"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
— В конце концов, — Арт заговорил сам с собой, пустой комнате никого не было, — я превратил в кровавые ошметки кучу людей в доме, заколол еще одного шпагой, а сейчас в своей голове убиваю ДУШУ. Это не телесная оболочка, разрушая которую я даю душе пусть призрачный, но шанс на перерождение, это черт ее дери душа. Само естество… Есть ли в обоих мирах еще хоть кто-то, кому довелось уничтожить чью-то душу? Почему бы после этого не напустить на мир чуму? Кстати про мир. Иные миры, как теперь известно, есть. А что если есть боги? Рай и ад? Куда там отправляются убийцы?
В этот момент в дверь негромко постучали, но ответа не дождались. Дверь распахнулась и в комнату вошел Хадс. Пожалуй к этому человеку, за прошедшие дни, Арт привязался больше всех. Строгий, расчетливый, утонченно опасный и спокойный как скала Дезмонд, был прекрасен в своей непоколебимости. Агата Адд была умна, проницательна, и, несмотря на возраст, все еще красива. На Дель, научивший Арта магии, был даже на вид коварен и хитер, неглуп и по впечатлению, безмерно опытен едва ли не во всем что касается магии, но только Хадс всегда был рядом, мог прикрыть от стрел, и вытащить из передряги. Веселый, сильный и преданный… возможно даже любящий, во всяком случае в Хадсе проявление чувств было заметнее чем в холодной Агате… И от этого становилось еще паршивее, потому что тот, кого на самом деле Хадс защищал и кому действительно был предан, сейчас умирал в муках, внутри головы Арта, а сам он, боялся посмотреть в зеркало, чтобы не увидеть в нем разлагающееся лицо мертвеца.
— Ну ты как?
— Никак.
— К ужину спустишься?
— Нет.
— Если желаешь, Дезмонд прикажет принести тебе ужин в покои. Чего ты хочешь?
— Я хочу домой.
— Ты дома.
— Нет.
— Полагаю ты и не Альду имеешь ввиду? — сразу взял быка за рога Хадс, — и может наконец скажешь свое настоящее имя?
«Он знает» — даже с каким-то облегчением подумал Арт.
— Хм. Ты наверное не поверишь, но меня зовут Арт. Только не Артис, а Артур.
— Зачем ты занял его место?
— Я не хотел. И сейчас не хочу, — внутренняя стенка которая хоть как-то удерживала бурлящие эмоции, дала трещину, — это все не я! — Арт схватил себя за щеку, — это не мое. Я в чужой шкуре, в чужом мире, а тот кто был тебе дорог, гниет в моей голове.
— Если это произошло, — все же выдавил из себя побледневший Хадс, дрожащим голосом, — значит это было нужно.
— Кому? И для чего?
— Может быть тебе, — пожал плечами Хадс, — а может быть нам. А может быть в мире есть бог, и это понадобилось ему.
— Бог? Да я сам могу стать богом здесь… Агате расскажешь?
— Зависит от того сможешь ли ты быть полезен… Впрочем, возможно она и так знает.
— Ну и чем же я могу быть полезен? Перебить императорскую армию, вздернуть его самого и разрушить столицу?
— Ты это можешь?
— Конечно. Если захочу.
— Для начала можешь сказать что было в той амфоре.
— В чем? А, ты про ФАБ500… Там была смерть. Полная бочка смерти.
— А у этой смерти есть химическая формула? Там откуда ты вообще знают про химию, про науку в целом, как явление, или вы умеете сжижать саму смерть как таковую?
— Какая разница, — Арт взмахнул рукой и воплотил нечто, чего Хадс раньше не видел но сразу понял что это оружие. Родись он в другом мире, то сразу же узнал бы старинный, покрытый вычурной резьбой Кольт Миротворец сорок пятого калибра. Арт взвел курок, и барабан провернулся, подставив под боек патрон, — какая разница если в итоге это все смерть?
— Здесь шесть смертей, — Арт отпустил револьвер и тот разлетелся на части, зависнув в воздухе пригоршней запчастей, из барабана вылетели патроны и стройным рядком зависли перед Артом, — один патрон, одна смерть.
Ошеломленный Хадс глядел на шесть маленьких бронзовых флаконов со свинцовыми крышечками, похожих на те, в которых дамы носят подводку для глаз и помаду для губ. Если в каждом из флаконов и правда одна смерть, то сколько же таких флаконов было в той амфоре?
