Здесь, на знакомых тротуарах... (СИ)

– Не лучше, – отрезала Яга таким тоном, что спорить юноша не рискнул. – Эй, кикимора! – хлопнула она в ладоши.
Из-за стенной панели высунула нос служанка.
– Все устрою, хозяйка! – не дожидаясь приказаний, заверила она.
– Ступай за ней! – велела Яга.
Так Иван и сделал.
Прежде, чем попасть в отведенную ему спальню, юноше пришлось пройти через ту самую комнату, где хозяйка недавно оставила Машу. Давешние слова Яги про хрустальный гроб Иван почему-то не воспринял всерьез, должно быть, подсознательно решив, что это лишь некое фигуральное выражение, но все оказалось абсолютно взаправду. Несостоявшаяся пока Жар-Птица покоилась в вознесенном на постамент прозрачном прямоугольном ящике, накрытом сверху золотой крышкой. Перед тем, как поместить внутрь, Яга с кикиморой Машу зачем-то полностью раздели, и выставленные напоказ острые девичьи груди плавно вздымались в такт ровному дыханию спящей.
Иван поспешил отвернуться: нагота Маши выглядела совсем не так, как у той же Милены. Пялиться на голую мавку будто бы было совершенно незазорно – хотя иногда и чревато – а тут юноша своего непрошенного взгляда попросту устыдился.
В следующей за «Мáшиной» комнате, тесной, но уютной, Ивана ждал узкий раскладной диванчик. Кикимора по-быстрому его застелила, старательно взбила подушку и замерла – должно быть, в ожидании снятой одежды.
– Хм… А удобства тут где? – осведомился юноша, оглядевшись вокруг. – Ну, уборная?
Старуха указала на почти незаметную дверцу позади платяного шкафчика. Туда Иван для начала и направился. 
Вернувшись минут через пять – кикимора так и стояла на прежнем месте – разделся (все же не догола) и отдал вещи служанке, предварительно вытряхнув все из карманов. Сцапав полученное, старуха убралась восвояси.
Уже когда дверь за ней закрылась, юноша сообразил, что не спросил, можно ли где-то тут подзарядить телефон – батарея показывала жалкие двадцать три процента. Дома бы с этим, понятно, никаких сложностей не возникло – а тут могло к утру стать проблемой! Но кикимора уже ушла, а бежать за ней – мимо хрустального гроба – Иван как-то не сподобился. Вместо этого лег на кровать, укрылся одеялом – с мыслью, что едва ли сумеет легко заснуть в таком месте, да после всего, что произошло – и моментально отрубился.
* * *
– Ну что я могу тебе сказать, добрый молодец, – с расстановкой начала хозяйка, намазывая на хлебный ломоть толстый слой желтого сливочного масла. – Есть у меня для тебя две вести: как водится, подобно противоположным сторонам медали, отрадная – и такая себе! С которой велишь начать?
Разговор Яга затеяла за завтраком, к которому служанка подала уже упомянутый хлеб с маслом и горшочек манной каши – Иван такую, кажется, с детского сада не ел, а тут вынужденно попробовал – вроде и ничего! Если бы еще ему сейчас было до угощения…
Одетый во все чистое и аккуратно чиненое – даже зная, где вчера зияли дыры, он с трудом отыскал места приложения ночных усилий кикиморы – с полностью заряженным телефоном в кармане – в ответ на заданный ей вопрос старуха просто забрала его гаджет и уже через минуту вернула, на ста процентах (чудеса да и только!) – юноша вскинул голову:
– Начинайте, пожалуй, с отрадной!
– Мудрый выбор! – одобрительно кивнула хозяйка. – Итак, новость хорошая: заглянула я, скажем так, за горизонт событий – и прочла там, что миссия твоя как проводника считается исполненной. Жар-Птицу ты привел, как и обещал, а что к полуночи не успел – то не твоя проблема, а моя как повитухи. В общем, смерти лютой-мучительной покамест не опасайся, минула она тебя стороной! 
– И в самом деле хорошая новость! – не мог не признать Иван – все же, пожалуй, испытавший от услышанного несколько меньшее облегчение, чем следовало бы.
Так уж вышло, что об угрозе, вроде как нависавшей над ним в случае провала похода за Жар-Птицей, он последнее время особо не думал. Защитная реакция психики, наверное, такая. Как бы то ни было, куда больше юноша переживал о другом: о судьбе Маши, о больной матери… Кстати, а с этим-то теперь как?
 
– А что насчет пера Жар-Птицы? – быстро спросил Иван. – Ведь раз миссия выполнена, награду я заслужил?
