Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ)

— Нет, — ответила честно, моргнув, и Фой досадливо зарычал.
Подскочил ко мне с непривычной для него прытью и принялся, бурно жестикулируя, тараторить:
— Мири, включайся быстрее! Мы записали, как Уилл отрабатывал основные боевые приёмы, а потом пару их спаррингов с Вином. Затем загрузили всё это дело в архив тренажёра…
—…чтобы во время просмотра записей твоему телу казалось, будто сражаешься ты, а не он! — закончила за Фоя Полия. — Здорово, правда?
— М-м-м, кажется, да.
— Полия, она не понимает, — покачал головой Уилл. — Продемонстрируй ей что-нибудь.
— Ладно! — с энтузиазмом отозвалась она. — Так, Мири, встань напротив Уилла. А ты, Уилл, прими боевую стойку. — Мы оба сделали, как она приказала. — Отлично! Уилл, атакуй!
Он сделал замах, и я, испуганно ойкнув, отскочила в сторону. Ребята расхохотались.
— Мири, всё правильно, не смущайся, — деловито произнесла Полия. — А теперь нажми на эту кнопочку и закрой глаза…
Перед мысленным взором тут же появился Вин, который стоял в позе Уилла. Но стоило лишь ему на меня кинуться, как я, вместо того, чтобы позорно удрать, пригнулась, сделала выпад и отразила удар. При этом чувствовала себя уверенной, сильной, будто и впрямь умела сражаться.
Образ исчез, и я растерянно приоткрыла глаза. Поморгала.
— Мири, ещё раз! — скомандовала Полия, возвращая меня в реальность. — Уилл, атакуй! И я мгновенно пригнулась, сделала выпад и… почти отразила удар!
— Здорово… — протянула восторженно, с удивлением разглядывая свои руки.
— Ты пока не в той форме, чтобы это устройство нормально сработало, — мягко произнёс Уилл, — но мы займёмся твоей физической подготовкой.
— Ага, — весело бросила Полия. — Мы с девчонками возьмём на себя растяжку, а парни — бег и силовые упражнения. Если у нас всё получится, то к концу года ты догонишь программу. Здорово, правда?
Я расцвела:
— Очень! Спаси-и-ибо… Ребята, я вас обожаю!
Ещё около часы мы тестировали чудо-устройство, а потом начали медленно расходиться по своим башням. Уилл вызвался меня проводить.
— Мири, это правда, что ты отказалась от поддержки Виктора во время боя стихий?
— Угу, — ответила я, сонно зевнув. — А что?
Уилл взмахнул палочкой — и в следующий миг у него в руках появилась толстенная книга, украшенная золотом и драгоценными камнями.
— Это из наших семейных архивов, — немного смущённо пояснил он. — Почитай на досуге. Может, найдёшь что-то полезное. — Я удивлённо на него посмотрела, и Уилл улыбнулся: — Услуга за услугу.
Последующие дни протекали в бешеном темпе. Я засыпала и просыпалась в СВТ, потом отцепляла от себя тренажёр и бежала на пары. После чего — в тренировочный зал, где ребята с фанатизмом меня гоняли. А по вечерам, измотанная, но не утратившая от этого оптимизма, листала одолженную Уиллом реликвию, облачённая в СВТ. Соседки за моей странной активностью наблюдали издалека, но Сэлл как-то не сдержалась и в своей привычной претенциозной манере фыркнула:
— Гм, эта Полия Вермер зазнайка ещё та… Но своё дело, видимо, знает.
Я ничего отвечать на это не стала. Лишь улыбнулась: Ари и Сэлл, хотя и не хотели в этом никому признаваться, начали понемногу симпатизировать Полии. И я была очень рада за них. И за Фоя. Которому наконец-то удалось найти общий язык с внучкой человека, на которого он равнялся.
Виктор же большую часть свободного времени пропадал в лаборатории. Они с Марком над чем-то экспериментировали, но над чем именно не признавались даже мне. Но вид у обоих при этом был настолько довольный, что я не переставала изводить их расспросами. Прекращала только тогда, когда усаживалась за конспекты.
Виктор в такие моменты куражился, отпускал едкие шуточки и определённо получал какое-то извращённое удовольствие, наблюдая за тем, как я лихорадочно выискивала в книгах заклятья, чтобы от него защититься.
