"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
— Малыш, не надо! — хихикнула охотница, злиться на ребёнка не получалось. Видимо, он совсем ещё младенец. У всех детей априори отсутствовало чувство страха. Осторожно, чтобы не напугать резкими движениями, Кирана погладила малыша в ответ по головке.
— Ты у нас милый или милая? Мне отсюда не видно! — ей действительно не было видно, может тогда будешь Мако? Имя подойдёт и для девочки, и для мальчика! Мако!
Малыш что-то пискнул и, смешно ковыляя всеми шестью лапами, убежал прочь.
— Надеюсь, твоя мама выжила, — пробормотала охотница, снова уставившись в небо, — иначе местная живность тебя не пощадит. Прошло меньше минуты, когда рядом снова послышались шум и тяжелое прерывистое дыхание. Кирана повернула голову и столкнулась нос к носу с мамой-обезьяной. Хотя нос к носу было неверной формулировкой, особенно, когда у зверя нос оказался больше всей головы охотницы. Проглотив готовые вырваться изо рта ругательства от испуга, Кирана ждала, что будет дальше. Несколько секунд они рассматривали друг друга с настороженностью и опаской, а потом девушка услышала тихий мелодичный голос в голове:
— Если я тебя вытяну, ты нас не убьёшь?
Глава 20
Нас переместило мгновенно вместе с металлическим штырём, торчащим из груди Агафьи. Не буду описывать выражения лиц военных, когда посреди части появилась окровавленная парочка с криками:
— Не стреляйте, свои! Граф Комарин, спецподразделение «Комар»!
В целом, конечно, обошлось. Агафье предоставили полкового лекаря, который хоть и грубо, но дыру в груди вампирши залатал. Дальше уже действовали по старинке. Я позволил испить из себя кровушки, правда, ограничился половиной литра. Ибо нам предстояла ещё дорога обратно в Дербент. Здесь нам подсобили военные, выделив двух смирных лошадок. Мы клятвенно обещались вернуть животин, но я на всякий случай оставил в залог самый мелкий из имеющихся макров. Судя по лицу местного кастеляна, лошади не стоили и половины макра третьего уровня, но поскольку животина была казённая, то и отчётности по ней были строгие.
Пока Агафья стреляла глазками в сторону кастеляна, выменивая в дорогу местный шоколад и гранатовый сок, я приходил в себя после добровольной сдачи крови. Те ещё ощущения. На этот раз кровь просто сцедили в оловянную солдатскую кружку, поэтому приятные впечатления от укуса не смогли затмить ощущение растущей слабости.
Откинувшись на несколько тюков с одеялами, подготовленными для патрулирования отрядом в горах, я устроился поудобнее и приступил к сеансам связи. Сперва успокоил охрану. Те успели опросить по-тихому на ломанном русском кого-то из гостей, пытаясь выведать информацию обо мне. Меня не нашли ни среди убитых, ни среди раненных, что неудивительно, но зато хотя бы картина произошедшего прояснилась.
Оказывается, после серии взрывов вокруг дворца сработал какой-то жутко редкий артефакт, отрезающий всех гостей от магии на случай, если кто-то по пьяной лавочке что-то не поделил и устроил драку.
Теперь хотя бы понятно, почему скандинав и африканец разгребали завалы голыми руками и при этом косились на меня как на божество. Они были недалеки от истины, ведь далеко не у каждого аристократа в доступе имеется артефакт божественного уровня, которому глубоко всё равно на какие-то там артефакты.
Кроме того, кровники слышали, как многие из гостей сыпали претензиями, что их спасли не представители Маковых и Мареновых, а тройка иностранцев. В общем, объём претензий к организаторам торгов рос, как снежный ком, и мне срочно нужно было успеть к его пику. Что бы я не говорил про обоснованность трат на «билет» в общество местных богатеев, а здоровую рациональность никто не отменял. Торговаться я люблю и умею, а, значит, жизни спасённых по случаю гостей станут прекрасными аргументами в предстоящих переговорах.
Напоследок я связался с Тильдой, попросив по возможности разведать территорию вокруг базар-дворца. Но я даже не представлял, во что выльется моя просьба.