– А вот это и есть вторая сторона медали, – закончила готовить свой бутерброд хозяйка, но сразу есть тот не стала, отложила. – Награда тебе, Ваня, и впрямь полагается богатая, тут спору нет, но обещанного пера Жар-Птицы у меня, сам знаешь, покамест не имеется, – развела она руками. – Так что хочешь – злата тебе отсыплю, хочешь – серебра отмерю, еще природными каменьями драгоценными расплатиться могу, но брать их не советую, в мире смертных они нынче не в особой цене: искусственные навострились штамповать!
– Деньгами моей маме не поможешь! – поджав губы, заявил юноша.
– Это верно, – не стала спорить Яга. – Но что делать-то? Посмотрела я на рассвете свежим взглядом на нашу Жар-Птицу: слабенькая, кровь в жилах жиденькая… Чтобы такая, да без осложнений преобразилась, пропустив первую полночь – о-очень придется постараться! 
– Ну так постарайтесь! – раздраженно буркнул Иван.
– И постараюсь. Но, увы, далеко не все в моей власти. Отвары тут нужны особые – и почти все ингредиенты для оных у меня найдутся, но один, самый важный, достать будет сложно! И долго – коли сама этим займусь! Но мне-то что, я уже, почитай, никуда и не тороплюсь. Над Жар-Птицей нашей тоже не каплет – спит себе и спит, хоть неделю так может, хоть год, да хоть тридцать лет!.. А вот у матушки твоей тридцати лет в запасе нету! – жестко выдала хозяйка. – И года нет. И даже недели! Дня четыре жизни ей осталось, от силы – пять!
– С чего вы так уверены? – нахмурился юноша.
– Да уж есть с чего! Не первая она такая на моем веку и не двадцать первая даже! Что называется, плавали – знаем!
– А нельзя все же как-то поторопиться с добычей этих ваших секретных ингредиентов? – осведомился Иван.
– Можно управиться побыстрее, – охотно сообщила хозяйка. – Но лишь при одном непременном условии.
– При каком? – непроизвольно подался вперед юноша.
– Если ты согласишься в этом помочь!
– Я готов! – не задумываясь выпалил он.
– И даже не спросишь, что от тебя потребуется? – усмехнулась Яга.
– Да какая ра… – начал было Иван, но тут же сам себя и одернул: – Хотя нет, спросить – спрошу! – с некоторым даже вызовом воззрился он на собеседницу.
– Вот и правильно, – кивнула та. – Благо за спрос у нас нынче не секут! Итак, слушай. Чтобы помочь Жар-Птице воплотиться, нужен мне, помимо всего прочего, фунт белоярова пшена…
– А фунт – это сколько? – на автомате уточнил юноша.
– Чуть меньше четырехсот десяти грамм, – поведала хозяйка. – Так вот, белоярово пшено, – вернулась она к своему рассказу. – Редкость это по нынешним временам неимоверная. Есть у меня несколько зернышек, но вырастить из них урожай – дело долгих месяцев – это если вообще прорастут да взойдут! А в потребном нам количестве белоярово пшено на всей Руси сыщется только в двух амбарах: у Кащея, да у Морского Царя! И к сожалению, ни тот, ни другой мне ни золотника – ни грамма – не уступят! Единственное, что остается – фунт пшена у них из-под замкá выкрасть! И провернуть это должен смертный – таков уж уклад! Опять же не всякий смертный подойдет – а только тот, что в делах нечисти уже по уши замешан. То есть единственный возможный кандидат во взломщики – ты, Ваня!
– Э… – глубокомысленно прокомментировал услышанное юноша.
– К Кащею, понятное дело, тебя не отправлю – как ни подступись, гиблая это была бы затея, – продолжила между тем Яга. – А вот в закромах Морского Царя счастья попытать предложу! 
– У Морского Царя? – неуверенно переспросил Иван. – Это, получается, куда-нибудь в Крым ехать надо? Или в Сочи? – тоже ведь время займет…
– Никуда ехать не надо! – махнула рукой хозяйка. – «Москва – порт пяти морей» – слышал такое? Здесь главный водяной живет, неподалеку! И сейчас как раз самый благоприятный момент, чтобы наведаться к нему за пшеном! Намедни один глупый фрилансер – твой знакомец Серый, к слову – пытался украсть у Морского Царя гусли-самогуды. Ценная вещица, спору нет, но кто ж так, в лоб, работает-то? Повязали водяные волчару конечно же – но уже на обратном пути, с гуслями под мышкой. Почти ушел то есть. Морской Царь после этого впал в паранойю – и стянул почти всю наличную охрану к сокровищнице. А пшено он, как и положено, в амбаре хранит – не во дворце даже. Туда, конечно, тоже не просто тайком пробраться – но и не невозможно! Этим ты и займешься! – подытожила Яга. – Принесешь мне фунт белоярова пшена – не пройдет и дня, как получишь перо. Ну и злато-серебро в придачу – за двойные-то труды! Так как, добрый молодец, берешься за работенку?