— Этим обычно в меня бросается Кэсс, — весело сообщил он, заметив, что я читаю. Тотчас перелистнула страницу. — А этим — Максимилиан. Но оно для тебя слишком сложное. Попробуй лучше вот это. Очень эффектное! — Он открыл оглавление и самым нахальным образом ткнул пальцем в какой-то раздел. А затем издевательски уточнил: — Только от моих атак оно тебя всё равно не спасёт. Так что будь послушным Лисёнком и лучше меня не заводи.
 
Я оскорблённо засопела и, пробурчав под нос что-то из разряда «Мы ещё поглядим кто кого», продолжила остервенело вгрызаться в гранит науки. Виктор же не упускал возможности «порадовать» меня очередными комментариями. Причём, подкреплял их самых гнусным образом иллюзиями-иллюстрациями.
В итоге он так развеселился, что показал, как распутать потоки и выбраться из его знаменитого «Огненного плена», если вдруг меня угораздит там оказаться. Я, разумеется, всё запомнила, а что не запомнила — записала. После чего приступила к отработке заклятий.
— Что это ты делаешь? — поинтересовался Виктор, заметив, как я разминала пальцы.
— Гимнастику для мозга, — пояснила охотно, и огневик вопросительно изогнул бровь. — Ну, кинезиологические упражнения. Неужели никогда про такие не слышал? — Нет.
— А в немагическом сообществе они очень популярны. Меня бабушка с детства им обучала. Говорила, что ум находится на кончиках пальцев… Вот, смотри, это «Лезгинка»… — Я развернулась к нему и сжала пальцы на одной руке в кулак, а на другой распрямила. Быстро переменила позу. А это «Колечки», — изобразила причудливые движения. — Благодаря им голова лучше работает. А если срочно нужна энергия, надо помассировать уши!
Уголки губ Виктора дрогнули в улыбке, а потом он самым бессовестным образом расхохотался.
— Ничего ты не понимаешь… — буркнула я обиженно, а потом просияла: — Хочешь я помассирую тебе уши? Тогда ты сам во всём разберёшься!
Гипнотизируя меня взглядом, Виктор подошёл к своей кровати, которую я окупировала.
Омерзительно ухмыльнулся и протянул руку, предлагая мне встать. А когда я оказалась подле него, издевательски произнёс:
— Может, ты мне помассируешь что-то другое?.. Как на счёт начать со спины?
Я хмыкнула, закатила глаза.
— Обойдёшься, я только по ушам спец.
Виктор усмехнулся, покачал головой.
— Хитрый Лисёнок, и откуда ты у меня такая взялась? — хрипло прошептал огневик и накрыл мои губы своими.
В этот момент в комнату вошёл Марк.
— А, интимный момент… Ухожу, — пробурчал он и скрылся за дверью, а мы рассмеялись.
Надо сказать, ласки Виктора с каждым днём становились всё более смелыми, откровенными. Было приятно, но, когда его заносило, я напрягалась, хотела остановиться. Однако Виктор всякий раз отпускал меня прежде, чем об этом приходилось просить. Шутил, начинал что-то с энтузиазмом рассказывать, и я расслаблялась. Возвращалась в привычное предсостязательное состояние.
Из-за предстоящих боёв вся академия стояла на ушах. Адепты с энтузиазмом делали ставки, кого из участников, чем и на какой минуте выведут из строя. Даже преподаватели в этом участвовали! Большинство обитателей водной башни держалось со мной подчеркнуто холодно, отстранённо, осуждая за якобы жульничество и выражая надежду на то, что меня выведут из игры первой. Однако в хит-параде неудач лидировал всё же Сайтек. Видимо, мало кто верил в то, что я действительно откажусь от поддержки Виктора.
И больше всех бесилась по этому поводу Селеста. Она стала злой, раздражительной, то и дело кого-то подпаливала, когда шла по коридору навстречу мне, а после срывалась на партнёрах по спаррингу. Либо ломала им кости, либо насылала мощнейшие заклятья, которые не изучались даже на выпускном курсе. И жестоко дразнила тех, кто был слабее её или не так красив, не так богат. Как-то раз мы столкнулись с ней нос к носу в библиотеке. Прекрасное лицо исказилось гневом — и мои книги вспыхнули. Я изумленно охнула, отскочила назад, выронив горящие талмуды, а Селеста молча развернулась и куда-то ушла.
— Она так и не помирилась с Виктором, — фыркнула Сэлл, когда мы, сидя с девчонками в моей комнате, пытались реставрировать чарами обугленные книги. — Вот и бесится.