Здесь, на знакомых тротуарах... (СИ)
Под аккомпанемент надсадного рева вновь сорвавшегося с места желтого автомобиля юноша с Машей на руках вбежал в арку. Впереди уже был виден заветный спуск в полуподвал «Золотого Сечения»… И в этот момент кроссовка юноши за что-то предательски зацепилась.
Сделав по инерции еще пару уже практически неконтролируемых косолапых шагов, Иван упал. Голову Маши от встречи с плиткой дворика ему кое-как уберечь удалось, но сам он грохнулся капитально. Дернулся подняться – и опять со стоном рухнул – лодыжку прострелило болью, и нога подогнулась.
А вот девушку даже это не разбудило!
Зарычав от злости и отчаяния, со второй попытки Иван все же встал, снова взвалил на себя бесценную ношу – и, в голос проклиная все русские народные сказки скопом, заковылял к входу в фитнес-клуб. По пути чуть не наступил на невесть откуда взявшуюся огромную, с две ладони, наверное, жабу – с булькающим кваканьем та выпрыгнула у него из-под ног в самый последний момент, заставив лишний раз сбиться с и без того неровного шага.
В полуподвал по ступенькам юноша уже почти сползал…
…и конечно же не увидел, как, доскакав до арки, давешняя жаба – а может, гигантская лягушка, кто их в такой темноте различит – вдруг обернулась одетой во все зеленое девицей с серебристой короной заколки в темных волосах. Торопливо достав из кармана смартфон, она глянула на время: часы показывали 00:01 новых суток.
Холодно улыбнувшись увиденному, девица спрятала гаджет, присела на корточки и принялась аккуратно сматывать натянутую ранее через проход арки почти невидимую в ночной темноте леску.
* * *
Василиса
Когда Василиса вернулась в контору, шеф, несмотря на поздний час, был еще у себя. Поблагодарив и отпустив домой смертную секретаршу, подменявшую ее в приемной на время вылазки на Арбат, Лягушка зашла в кабинет мэра.
– Повелитель, разрешите вопрос? – об опоздании Ивана к полуночи она доложила еще по телефону, теперь же собиралась развеять собственное недоумение.
– Да, конечно, – добродушно кивнул Бессмертный.
– Почему нельзя было просто позволить Баюну увести у проводника Жар-Птицу? Зачем науськивать на него Серого? Из-за волчары все едва не пошло прахом! А если кот ненароком проболтался насчет Морского Царя, то вдобавок у Серого теперь на нас зуб!
– То, что иначе критично пострадал бы герой-посредник, по-твоему, не в счет? – усмехнулся Кащей.
– Честно? Да, не в счет, – холодно кивнула референт.
– И это ты зря! Смертный герой – товар штучный! Разбрасываться такими не резон! Если что, нового вербовать – целая история…
– Повелитель, но ведь Жар-Птица – несравнимо большая ценность… – неуверенно начала Василиса.
– Тоже верно. А подохла бы она у кошака – и все, привет!
– Нет, понятно, что у Баюна ее нужно было бы сразу отобрать…
– А как ты себе это представляешь? – развел руками шеф. – Отобрать – на каком основании? Добром бы котейка такую добычу нипочем не отдал! Даже мне. Подрядить того же Серого – или другого наемника – Жар-Птицу у него выкрасть? Так потом ее такую фиг легализуешь! Это бабка – съела бы и забыла, а у нас долгосрочный проект… В общем, без смертного тут было бы никак не обойтись – ведь только такой вправе законно умыкнуть Жар-Птицу из жадных лап нечисти! – хохотнул он. – А ты его, почитай, уже в расход списала!
– Но сейчас Жар-Птица вообще у Яги, – напомнила Лягушка. – Да и Иван этот ваш драгоценный где-то там же ошивается!
– Вот только к полуночи они не успели, – хитро прищурился Кащей. – Благодаря, олуху-котяре – и умнице-тебе. И теперь преображение несчастной девушки всяко не пройдет без осложнений! Бабка это прекрасно понимает и попусту рисковать не станет. То есть начнет предпринимать меры. И я знаю какие! А значит, игра продолжается! Приз все еще на кону!
