"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Колдунья, хмурясь, прислушивалась к чему-то неслышному для других - и даже вздрогнула от оклика.
- Что-то тревожное в небе, - прошептала она и зябко поёжилась. - Трудно собраться с мыслями.
- Зген всесильный! Должно быть, ты вчера перестаралась, - помрачнел Алсек. - Тогда садись в тень. Хиф вернётся - что-нибудь придумаем.
За гребнем хрипло взвыл треснутый рожок, а следом за воем через холм перемахнул неосёдланный куман. Хифинхелф сидел на его спине, держась только пятками. За ним из-за скалы выглянул ещё один ездовой ящер.
- Алссек, Аманкайя, лезьте ссюда! - иприлор подхватил жреца за плечо и втащил на спину кумана. - Бысстро! Шшафкат далеко?
- На такой шум быстро явится, - ответил растерянный изыскатель, поднимая с песка сестру. - Что стряслось?
- Едем на сссевер! - слова Хифинхелфа тонули в сердитом шипении. - Кошшшка ранена!
Глава 09. Прощание
Дверной проём занавесили плотной зимней циновкой, не трепыхающейся на ветру, даже придавили края камнями, но песчаные вихри успели раскачать её, и груз откатился в сторону. Алсек снова положил булыжник на край, чтобы пыль не летела внутрь, и осторожно заглянул в комнату. Сквозь узкую щель между завесой и стеной виден был тусклый огонёк - светильник-церит на груди Хифинхелфа, его жёлтая чешуя и - там, где луч падал на низкий спальный настил - клок ярко-рыжего меха и потемневшие от сукровицы повязки. Алсек отодвинул завесу, неслышно пробираясь внутрь.
- Хшш? - еле слышно прошипел ящер, мельком глянул на пришельца и снова повернулся к неподвижной кошке. Пока Алсека не было, повязок на её теле прибавилось, и к тому же Хифинхелф успел просунуть под тело широкую длинную циновку. "Выносить надо потихоньку," - думал про себя Алсек, подавляя дрожь - сейчас истёрзанную плоть прикрыли повязки, но жрец-то помнил, что под ними. "Вдвоём мы растрясём её. Позову людей с пастбища."
- Всё готово, - прошептал жрец, снова встретившись взглядом с ящером. - Хиф, она выдержит дорогу?
- Алссек, я не лекарь, - покачал головой иприлор. - Ссделал, шшто мог.
Изыскатель склонился над огромной кошкой. Она давно не шевелилась - с тех пор, как её нашли на дюнах. Огненный шар, ударивший в левый бок, выжег шерсть от шеи до хвоста, превратил шкуру в багровое месиво, сочащееся сукровицей. Когда рану смачивали "Кровью Земли" и зелёным маслом, Ярра вздрагивала от боли, но глаз не открывала. Закрыты они были и сейчас. Алсек поднёс к носу кошки клочок белого пуха и обрадовался - она всё-таки дышала.
- Шшто ссмог, то ссделал, - Хифинхелф поправил край циновки и повернулся к неподвижной тени, замершей на краю настила. - Почтенный Шшафкат, мы нашшли ящера. Отнессём Ярру за ограду.
Чародей поднял голову, молча кивнул и взялся за циновку. Хифинхелф предостерегающе зашипел и махнул лапой на Алсека. Изыскатель выскочил за дверь, прикладывая ко рту ладони - не так легко было дозваться кого-нибудь на пастбище куманов, особенно сегодня, после утреннего переполоха...
Пастухи явились быстро - они, оставив в покое растревоженных куманов, стояли у ограды и разглядывали тушу некрупной самки. Её затоптали утром, когда всё стадо внезапно взбесилось и кинулось в поля, жители помчались следом, и долго ни у кого не было времени на вытаскивание мёртвого кумана из загона. Сейчас пастухи вынесли тушу во двор и столпились вокруг, отгоняя личинок да"анчи. Одним богам было ведомо, годится это мясо в пищу или уже нет, и проверять на себе никто не хотел.
Алсек покосился на небо - чуть в стороне от солнечного диска висел еле заметной чёрной точкой полуденник. Он видел падаль, но видел и людей вокруг неё - и парил, не снижаясь, выжидая, когда они отойдут.
- Если двое помогут, остальные ни к чему, - сказал изыскатель, и двое жителей, переглянувшись, пошли за ним к дому. Из-за угла выглянула Аманкайя, Алсек жестом велел ей скрыться.
