Проклятый бывший

Рис и Виви последовали за ней, и Виви сразу же ахнула от холода в комнате, несмотря на огонь, потрескивающий в камине, натягивая рукава свитера на руки и оглядываясь вокруг. В комнате было темно, шторы задернуты, и там, посреди пола, стояла Свеча Эвридики.
Тамсин закрыла дверь и повернулась к ним лицом.
– Вы, ребята, должны мне помочь.
  
Глава 29
   
– И почему именно мы должны это делать? – спросила Виви, скрестив руки на груди. – Ты солгала мне.
– Что есть, то есть, – ответила Тамсин, не слишком сожалея об этом. Затем она придала своему лицу немного более сокрушенное выражение. – Это было неправильно с моей стороны, но у меня была очень веская причина.
– Какая? – поинтересовался Рис, подходя к камину и опираясь рукой о каминную полку.
Тамсин перевела взгляд с него на Виви, а затем вздохнула.
– Ладно, я собиралась сказать вам, что пойманный призрак мне нужен, чтобы спасти мою бабушку или что-то типа, но на самом деле я просто хотела заработать целую кучу денег. Люди хотят отстегивать тысячи за Свечу Эвридики, в которой есть призрак, да еще и призрак ведьмы? Пожалуйста. Я собиралась провести лето в Португалии только с одной такой продажи. Но, – она посмотрела на свечу, в то место, где она стояла, – оказывается, я все-таки не могу разгрузить эту штуку. Что-то с ней не так.
Она обвела рукой комнату.
– Чувствуете, как здесь холодно? Насколько темно? Это происходит с первого дня, как я оказалась здесь, и становится только хуже.
Виви медленно подошла к свече и сразу поняла, что имела в виду Тамсин. Та излучала какую-то темную энергию, которая давала ей понять, что призрак Пайпер загнан в ловушку и очень недоволен этим.
– Свечи Эвридики не так работают, – тихо сказал Рис, подходя и становясь рядом с Виви.
– Да, ни хрена себе, – буркнула Тамсин, положив одну руку на бедро. – Я купила и продала тонны артефактов, но этот? Он полностью разрушен. И я не могу просто выбросить его куда-нибудь, также я определенно не хотела отдавать его ведьмам из вашего колледжа, поэтому застряла здесь, пытаясь понять, что делать, а тут появились вы двое, как какие-то ведьмовские ангелы.
– Значит, ты не ведьма? – уточнила Виви, оглядываясь через плечо на Тамсин.
– Определенно нет, – ответила та с легкой дрожью. – Просто зарабатываю деньги на таких вещах.
– И лжешь людям, чтобы получить желаемое, – подытожил Рис, на что Тамсин пожала плечами.
– Никто не пострадал.
– Пока, – хмыкнула Виви, наклоняясь, чтобы поднять свечу. Та была обжигающе ледяной, и девушка поморщилась, натягивая свитер и прикрывая руку, чтобы взять ее.
– Почему ты не уехала как можно дальше от Грейс-Глен? – спросила Виви, оборачиваясь, свеча все еще холодила ей руку. – Я решила было, что ты должна была убраться отсюда как можно дальше.
– Таков был план, – вздохнула Тамсин, затем кивнула на свечу. – Но ты бы хотела взять эту штуку в самолет?
– Справедливое замечание, – пробормотал Рис, оглядывая комнату, явно населенную привидениями.
– Думаю, мы окажем тебе услугу, забирая ее, – произнесла Виви, стараясь, чтобы в голосе звучало раздражение, а не облегчение.
– Ценой больших личных затрат для нас самих, – добавил Рис, его голос был торжественным, выражение лица таким серьезным, что Виви пришлось подавить усмешку.
– О боже, спасибо вам огромное, – сказала Тамсин, ее плечи поникли. – Я серьезно сожалею о том, что обманом заставила тебя поймать призрака для меня. Правда. Ты, похоже, милая. И мне понравился твой кабинет.
– Спасибо? – неуверенно буркнула Виви, и затем Рис положил руку ей на поясницу, направляя к двери.
– Господи, это оказалось так легко, – пробормотал он, как только они вышли в коридор, а затем оглядел тяжелые деревянные двери. – Знаешь, у нас теперь есть немного дополнительного времени. Я ожидал, что мы тут задержимся. Так что, если ты хочешь…
