"Великая река". Компиляция. Книги 1-8

— Воины Великой Реки оказали честь людям Ильнайтота, — склонил голову тот, к кому обращался солмик. Он был одет так же, как другие северяне, только его белоснежная накидка была длиннее, чем серо-пятнистые куртки соплеменников, и бесчисленные нитки бус из потемневших и прозрачно-льдистых зубов обвивали её. В волосах белели пушистые перья.
— Яцек Сульга, вечерний совет не утомил тебя? — спросил северянин, поднимаясь с места и указывая на него пришельцам. Там расстелена была мохнатая белая шкура. Кесса взглянула на неё и вздрогнула — это определённо был мех хийкиммига!
  
— Нам не следовало вчера давать волю словам, — покачал головой Аскаган. — Было сказано много лишнего. Я надеюсь, наши слова не обидели тебя и тех, кто идёт с тобой.
— Никакой обиды, вождь Аскаган, — спокойно ответил Яцек, устраиваясь на шкуре. Койя, спрыгнув с плеча Кессы, села рядом с ним и зашевелила ушами.
— Благодарю тебя за предостережения, за припасы и тёплый кров, — продолжил Речник. — Жаль, что мы можем отплатить только плохими вестями с юга. Я многое бы отдал, чтобы ни одна долина не была затронута тем, что идёт сейчас с востока. Пусть боги будут к вам милосердны, если лёд не удержит солнечного змея.
— Мы побеждали вышедших изо льда, — слегка нахмурился Аскаган, — но с вышедшими из огня мы всегда жили мирно. Если времена изменились настолько… что же, мы встретим новых врагов так же спокойно, как старых. Благодаря вам, люди Великой Реки, мы знаем, чего опасаться. Лучше было бы, принеси ты нам вести о мире и покое в южных долинах, но с такими вестями в Ильнайтот обычно не приезжают.
Он сел на серые шкуры неподалёку от пришельцев.
— Те, кто был в доме собраний вчера, пересказали услышанное другим людям Ильнайтота. Сегодня все они пришли взглянуть на вас. Мы решали, чья повозка повезёт вас дальше — но никто не переспорил Кытугьина Иланку. Он получит довольно припасов для всех, кто в его повозке, и для своего хийкиммига. Ещё люди Ильнайтота хотят, чтобы вы взяли себе эту шкуру. Это был хийкиммиг Ильнайтота. Он жил столько, сколько живут три человека, и умер спокойно. Пусть вы в своём пути будете так же удачливы, как он в своём.
Хагван дёрнулся и пополз в сторону. Кесса с опаской тронула белый мех. Речник Яцек придержал герольда за плечо и почтительно склонил голову.
— Спасибо тебе, вождь Аскаган, и людям Ильнайтота. Это драгоценный подарок.
— Пусть от него вам будет польза, — кивнул солмик и посмотрел на людей, сидящих у стены. Один из них сделал непонятный жест. Аскаган повернулся к пришельцам.
— Вышло, что не одни вы — гости Ильнайтота в эти дни, — сказал он, медленно, как бы с трудом подбирая слова. — А мы не отказываем гостям в помощи, если она никому не во вред. Человек из далёкой южной долины приехал к нам шесть дней назад. Цэрин Санг, прошу тебя, подойди сюда.
Со шкур, постеленных у самой дальней стены, поднялся светлокожий воин. Кесса изумлённо заморгала — он одет был не в меховую накидку, а в тёмно-зелёную кожаную броню с бронзовыми пластинами, и белый плащ укрывал его плечи.
— Всадник Изумруда! — потрясённо выдохнул Хагван. — Кесса, смотри, это же Всадник Изумруда!
Холодный взгляд южанина скользнул по нему, по Кессе и остановился на ушастой кошке. В прозрачно-серых глазах Цэрина мелькнуло удивление.
— Цэрин Санг направлен был к нам южным вождём, — сказал Аскаган, дождавшись, когда «изумрудник» подойдёт к нему. — Он рассказывал о славных и трудных делах своего народа. Он упоминал, и упоминал часто, что ищет людей, имеющих власть над мёртвым огнём. Я узнал от тебя, Яцек Сульга, и от Кытугьина Иланки, что Кесса Кегина — воин Великой Реки — одна из этих людей. Если я правильно понял тебя, Цэрин Санг, дело у тебя важное. Я прошу тебя, Кесса Кегина, поговорить с ним, и если ему возможно помочь — такую помощь оказать.
Повисло молчание. Солмики выжидающе смотрели на Кессу, и она медленно поднялась со шкуры. Ей было не по себе.
