Жатва душ. Несущий свет (СИ)
Рука Сергеича механически скользнула по волосам, чтобы их пригладить. Не нашла срезанную «Секатором» растительность в положенном месте. Пальцы сжались-разжались, и Сергеич многоэтажно выругался.
— Ну что за человек такой, а! — расстроился электрик, нервно поглаживая макушку. — Мы тут! Ради него! А он!
— Сэр Гейч, — тронув его за руку, заговорил Эдрик, но тот только еще больше расстроился:
— Да отвали ты, Эдик! — Посмотрел на меня с подозрением, сплюнул: — Ты его, Дениска, подговорил?
Макс прищурился.
— Ты бы радовался, что скальпа не лишился, а так чо — модный хайр.
Сергеич наградил меня недобрым взглядом.
Воцарилось молчание, нарушаемое чавканьем Макса, шелестом пальмовых листьев и далеким перекрикиванием зомби. Солнце клонилось к горизонту, стояла адская духота, я запрел в мотоциклетной уже изрядно подранной одежде, кожу стягивала подсыхающая гниль. Да, помыться не мешало бы, прав Макс.
Только Крошу все нравилось — он вылез на солнышко и подставлял ему бока.
— Мы тут долго сидеть не можем, — покачал головой Сергеич, вглядываясь в заросли, как следопыт на тропе врага. — Волошин может вернуться с проверкой. А я чета не горю желанием, чтобы меня напополам резали, ясно? — Он внимательно посмотрел мне в глаза. — Слышь, Дениска, а у тебя когда такое оружие появится?
Я пожал плечами.
— Пока не везло. Но даже если появится, купить его я пока вряд ли смогу. Отведу вас в отель и пойду качаться, зарабатывать валюту. — Я посмотрел на Макса. — Тернер, как думаешь, сможешь держаться на мопеде?
— Спереди, на танке… — кивнул Макс. — Только дайте еще… немного времени.
— Деннис! — Эдрик показал в сторону прибрежной дороги, как заправский экскурсовод. — Байки там! Я помню!
— Ладно, — решил я. — Подождем еще полчаса, а потом двинемся…
* * *
К вечеру Макс смог стоять, опираясь на наши плечи, хотя с каждым шагом морщился от боли, словно наступал на гвозди. Его активность достигла 63% — достаточно, чтобы передвигаться, но недостаточно для серьезных нагрузок. Кости срослись, но не до конца.
Мы выбрались из джунглей на прибрежную дорогу, и Эдрик действительно нашел спрятанные в кустах мопеды.
— Сергеич, ты поедешь с Эдриком, — распорядился я, входя в роль полевого командира. — Макс будет со мной, чтобы я мог его подстраховать.
По тропинке Сергеич с Эдриком ехали, а мы с Максом плелись, потому что тряска по корням могла замедлить срастание костей.
Только когда выбрались на асфальтовую дорогу, я усадил его перед собой, и мы поехали. Разгоняться я не решался, ехал на скорости 30 км/ч, ускоряясь только там, где был риск столкновения с бездушными. Во-первых, мотор при небольшой нагрузке не ревет, а шепчет, во-вторых, проще везти Макса.
Измотанный и истощенный, он периодически отключался, и мне приходилось удерживать его одной рукой, как мешок муки на багажнике велосипеда.
Особенно весело было, когда за нами погнался нюхач, призывая орду, а Макс вырубился, и пришлось гнать, ревя мотором и рискуя быть услышанными Волошиным. А потом, оторвавшись от орды, остановиться и вслушиваться, силясь различить рев мотоциклов преследователей.
Убедившись, что нет «хвоста», мы покатили дальше и ехали почти без приключений, если не считать пары упокоенных бездушных — обоих уложил Эдрик и взял наконец 2-й уровень. Добраться надо было засветло, потому что с наступлением темноты сила и активность некоторых видов зомби возрастает, и мы рисковали быть сожранными.
Макс вырубался все реже, к концу поездки он выразил желание пересесть назад, чтобы не как баба, но я пресек инициативу.
— Уж дотерпи. Скоро ночь. Надо успеть.
— А-а, ну да, — кивнул он. — Солнце скроется — муравейник закроется.
На закате, измученные и грязные, мы подъехали к отелю «Калигайахан». Макс спешился, заозирался.
— Чо-куда? — спросил он, глядя на забаррикадированный главный вход.