– Нет, – ответила Виви, ткнув его в грудь. – Мы не будем снимать комнату. Отнесем эту штуку прямо к тете Элейн.
Тяжело вздохнув, Рис обхватил ее лицо одной рукой и наклонился, чтобы поцеловать в губы.
– Я люблю и ненавижу твое благоразумие, Вивьен.
Ладно, нам, наверное, следовало снять комнату, подумала Виви несколько часов спустя, сидя, дрожа, в лесу за хижиной Элейн. Они вернулись в Грейвс-Глен до полудня, но Элейн настаивала на том, что такого рода магию нужно творить ночью, при луне, хотя теперь, прижимаясь к Рису, Виви задалась вопросом, не было ли это решение обусловлено склонностью тетушки к эстетике.
Гвин сидела напротив нее, подтянув колени к груди, и смотрела, как тетя Элейн насыпает круг соли на лесную подстилку, а Свеча Эвридики посередине все еще излучает холод.
– Это чрезвычайно благородно с нашей стороны, – заметила Гвин, затем посмотрела на себя. – Наверное, вышло бы более атмосферно, если бы на мне не было этой пижамы с тыквой, но что тут поделаешь?
Фыркнув, Рис обнял Виви за плечи, притягивая ее ближе.
– Поверь мне, видеть воплощенного призрака… странно, но сталкиваться с ним… вживую тоже не лучше, правда? В любом случае, – наконец сказал он, пожимая плечами, – в призраке хватит подходящей атмосферы на всех нас.
– И этот призрак ненавидит тебя, да? – уточнила тетя Элейн, колокольчики на ее юбке тихо зазвенели, когда она завершила круг.
– Кажется, да.
– Хммм. – Она поправила очки на переносице. – Тогда, может быть, отойдем немного дальше назад.
Рис посмотрел вниз на Виви, и она кивнула, вспомнив, как он летел по воздуху в библиотеке, полыхающую в глазах призрака ярость, когда призрачная девушка увидела его. Теория Элейн заключалась в том, что, поскольку Пайпер Макбрайд была ведьмой, она могла быть немного более восприимчивой к разговорам с другими ведьмами, особенно с теми, кто освобождал ее. Виви напомнила Элейн, что она также была той, кто захватил Пайпер, но Элейн надеялась, что Пайпер не вспомнит об этом.
– Призраки не всегда хорошо понимают, что происходит, – заметила она. – Время точно не имеет для них никакого значения.
Виви надеялась, что она права.
Рис встал и отступил в темноту, прислонившись к дереву, когда Виви и Гвин поднялись на ноги, стоя по разные стороны соляного круга.
– Виви? – спросила тетя Элейн, протягивая ей картонную трубочку с длинными спичками. – Не окажешь мне честь?
И вот, во второй раз в своей жизни, Виви зажгла Свечу Эвридики.
На этот раз все было по-другому. Не было никакого медленного ползучего ощущения, когда духа втягивало внутрь. Вместо этого свеча вспыхнула ярким пламенем, и внезапно Пайпер Макбрайд, туманная и разозленная, оказалась прямо перед ними.
Она излучала достаточно света, чтобы окутать их всех сине-зеленым сиянием, и у стоящей по ту сторону круга Гвин глаза чуть не вывалились из орбит.
– О, черт, призрак, – выдохнула она, затем всплеснула руками. – Я имею в виду, я знала, что мы его увидим, но есть знание, а есть очевидность.
Пайпер повернулась к ней лицом, и даже в тусклом свете Виви увидела, как Гвин с трудом сглотнула.
– Эм. Кстати, классная футболка. Мне тоже нравится Nirvana.
Призрак медленно повернулся, рассматривая Виви и Элейн, и хотя выражение ее лица не сильно изменилось, Виви не ощутила в ней того зла, что было в прошлый раз.
  
Возможно, Элейн была права.
– Вы из ковена? – спросила Пайпер, ее голос звучал так, словно доносился издалека, жуткий эффект, учитывая, как близко она была к ним.
– Да, – согласилась Виви, хотя технически это было неправдой, и призрак повернулся к ней.
– Ты, – сказала она, слегка скривив верхнюю губу. – Я тебя видела.
Во рту у Виви внезапно пересохло, и она облизнула губы.