Здесь, на знакомых тротуарах... (СИ)

– Хм… – юноша замялся. – Взяться-то возьмусь – выхода у меня нет… Но… Вы правда думаете, что мне такое по силам? Морской Царь, водяные, белоярое пшено… 
– Белоярово, – поправила его собеседница. – Пшено – белоярово.
– Вот видите, я тут и в словах-то путаюсь! – вздохнул Иван. – А как дойдет до дела…
– Так не один же на него пойдешь, – пожала плечами хозяйка. – С помощником, во всем этом бедламе худо-бедно шарящим!
– С Миленой? – предположил юноша.
– Милка так и не воротилась еще, – кисло скривилась Яга. – Ох, и задам же дурехе, когда наконец появится! – посулила она куда-то в потолок. – Но у тебя и без нее помощник есть, – снова перевела хозяйка пустой взор на Ивана. – Я о Сером! – пояснила в ответ на непонимающий взгляд собеседника. – К Морскому Царю у него и тропка в некотором смысле протоптана… – хмыкнула она.
– Он мне больше не помощник, – покачал головой юноша. – Когда расставались, сказал, что мы в расчете!
Кстати, а разве Иван ей вообще говорил, кто именно ему содействовал? Хотя да, хозяйка же видела полученную им от Серого гостевую карту – и, наверное, все поняла… 
– Это он поторопился! – усмехнулась между тем Яга. – Пера ты не получил, матушку от напасти не спас – так что служба его тебе не закончена!
– Правда? – обрадовался юноша. 
– Самая, что ни на есть! 
– Даже если и так, призвать я его не смогу, – вновь поник Иван, припомнив. – Зажигалку, что он мне дал, я потерял… Да и не работала она ни фига!
– Ты об этом? – рука хозяйки на секунду скользнула куда-то под стол – и тут же показалась снова: в ладони у женщины лежала потертая зажигалка. Точно такая же, как отданная им вчера бомжу… Или та самая? – Та самая, не сомневайся! – словно прочла его мысли Яга.
– Откуда она у вас? – удивленно спросил юноша.
– Кто-то теряет, кто-то находит, – неопределенно пожала плечами его собеседница. – Вещь приметная, такие бесследно не пропадают… Я ее малость подзаправила – на один-два вызова точно хватит, а больше тебе и не надо!
– Так говорю же: не вызывает она никого! – не спешил все же радоваться Иван. – У меня какой-то бомжара прикурить попросил, – принялся излагать вчерашние события он. – Я ее ему дал, он зажег огонь – никто никуда не явился!
– Это потому, что хозяин вручил огниво тебе, а не этому, как ты его назвал, бомжаре, – менторским тоном проговорила Яга. – Меткое словечко, кстати, – хмыкнула она, – неприкаянный домовой – он как раз без определенного места жительства пребывает, вот и ходит грязный да рваный… Ну да не суть. Короче: как запалишь огниво ты – будь уверен: Серый вмиг к тебе явится, никуда не денется! И помочь не откажется – когда все ему объяснишь!
– Ну, если так… – все еще не вполне уверенно протянул юноша.
– Договорились? – протянула ему зажигалку собеседница. – Огниво в любом случае тебе отдаю, делай с ним, что хочешь – но жду ответа. Часики-то тикают!
– Это да… – пробормотал Иван. Что ж, пожалуй, выбора у него и впрямь не было. – Хорошо, договорились! – решился он, забирая из ладони Яги волшебную зажигалку.
– Вот и ладушки, – кивнула хозяйка. – Ты кашу-то кушай, пока не остыла – сил набирайся – они тебе скоро ох как понадобятся!
Молча кивнув, юноша обреченно взялся за ложку.
  
Глава шестнадцатая
 
Иван 
Вызывать Серого непосредственно в «избушку» – или хотя бы на первый этаж фитнес-клуба – Яга категорически запретила:
– Нечего волчку тут у меня ошиваться! – не терпящим возражений тоном отрезала она. 
– Да и он, кажется, говорил, что ему к вам хода нет! – вспомнил Иван.
– Впрок пошел предыдущий урок, значит, – усмехнулась хозяйка, но от любых объяснений уклонилась: – Наши с волчком старые счеты – не твоего ума дело! Так что ступай-ка ты, добрый молодец, дышать свежим московским смогом, – заключила Яга. – Заодно и ноги разомнешь… И смотри, ближе, чем за квартал от «Золотого Сечения», огниво даже не доставай! – напутствовала она юношу уже практически вслед.
 