— Не туда, — мотнул головой я. — Нам нужно обойти здание и — через служебный вход, а он в торце. Идем!
А сам подумал, что такие баррикады спасут от низкоуровневых бездушных. Если явятся такие, как амбал, которого я еле одолел, все тридцать два человека закончат существование. Это плохое, очень ненадежное убежище. Надо искать новое.
— Так а че тут за люди живут? — спросил Сергеич, топая рядом.
Говорить всю правду, или — только ее часть? По простоте душевной кто-то может сболтнуть, что я знаю об обнулении претендентов — как сегодня Макс проболтался про контейнер. И тогда я потеряю преимущество — враг-то думает, что я не в курсе. Или он играет в мою игру: делает вид, что не знает, что я знаю.
Пришлось останавливаться. Макс и Сергеич встали рядом, и я сказал:
— Мирные. Слишком мирные, и это странно. Окопались и сидят, зомбаков не бьют. У них запасы еды и воды, все налажено, и в принципе, там идеальное убежище.
— Уверенности в твоем голосе нет! — Сергеич погрозил пальцем, все еще сердитый непонятно на что и на кого. Судя по постоянному поглаживанию макушки, на Волошина. — Чей-то ты скрываешь, Дениска.
Я решил не юлить.
— Кто-то ворует уровни у этих людей, они все нулевки. Мы все были такими же, но перестали, как завалили своего первого зомби. А вместе с уровнями, возможно, теряется сила и развитие. Я не знаю, кто это делает, потому не могу никому доверять. И вам нужно будет держать ухо востро.
— И ты нас потащил в такую жопу? — возмутился Сергеич. — Нафига?
Я покосился на Эдрика с бамбуковым копьем, похожего на первобытного человека. Он тревожно озирался по сторонам.
— Нам нужно убежище хотя бы на эту ночь. Это раз. Два, там находится человек, который нам очень нужен.
Макс возмутился:
— То есть там могут забрать то, что я заработал? Забрать мою силу и… — Он помотал головой. — Нафиг они нужны, не-е…
С одной стороны, они правы, с другой…
— На обратном пути нам везло. Зомби эволюционируют. Мы с Эдриком на такого кабана нарвались, что еле справились — чудом! А ночью их будет больше. К тому же…
— Что? — не выдержал Сергеич, когда я замолчал, формулирую мысль.
— Мыслишка у меня есть. В отеле этом все зомбаки — слабые. По крайней мере те, что я видел. Вот я и думаю… А что, если зомби как-то чуют потенциал живых, и чем выше уровни людей, тем жирнее зомби вокруг?
— Или тот, кто ворует уровни, ворует их и у зомбаков, — заметил Макс.
— Вариант, — кивнул я. — Короче, отель пока… более безопасное место. По крайней мере, там не убивают… вроде бы. Что будет дальше, неизвестно. Нам надо отдышаться и восстановиться. В общине тридцать два человека, у них еда и оружие. Отдышимся и будем думать, что делать дальше.
— Да нас кепками закидают, — возразил Сергеич. — Слушай, Дениска, я не готов дарить все, что нажито с риском для жизни, епта! — Его в голову пришла идея, и лицо его перекосилось. — И если обнулят, я, значится, и зуб новый потеряю тоже?
— Если будем держаться вместе, никто нас не тронет, — сказал я и решился на еще одно признание: — Там есть пожилой немец, он пилот. И он знает, где достать самолет и как отсюда свалить.
— Нафига свалить? — вскинул брови Макс. — Я бы не хотел. Мир большой — много зомби. Остров маленький, можно перебить всех и жить спокойно…
Я удивленно посмотрел на него: он практически один в один повторил мысли Дитриха. Что ж, в этом есть рациональное зерно, вот только… Домой хочется!
Наш маленький совет прервал Эдрик, указал в джунгли.
— Зомби. Идут! Уходить!
— Если вы заметили, зомби сбиваются в орды, и одиночке с ними никак не справиться. Люди тоже должны консолидироваться. Там вменяемые жители, не как Папаша, из них можно сколотить команду, прикончить Папашу… и жить спокойно. Вам. Я здесь задерживаться не собираюсь.
— Зомби, — повторил Эдрик. — Много!
Подтверждая его слова, донесся вой нюхача, призывающего орду.
— В общем, кто хочет, остается на улице. Я иду к людям. — Я зашагал к цели.