Кошку вынесли во двор, к ограде, где недовольно мотал хвостом ящер-анкехьо. Бронированное существо косилось на стадо куманов - его злило их рявканье. Иногда оно само рычало - тихо, но гулко.
- Ссильно не гоните - Ярра усснула, не расстряссите её, - вполголоса давал последние указания Хифинхелф. - Ссразу от ворот - бегом к целителю, ессли главный путь закрыт - кричите сстраже, пуссть помогут занессти. Мы васс нагоним.
- Чак-чак! - погонщик постучал палкой по панцирю анкехьо, подгоняя медлительного ящера. Бронированный зверь осторожно пробирался по тропе среди грядок. На его спине, ближе к хвосту, рядом с привязанной кошкой, уместились Шафкат и Аманкайя. Чародей так и сидел неподвижно, будто превратился в камень, девушка опасливо оглядывалась по сторонам и щурилась - чужие мысли и чувства острыми иглами впивались в голову, и виски у Аманкайи ломило ещё с полудня. Да что там - даже Алсеку было не по себе рядом с раненой кошкой. От ожога тянуло чем-то странным... не Лучи, не Огонь и как будто не магия людей...
- Кто её так?! - не находя ответа, Алсек пожал плечами. Он уже говорил со всеми, кто обладал даром речи, на этом пастбище и к северу от него. Ярра, как и обещала, полетела к Драконьим Рёбрам ещё до рассвета, а вскоре что-то полыхнуло в дюнах, и все куманы в загоне как с цепи посрывались. А когда стадо ломится в засеянные поля, как-то не до изысканий в песках. Всадник случайно нашёл её - он хотел только посмотреть, из-за чего была вспышка. А Ярра ничего сказать не могла, и Алсек опасался, что так и не сможет. Он видел её рану - огонь был так силён, что плоть прожарилась, зацепило и внутренности...
- Полуденники перед рассветом не летают, - пробормотал жрец, глянув на небо. Крылатый ящер так и кружил там.
- Хшш, - Хифинхелф тихо шипел, подманивая своего кумана. - Кушши!
Полосатый ящер поднял голову от пучка травы, растолкал сородичей и навис над оградой. Иприлор провёл пальцем по выступу над его глазом.
- Пойду за седлом, - спустя много томительных мгновений сказал жрец. - Хиф, вы долго будете шипеть? Там Ярра...
- Или иди пешшком, или уймиссь и не дёргай меня, - сердито отозвался иприлор. - Сс ним ссейчасс и так тяжело бесседовать. Они вссе напуганы и ничего не ссоображают. Сстой тихо!
Куши выгнул шею и коротко рявкнул. Хифинхелф громко зашипел, странно болтая в воздухе кистями рук. Ещё один куман подал голос, и Алсек удивлённо мигнул - он и не заметил, когда ближайшие ящеры перестали жевать траву и повернулись к иприлору.
Хифинхелф переступил с ноги на ногу, слегка подпрыгнув, приоткрыл пасть и высунул дрожащий язык. Куманы, не сговариваясь, зарычали и замахали хвостами, протягивая передние лапы к земле. Куши, взмахнув хвостом, перепрыгнул через ограду и сердито рявкнул, поворачиваясь мордой к сородичам. Алсек огляделся в поисках уступа на стене - того и гляди, придётся лезть на крышу хижины...
- Хшш, - иприлор похлопал кумана по боку и повернулся к Алсеку. - Сслезай, едем. Не бойсся, не укуссят.
- Что они все рычат? - изыскатель опасливо покосился на пастбище. - Что ты выспросил?
- Почти ничего, - покачал головой Хифинхелф и скрылся в хижине. Вернулся он с седлом подмышкой и ворохом ремней в руках - и больше не говорил ничего, пока осёдланный куман с двумя всадниками на спине не миновал северные грядки и не выбрался на мощёную дорогу.
- Они видели, кто напал на Ярру? Это он напугал их? - потерявший терпение Алсек потыкал Хифинхелфа пальцем в бок.
- Большше некому, - отозвался иприлор. - Но ничего толком они не ссказали. "Огонь", "сстрах" - и ничего большше, понимай как знаешшь. Они до ссих пор опассаютсся, а ведь полдня прошшло...
- Огонь и страх?! - Алсек едва не подпрыгнул в седле. - То же, что в горелых полях Шуна?! Зген всесильный! И напали только на кошку...
Закусив губу, он взглянул на солнечный диск. Раскалённую добела плошку опоясало багровое кольцо толщиной с палец, и красные нити тянулись от него к сердцу белого огня, а вокруг клубилась пурпурная дымка.