– Боитесь, взорвется? – хмыкнул Иван, обернувшись в дверях – и вздрогнул, запоздало подумав: а ну как и впрямь рванет? С этих – станется!
– Еще пара дурацких вопросов – и кое-что точно взорвется: мое нечеловеческое терпение! – недобро прищурилась на собеседника хозяйка – и тот поспешил ретироваться.
Внизу у турникета (походя юноша поймал себя на мысли, что вообще не помнит, как проломился через него ночью, хромой и со спящей Машей на руках) навстречу ему попалась Милена. Выглядела мавка довольной, как слон – аж лучилась вся. А вот встрече в коридоре с Иваном девица почему-то слегка удивилась.
– Надо же, а я уже и не чаяла… – рассеянно покачала она зеленой шевелюрой. 
– Почему это? – пришел черед недоумевать уже юноше.
– А что Жар-Птица? – ответила Милена на его вопрос своим. – Ты ее довез?
– Довезти-то довез… Только вот к полуночи опоздал, – печально развел Иван руками.
– Хозяйка сильно ругалась? – осведомилась мавка – кажется, о чем-то крепко задумавшись – но задержке с Жар-Птицей, похоже, нимало не поразившись. Странно, кстати! Ну да ладно, не до того сейчас…
– Да не особо, – пожал плечами он. Хотел было рассказать вчерашней напарнице про новое поручение, но та как раз прошмыгнула через турникет и бойко застучала каблучками по коридору.
– Я побежала: если срочно в бассейн не окунусь – высохну, как вобла к пиву! – бросила она уже на ходу, через плечо.
Проводив Милену взглядом, юноша зашагал в противоположном направлении.
От фитнес-клуба Иван для верности убрался даже дальше, чем велела Яга – отошел по Арбату почти к самой Смоленке. Наконец свернул в какой-то переулок, выбрал там тихую подворотню, достал из кармана вновь обретенную зажигалку и слегка подрагивавшими от волнения пальцами высек искру. Загорелся оранжевый огонек, секунды три поплясал и погас – больше ничего не произошло.
– Говорил же, что не работает это ваше хваленое огниво! – сам не зная, с разочарованием или все же с подспудным облегчением, обронил юноша.
– Огниво-то работает, но какого лешего звал? – угрюмо раздалось у него прямо за спиной.
Иван торопливо обернулся: позади, привалившись плечом к стене дома, в своих неизменных меховой безрукавке и бандане с мрачным видом стоял Серый. Вчерашние раны с его лица исчезли без следа, левая рука, судя по тому, как лихо мотоциклист упер ее себе в бок, снова работала.
– Проклятье! – буркнул Волк, будто бы и не глядя на Ивана. – Ведь почти вычислил гада, что все запчасти к байку в Москве скупил, и тут – на тебе, выдернули! Теперь опять всю бодягу сначала начинать… Чё лыбишься-то! – удостоил он наконец вниманием юношу – губы того и правда сами собой растянулись в идиотской мине ребенка, которому только что показали красивый фокус. – Как пришел – так и уйду, разве что тумака тебе отвешу на прощанье – за напрасное беспокойство! Русским же языком вчера сказал: в расчете мы!
– А вот Яга говорит, что ни фига не в расчете, – к некоторому собственному удивлению, угроз Серого Иван ничуть не испугался.
– Ей-то откуда знать? – скептически сдвинул брови к переносице Волк. 
– Да вот знает!
– И как аргументирует?
– Понимаешь, к полуночи-то я опоздал, – принялся объяснять юноша. – Из-за этого Жар-Птица вовремя не преобразилась – спала она. И теперь не преобразится, пока Яга не сварит какое-то хитрое зелье. А ей ингредиентов не хватает… В итоге – пера я пока не получил, в общем…
– Что за чепуха? – нервно дернул головой Серый. – У «Золотого Сечения» я тебя вовремя высадил! Врет тебе бабка!.. Хотя немного чуднó это, конечно, – признал он, пару секунд помолчав. – До прямой лжи Яга редко опускается, обычно ей и чистой правды с лихвой хватает: так оную вывернет, что и не узнаешь… И еще непонятно, зачем меня сюда приплела – ясен же хвост, что нипочем не куплюсь на такую лажу!
– Нет, я реально опоздал, – вступился за хозяйку Иван. – Споткнулся в арке, упал, подвернул ногу… Пока встал, пока доковылял – уже и полночь пробило…