* * *Во дворец возвращаться не хотелось категорически. Если бы не спецоперация, то Тильда просто сбежала бы, как делала это раньше. Бежать… Её излюбленная тактика, если эрга встречала на пути проблемы. Сбегать за две сотни лет она научилась виртуозно. Она пряталась, боролась с собой, страхами и чувствами. Упрямства ей было не занимать. Едва страх укладывался в глубине души на своё законное место, Тильда с завидным постоянством принималась штурмовать бастионы своих бед и регулярно побеждала. Только так и удавалось прорываться на новый уровень.
Время близилось к рассвету. Прогулка в уединении давала свои плоды. Близость моря и шум прибоя настраивали на умиротворённый лад. Ласковая вода холодила ступни, смывая грусть и неуверенность. Водная стихия всегда помогала эрге, успокаивала, давала силы, вымывала и очищала душу. Сейчас предложение Эона уже не казалось таким унизительным, а скорее благородным. Ведь он мог проигнорировать её, мог прогнать, мог по-настоящему унизить, ранить или даже убить. Но не стал, предложив руку помощи. А она, Тильда, повела себя как маленькая глупая девочка в свои-то две сотни лет.
— Пора взрослеть, — тихо сказала сама себе эрга.
— Тиль, прости, что прерываю твоё уединение, но у нас звиздец нарисовался, — ворвался в мысли голос Михаила, — что-то взорвалось в базар-дворце на границе земель Маковых и Мареновых. Агафья серьёзно ранена, пришлось свитком уйти на базу разведчиков. Если ты недалеко, наведайся к ним в гости, может, получится изучить территорию и отыскать, где Полозову держат.
Связь оборвалась.
М-да, ни тебе здрасьте, ни до свидания, только приказ, обёрнутый в вежливую просьбу. Как всегда. Хотя, если уж быть честной, он никогда не приказывал ей как фамильяру, давая ей свободу выбора.
«Делай, что хочешь, занимайся, чем хочешь, учись, чему хочешь, я помогу. Но выбор это твой, и нести за него ответственность будешь сама!» — вспомнились их постоянные разговоры в детстве и в юности.
У Ланы этой свободы не было. Её утопили в страсти, решали за неё, даже не принимая в расчёт её мнение. То, на что Тильда изначально смотрела с завистью, в итоге переродилось в кошмар с кровавым финалом. Бр-р-р. Такого ей и даром не нужно. Лучше уж так, как есть, передружба и недолюбовь, но с сохранением собственного «Я». Вредного, любознательного, обидчивого, но отходчивого собственного «Я».
Тильда с разбега нырнула в морские волны. Вода приняла эргу в ласковые объятия, отрезая от всех меланхоличных мыслей. В душе поднималась волна веселья, искрящегося нотками предвкушения. Ну что же, развлекаться, так на полную катушку, а ещё лучше в хорошей компании.
Всё это время молчаливую компанию ей создавал Эон, плавающий в пределах дальности ментальной связи. Он не навязывался демонстративно, не мешал девушке обдумать ситуацию, но ненавязчиво присматривал за ней. Приятно.
— Не хочешь прогуляться к людям и повеселиться?
* * *— Если я тебя вытяну, ты нас не убьёшь?
«Кажется, у меня перед смертью начались галлюцинации. Со мной говорит тварь изнанки», — Кирана почему-то даже не удивилась и не испугалась. Охотников учат не бояться смерти, ведь та всего лишь миг перед новой жизнью. Но надо же, с ней заговорили. Почему бы и не поболтать перед смертью, всяко лучше, чем пялиться в чужое небо.
— Не убью. Ты — мать, а материнство священно для охотника, ибо есть часть извечного жизненного круга, — по памяти процитировала Кирана наставления приёмной матери. — Рада, что ты выжила. У малыша без тебя не было шансов.
— Благодарю за помощь. Это было… — она запнулась, подбирая слова, —… неожиданно для человека. Обычно, вы нас ненавидите и убиваете любыми способами.
Охотница задумалась. В принципе, обезьяна была права. Люди убивали, убивают и будут убивать тварей, но ненависти не было.
— Не ненавидим, скорее, обычно либо мы, либо вы. Мы защищаем свои дома…
— А мы свои…