"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— Почему? — растерянно хлопала ресницами Светлана, не распознав комплимент.
— Потому что придётся вызывать на дуэль всех, кто будет исходить слюной при виде тебя в военной форме, а таким будет едва ли не всё половозрелое мужское население, включая преподавательский состав, — я чмокнул невесту, тихо проговаривая в губы, чтобы слышала только она, — ты даже не представляешь, насколько эротично выглядишь с короткой стрижкой, а в форме и подавно…
  
Светлана зарделась и спряталась у меня в объятиях, но возмущаться не стала, оценив комплимент по достоинству. Ещё больше она обрадовалась колечку. Девушка вся светилась от счастья, когда я осторожно запитал наши украшения кровью, и мы надели друг другу на пальцы артефакты. Символизм момента зашкаливал. Я, конечно, объяснил, для чего нужны кольца, упустив практичные пояснения про предельную полезность для поиска трупов и оставив романтическую часть про мобилет без дальности действия.
— А на изнанке они работают? — испуганно уточнила Света.
— Работают, но с некоторыми ограничениями, — не стал вдаваться я в подробности.
Было раннее утро. Мы двигались по крылу лечебницы, окружённые кровниками. Охрана бдела неустанно, но за эти три дня не произошло ничего подозрительного. Немногочисленные лекари и их пациенты бросали на нас тёплые взгляды. Нет, встречались, конечно, и осуждающие, ведь не пристало молодёжи разгуливать в общественных местах в обнимку, но мне было плевать. Гораздо большее значение для меня имело спокойствие Светы, которая словно пряталась у меня в объятиях от всего мира.
Всё же женская зацикленность на внешности никогда не находила у меня понимания. Никто не может быть идеальным всегда, а уж после того лечения, которое довелось пережить моей невесте, и подавно. Поэтому если хоть одна тварь посмеет ткнуть Свету носом в её новую внешность, то я гарантирую, что внесу корректировки в его внешность. Вот только я никак не ожидал, что этим кем-то станет не он, а она. Принцессе подправлять внешность вручную чревато.
— Светочка, что же ты так спешно покидаешь лечебницу? — ворковала Мария Петровна, плывя навстречу нам по коридору лечебницы. — Тебе же ещё ногти отрастить необходимо, да и кожа восстановилась не везде. Ах, да, ещё же нужно исправить это у тебя на голове.
От каждого слова этой змеи Светлана сжималась, как от удара. Они приходились точно в цель, особенно, если принимать во внимание идеальный облик принцессы с утра пораньше. На глаза лекарки навернулись слёзы, но она молча старалась проморгать их, чтобы не разреветься на людях. Нет, так дело не пойдёт. Хоть женщин бить и не пристало, но обернуть их же оружие против них самих никто не запрещал.
— В отличие от вас, Ваше Императорское Высочество, Светлана не настолько осведомлена о процессе сбрасывания кожи, — максимально притворно улыбнулся я принцессе, намекая на род её матери Змеевой, — а волосы — дело наживное. Сейчас я особенно нежно люблю свою невесту, ведь она, как настоящий боец, держалась до конца, не поддавшись на угрозы и принуждение со стороны врагов вашей семьи.
Мария зло сузила глаза, прекрасно поняв мои намёки, но почему-то с завидным упорством продолжила копать себе яму:
— Если Светлана настолько хорошо себя чувствует, то ей стоит вернуться к исполнению её придворных обязанностей. Она входит в свиту Их Императорских Высочеств принцесс крови.
— Не стоит, — мягко парировал я выпад Марии Кречет, которая сейчас больше всего напоминала разъярённую кобру с раздутым капюшоном, чем хитрую и прозорливую интриганку. Чем было вызвано такое отвратительное поведение с её стороны, оставалось загадкой, однако же оно имело место быть. И оставлять его безответным я не планировал. — Светлана Борисовна Подорожникова не может более состоять в вашей свите по двум причинам: во-первых, она помолвлена и скоро выйдет замуж, замужний статус автоматически выводит её из свиты незамужних принцесс, а, во-вторых, тремя днями ранее императором было подписано распоряжение о переводе Светланы штатным лекарем в спецподразделение «Комар».