— Здесь смертей уже тридцать, — запчасти кольта слетелись в стаю и задвигались, словно живые собираясь уже в совсем другую конструкцию. От классического киношного автомата Калашникова, не слишком сильно изменившегося за два века, отделился магазин и патроны выстроились в еще один стройный рядок, — тут их триста, — рядом с автоматом появился пулемет, — а здесь тысячи!
Хатс увидел такую же амфору как и та, что Арт использовал в доме, только это был уменьшенный макет, как он понял, и была их не одна штука, а штабель из нескольких десятков, может сотни.
— Здесь миллионы, — над ладонью Артиса Хадс увидел похожую на предыдущие амфору, только потолще и побольше, с узором похожим на обрубленный трилистник на боку. — А тут, — амфора исчезла, но в тонких пальцах Артиса появился такой же тонкий, прямой стеклянный сосуд, закрытый черной каучуковой пробкой, — потенциальная смерть всего человечества… Такой помощи от меня ты хочешь? Это тебе нужно Хадс? У меня есть возможность создавать все что угодно, ты не представляешь какая моих руках власть над реальностью, она абсолютная, но ты хочешь чтобы я плодил пустоту, а, пустотник?
— Ты сможешь повторить то, что сделал тогда? С тем домом.
— Могу и больше. Я могу стереть с лица земли весь этот сраный город… Но не стану.
— Почему?
— Потому что целая орава уцелевших магов, начнет взрывать ядерные боеголовки по всему миру и если столетняя война, — Арт кивнул на исторический талмуд так и лежащий на диване, — тебе показалась кровавой мясорубкой, то бойня, что начнется дальше, будет в сто раз хуже. Поверь, мы проходили нечто похожее, там, в моем мире. Я хотел создать что-то настоящее, что-то масштабное и значительное, но создавать оружие массового поражения, я не хочу.
— Нам нужна помощь Арт. И ты нам должен. Ты занял место нашего Арта, так отплати хотя бы спасением его семьи. Агата храбрится, но если Мендакс взгромоздится на трон, пусть даже на год, ей не уцелеть.
— Ты хочешь, чтобы я убил Мендакса?
— Я хочу, чтобы ты нам помог, а как — неважно. Ты сказал в твоих руках власть? Ну так прими ее и воспользуйся ею.
— Власть развращает… Завтра вы уезжаете, а я переселяюсь в кампус. Почему бы мне не плюнуть на всю эту возню и не уйти в закат, туда где никто меня не знает.
— Думаю потому что ты не выйдешь из столицы. Либо выйдешь, но пройдя по трупам. Я вижу что убивать ты не хочешь, да и не умеешь, но если ты нам поможешь, я научу с этим справляться.
— Ладно Хадс, я сделаю что смогу. В конце концов, так уж вышло. Я теперь часть корабля, часть команды… Расскажешь матери?
— Нет.
— Еще вопросы есть? Извини, просто я хочу свернуться под одеялом и до самого утра жалеть себя, ты мешаешь.
— Да. Один вопрос есть. Арт, а у тебя, настоящего, в смысле такого каким ты был, есть рога?
Глава 16
В этот раз в академию я ехал с целым кортежем. Такая же карета броневик как в прошлый раз, запряженная восьмеркой лошадей, позади целый конный полк, а впереди небольшой отряд, расчищающий дорогу. Мигалок у них не было, но охрана аристократов имела право доносить до непонятливых простолюдинов информацию о том, что едет кто-то важный с помощью кнутов. В плане расчистки дороги это было эффективнее мигалок, но все происходящее мне казалось идиотизмом. Я мог превратить всю эту маленькую армию в пепел одним движением мысли, а они меня защищают. Глупость какая-то. Черт, да я даже вообще все еще уязвим только потому что позволяю себе быть уязвимым. К чему этот театр? Я мог бы сейчас ехать по этой дороге не в карете а в танке, прямо ко дворцу императора…
Позади, чуть приотстав, двигалась телега с моим барахлом. Весь вчерашний вечер я вместе с парочкой служанок упаковывал чемоданы, и, вроде как, все что нужно, чтобы прожить в кампусе до экзамена у меня было. Я думал что у меня куча вещей, когда увидел количество баулов, но когда увидел четыре телеги барахла Агаты, понял что я еще оказывается, весьма скромен. На мой вопрос на кой черт матери столько мехов, Дезмонд сказал что до Альды месяц пути, и к тому моменту когда они туда доедут, теплая имперская осень, которая даже здесь и сейчас все же заставляет носить плащ, там, превратится в первые деньки суровой зимы.