— Кесса, ты осторожнее с ним… — опасливо прошептал Хагван, дёрнув её за край накидки. Речница сделала шаг вперёд и склонила голову, Аскаган одобрительно кивнул и протянул руку к Цэрину.
— Ваак, Всадник Изумруда, — сказала Кесса, пытаясь скрыть смущение и растерянность. — Я Кесса Кегина, Чёрная Речница. Некромантии меня не обучали, но несколько заклятий я знаю, и если этого хватит, чтобы тебе помочь — скажи, что нужно сделать.
Она встретилась взглядом с «изумрудником» — и оцепенела, судорожно глотая воздух. Может, Цэрин и был ещё Всадником, но вскорости он просто обязан был стать Наблюдателем! Выпивать силы через глаза он, во всяком случае, уже научился. «Нуску Лучистый…» — жалобно мигнула Кесса, запоздало представляя себе выпуклую линзу, отражающую взгляд «изумрудника» ему же в лоб. Цэрин шумно выдохнул и качнул головой — удар достиг цели.
— Кегина? — резко переспросил Всадник, глядя Речнице в лицо — она почти чувствовала на коже его обжигающий взгляд. — У тебя не зелёные глаза, и лет тебе очень мало. Фриссгейн Кегин, Водяной Стрелок, — твой отец или муж?
Что-то недоброе почудилось Кессе в его словах, она попыталась усмехнуться, но усмешка получилась кривой.
— Фриссгейн Кегин — мой муж, — ответила Речница. — Ты знаешь его? В этом году ты с ним встречался?
— В списках Ордена есть описание, — ровным голосом отозвался «изумрудник». — Он знается с Некромантами так близко, что берёт их в дом… Жаль, он мог бы стать хорошим воином Ордена. Теперь же он лишён благосклонности Нуску — как и ты, Некромант-ученик. А вот ко мне Лучистый благосклонен — и он привёл меня к твоему укрытию. Ты пойдёшь со мной, Кесса Кегина, пособница Водяного Стрелка. Орден будет решать твою судьбу.
«Ай, Нуску и все боги мира! Он, кажется, не шутит…» — Кесса закусила губу, встревоженно глядя на «изумрудника». Он стоял в нескольких шагах от неё и за оружием не тянулся, но его рука со странно выгнутыми пальцами поднялась и остановилась у груди.
— Я никому не причинила вреда, Всадник Цэрин, — твёрдо сказала Речница, — и твой Орден не может ни в чём меня обвинить. Ничего дурного не сделал и Речник Фрисс. Я никуда с тобой не пойду.
— Фриссгейн — убийца и пособник убийцы, преступного чародея Нециса, — Цэрин недобро усмехнулся. — Ты немедленно должна была сообщить Наблюдателю Ордена о его делах. Раз ты не сделала этого, ты ответишь наравне с преступным Речником. Твоя участь будет менее печальной, если ты не заставишь меня тащить тебя волоком.
Жёлтая кошка, взлетев на плечо Кессы, громко зашипела и распушила хвост. Кесса сжала пальцы в кулаки.
— Фриссгейн — благородный Речник, и если он вынужден был защищаться — то виноват тот, кто напал! — почти выкрикнула она, не отводя взгляд. — Мне жаль, что погиб воин Ордена, и я не хочу, чтобы погиб ещё кто-то. Но я не признаю за собой вины — и я с тобой не пойду.
— Не с твоими познаниями в магии перечить Всаднику Изумруда, — скривился Цэрин, вскидывая руку. — Аарин-та-Макехс!
«Боги мои, боги… Это что же, мне теперь его убивать?!» — охнула про себя Кесса, распластываясь на полу. Жест «изумрудника» не сулил ей ничего хорошего — и она покатилась по шкурам, пропуская неведомую угрозу над собой. Койя с сердитым шипением взлетела в воздух — и камнем упала на пол, замотанная в сверкающую золотую паутину. Жар опалил Кессе плечо, она прикрыла лицо ладонью, судорожно вспоминая заклинания и ожидая второго удара. Но его не последовало.
— Хорош! — Речник Яцек стоял над Кессой, растянув над ней полупрозрачный подвижный купол. Но «изумруднику» было не до него — его, развернув к себе лицом, крепко держал за оба запястья Кытугьин, и на его меховой накидке виднелась выжженная прореха.
  
— Ты что решил?! Ты нападаешь на моих гостей под крышей Ильнайтота?! — цедил солмик сквозь зубы, сжимая руки Цэрина всё крепче. — Вождь Аскаган! Ты видел?!
— Пусти, жироед! — не своим голосом закричал «изумрудник», вырываясь из его цепкой хватки. — Препятствовать Ордену?!
Аскаган вскинул руку. Двое солмиков повисли на плечах Цэрина, не давая ему освободиться, третий осторожно сжал плечо Кытугьина.