Светлана заинтересованно уставилась на меня, но никак не комментировала мою пикировку с принцессой. От удивления у неё даже слёзы просохли. А вот её подруга, судя по всему, уже бывшая, быстро справилась с эмоциями.
— Желаем нашей дорогой подруге успехов в новом статусе и на новом месте службы, — абсолютно нейтральным голосом произнесла принцесса по всем правилам протокола, — а вам, Михаил Юрьевич, советую почаще выполнять свои прямые вассальные обязанности. А то прорывы участились, а вы, увы, решали собственные вопросы вместо того, чтобы обеспечивать безопасность вверенных вам земель.
«Вот же, сука! Первостатейная! — с восхищением, замешанном на отвращении, подумал я. — Это же сколько информации нужно контролировать постоянно, чтобы оставлять за собой последнее слово в любом споре».
Ответить что-либо я не успел, ибо принцесса не стала тратить на нас собственное время. Она исчезла в одном из коридоров лечебницы, не попрощавшись. Я посмотрел на озадаченную невесту, которая неуловимо преобразилась за этот короткий диалог. Из ранимой птички она вдруг стала превращаться в себя прежнюю, усмиряя эмоции и подключая разум.
— Это что сейчас вообще было?
— Не знаю и не хочу знать, — честно ответил я Свете, — но ты действительно больше не должна подчиняться всем её прихотям. В случае чего, всегда ссылайся на меня, я уж как-нибудь разберусь.
— Спасибо, конечно, Миш, — с благодарностью потерлась о мою щёку невеста, как кошка, — но такое поведение совершенно не похоже на Машу. Дело даже не в дружбе, а в поведении. Ты не заметил, но с ней что-то не так. Движения, мимика, реакции… Нужно сообщить отцу. Мало ли что она сможет натворить в таком состоянии. Она — принцесса, и этим всё сказано.
Теперь уже я с удивлением уставился на Светлану. Ещё пять минут назад, когда её били словами наотмашь, она чуть не рыдала от боли и унижения, но успевала анализировать поведение своей подруги и по совместительству принцессы. Такое умение разграничивать личные эмоции и объективную реальность дорогого стоит, особенно в критической ситуации.
Если с Марией действительно что-то не так, то это затрагивает уже государственные интересы, ну, и как правильно напомнила сама принцесса, хочу я того или нет, но она из семьи моих сюзеренов. С этим приходилось считаться.
Мы отправились на поиски Бориса Сергеевича, я же параллельно опробовал призыв моих новых комарих. Работало это так же легко, собственную магию не затрагивало, но скорость и живучесть созданий Комаро была на порядок выше, чем у настоящих комаров. Мои разведчицы методично прочёсывали территорию императорской лечебницы в поисках принцессы, которая как будто испарилась. Императорская лечебница — огромное пятиэтажное здание, которое просто физически невозможно покинуть за пять минут, разве что выпрыгнуть в окно. Но даже принимая во внимание уникальную гибкость Марии свет Петровны, вряд ли она стала бы покидать лечебное заведение подобным образом.
Главного имперского лекаря мы застали говорящим по мобилету.
— Папа, нам нужно срочно поговорить! — выпалила Светлана, не дожидаясь окончания разговора, — с Машей что-то не так, она сама на себя не похожа! Нужно предупредить Службу безопасности…
— Я в курсе, дочка, мы сейчас как раз беседуем с Дмитрием Фёдоровичем на эту тему. Её уже везут в лечебницу, — успокаивающе похлопал по плечу Свету отец и продолжил разговор, — что, говоришь, она сделала?
— Пап, так она уже в лечебнице была, приходила на мою выписку, — ошарашенно произнесла лекарка, отвлекая Подорожникова от разговора.
  
— Дочь, ты что-то путаешь, принцесса плохо себя почувствовала на открытии императорской художественной галереи, — Борис Сергеевич уже более внимательно взирал на Светлану, прикрыв поверхность мобилета рукой, когда к нему подбежал запыхавшийся помощник в очках и растрепанном халате.
— Борис Сергеевич, ваше благородие, там на правительственной линии связи сам император, требует вас срочно в Кремль. Её Императорскому Высочеству Марии Петровне не здоровится.