчинённые Бэра выглядели хмурыми, но не напуганными.
— Надо лететь, — сказал мистер Пойзон. — Самолёт готов, вещи мы погрузили. Пилот доставит вас в Италию, но нужно будет дозаправиться в Швейцарии, где мы выйдем.
На этом мой короткий отпуск в Англии закончился. Сумбурно получилось, да и не довёл я до конца всё, что планировал. Но оставаться было глупо, так как разворошили мы осиное гнездо знатно. Подожду, когда всё успокоится и обязательно вернусь, чтобы поквитаться с Бедфортом. Что касается охотников за головами, то стоило подождать немного, когда станет ясно, чем всё закончилось. Бэр обещал узнать, действуют ли договорённости между мной и ассоциацией охотников. Если нет, то придётся искать сильных союзников, один из которых давно меня ждёт в гости. А ещё Бэр обещал сразу позвонить или отправить сообщение, если узнает судьбу Свена Беккера.
Переодевался я уже в самолёте. Успокоился только когда вернул телефон и тетрадку Свена. Зная его, можно не сомневаться, что он выберется и из этой передряги, но неприятное чувство внутри засело и уходить никак не хотело. Самолёт нам достался небольшой, на десять пассажиров, с тесными креслами, но мне удалось немного поспать. С Бэром и его командой я прощался тепло. Предлагал погостить в Москве, особенно если дела будут идти неважно. Он пообещал подумать, сказав напоследок, что если понадобятся его услуги, то сделает нам скидку.
Ещё в Швейцарии я отправил сообщение дяде Ринату, попросив, чтобы встретил в аэропорту. Он не стал мелочиться и заручился поддержкой кого-то из людей маркиза Сальви, поэтому через терминал прибывающих мы прошли без досмотра, лишь предъявив паспорта. Уже по пути домой я принялся читать сообщения на телефоне и нашёл одно очень интересное, от Кати Хованской.
— Алан, слышишь, — я толкнул его плечом, отрывая от размышлений. — Катя написала, что твоего сына вчера вечером московская полиция арестовала за то, что он пытался проникнуть на территорию нашего жилого комплекса. Она его из отделения вытащила и штраф заплатила.
Он посмотрел на меня удивлённо, затем как-то странно кивнул и полез в карман за трубкой.
— В машине не курить, — предупредил дядя Ринат, сидевший за рулём.
— Хорошо, если он за ум решил взяться, — сказал я. — Точно! Дядя Ринат, а вы знаете, где остановились принцессы Цао?
— Знаю. В соседнем районе виллу снимают. Нет, сначала домой, обнимешь жену и маму, а потом пойдёшь гулять.
— Ещё скажи, чтобы позавтракал обязательно, — рассмеялся я.
— И это тоже, — он улыбнулся. — Должны же мы услышать, как ты провёл отпуск.
— Это долгая история. Вечером расскажу. Машину далеко не убирай, я переоденусь, оставлю кое-какие вещи и надо будет принцесс навестить.
В поместье маркиза меня ждали. Моя семья в полном составе и супруга маркиза с дочкой. Развернули перед большим домом беседки, расставили столики, решив устроить большой завтрак. Не обошлось без объятий и поцелуев. Алан пытался тихо испариться, но его тоже не отпустили. Мама бросала на него взгляды, явно собираясь серьёзно поговорить, поэтому сбежать ему точно не светило. Я тоже хотел бы сбежать, но решил не расстраивать Тасю и позавтракать вместе со всеми. Меня ни о чём пока не расспрашивали, а только делились местными новостями. Порадовала новость, что Тася должна родить едва ли не со дня на день. Врачи говорили, что это случится в ближайшую неделю, если наш сын не станет упрямиться. Единственной неприятной новостью было то, что Василий Балуев уехал домой. Возникли какие-то проблемы у сестры, и он так быстро умчался, что мама даже Петру Сергеевичу звонила, но тот ничего вразумительного не сказал.
После завтрака я взял под локоток Тасю и повёл на приватный разговор в наш автобус, куда сгрузил вещи, привезённые из Англии. Пока день только начинался, внутри было не так жарко.
— Как всё прошло? — спросила Тася, усаживаясь на сидение в гостиной части салона.
— Не очень, — ответил я, разбирая сумки. Выложил на стол пакеты с наличными, которые так и не успел потратить. Банковскую карту оставил себе, на всякий случай. Следом легла тетрадка Свена. — Но это если брать мои дела. А вот у Алана всё неплохо, его семья уже в Москве, а с бывшим начальником я поговорил. Хотя этим англичанам веры нет никакой, но к пониманию мы пришли. С наградой за мою голову непонятно. У охотников сейчас бардак, поэтому подождём немного.
— Ты же говорил, что отменили награду? — уточнила она, немного наклонив голову.
— Отменили, — я выложил на стол маску. — Вот. Главная проблема. Хорошо, если о ней никто не будет знать.
— Это то, о чём я подумала? — спросила Тася.
— Ага. Этих масок вроде бы четыре и это первая по счёту. Та, которую продал Разумовскому, была третьей. Я пока не знаю, как они эту последовательность установили и в чём её смысл.
— Продашь?
— Не, мне столько денег не нужно. Конкретно эту — подарю.
Я задёрнул шторы на окнах, чтобы никто не подсматривал, затем в одном из ящиков над водительским сидением нашёл пульт от телевизора. Боковая панель напротив диванов отодвинулась и оттуда должен был появиться большой телевизор. Сколько мы катались на автобусе по Европе, ни разу его не включали. Только вместо телевизора из проёма выехала металлическая стойка, к которой я наспех прикрепил маску. Пространство внутри хватало с запасом, я проверял.
— А насчёт этой — не знаю, — сказал я. — Надо посмотреть, что за тайну внутри она хранит.
— Хороший тайник, — улыбнулась Тася. — Но ненадёжный.
— Другого нет, — я взял маску, привезённую из Англии, прикинул, как бы её закрепить.
— Вместе их свяжи, — посоветовала Таисия.
— Никому пока об этом не говори.
— Где ты её вообще достал?
— Выкрал у великого мастера Англии. Пусть теперь локти кусают. Испортить бы, чтобы уж точно никому не достались, но рука не поднимается.
— Он знает, что это ты? — задала она правильный вопрос.
— Не должен. Но я уже придумал отличный план, как из всего этого извлечь пользу и вызвать изжогу у всех, кто доставлял нам с тобой неприятности. Всё будет хорошо.
Я связал маски вместе, затем нажал на кнопку пульта, опуская панель. Места хватило как раз впритык. Вернув пульт от телевизора обратно в шкафчик над водительским креслом, прошёл к Тасе, чтобы сесть рядом и обнять.
— Буду рядом, пока ты не родишь, — пообещал я.
— Мы посовещались и решили, что первое время я поживу в квартире Алёны, — сказала Тася. — От института ваш дом слишком далеко, да и огромный он.