– И каков наш следующий ход, Повелитель? – благоговейно осведомилась у шефа референт.
– Скоро увидишь, – лукаво подмигнул ей Бессмертный.
Глава пятнадцатая
Иван
– Всего ведь на какую-то минуту не уложился! – в отчаянии всплеснул руками Иван.
– Чтобы завалить работу, с лихвой хватило бы и секундного опоздания, – угрюмо буркнула Яга.
Хозяйка – сменившая свой спортивный костюм на длинное черное платье с белым кружевным жабо – сидела на лавке, облокотившись локтями на стол и подперев голову ладонями. Юноше тоже было предложено присаживаться – любезно, но не слишком настойчиво – и, проигнорировав приглашение, теперь он бешеным маятником метался по «избушке» из угла в угол.
Поврежденная во дворе нога его уже почти не беспокоила: Яга над ней что-то тихонечко пошептала, дунула, плюнула – и боль отступила. Но прежде, чем уделить время Ивану, женщина на пару со старухой-кикиморой забрали у юноши спящую Машу и под оханье безымянной служанки и молчаливое покачивание головой хозяйки утащили в одну из скрытых за декоративными стенными панелями задних комнат. Он захромал было за ними, но Яга зыркнула на него своими мертвыми глазами – и подошвы Ивана словно в пол вросли. Так он и простоял на месте, не в силах пошевелиться – минут пять, а может, и десять, пока не вернулась хозяйка – уже одна, без кикиморы. Тогда ни на какие вопросы юноши она не ответила, лишь обронила укоризненно:
– Мог бы, вообще-то, и поторопиться! Хотя бы ради матушки!
Затем велела задрать штанину, прицокнула языком, присела на корточки перед юношей и занялась его травмой. А покончив с этим делом, переместилась за стол и спросила сварливо:
– Милку-то мою где потерял, тормоз перестройки?
Почему перестройки? Какой перестройки? Или это она про несостоявшееся преображение Жар-Птицы?
– Мы разделились, – отвечая между тем на вопрос, решил прикрыть загулявшую напарницу Иван. – Согласитесь: было бы немного странно уводить одну девушку из бара на пару с другой!
На самом деле, тогда он об этом вовсе не думал – просто вдохновенно «клеившая» бармена мавка сама не захотела уходить. Но ведь мог же рассудить и так?
– А прежде она мне очень помогла… – сам не зная зачем, продолжил юноша отмазывать Милену.
– Вижу я, как она тебе помогла! – кивнула Яга на ходики на стене – в прошлый раз в «избушке» Иван их как-то и не заметил, да и сейчас обратил внимание только после этого движения головой собеседницы.
– И что теперь будет? – убитым голосом спросил он – уже не в первый раз и, конечно же, имея в виду вовсе не судьбу мавки.
– Что будет, что будет… – для разнообразия вопрос по существу хозяйка мимо ушей не пропустила – и поняла правильно. – Хвала Нави, заветную полночь наша будущая Жар-Птица проспала. Начала бы бесконтрольно воплощаться – ни на что всерьез повлиять мы бы уже не смогли. Но во сне не преобразишься – так что, почитай, дарована нам своего рода отсрочка!
– То есть все в порядке?! – просиял юноша.
– Если бы! – поморщилась, словно от зубной боли, Яга. – Самый благоприятный момент для старта своего воплощения Жар-Птица пропустила! И теперь путь, который нам с ней предстоит пройти, сделался в дюжину раз тернистее!
– Но окончательно ничего пока не потеряно? – настаивал на надежде Иван.
– Так-то да… Я девицу заговоренным веретеном уколола и в хрустальный гроб уложила – теперь ненароком не проснется, проспит столько, сколько понадобится. Успеем подготовиться.
– Это хорошо, – облегченно выдохнул юноша.
– Ну да, могло быть хуже, – кивнула хозяйка. – Но могло и куда лучше! Эх… Ладно, утро вечера мудренее! – заявила она затем, сонно зевнув. – Пойду-ка я вздремну, да и ты, добрый молодец, ложись почивать! Кикимора тебе постелет! И одежку твою ей отдай: постирает да залатает – вон, вымазался да оборвался, как неприкаянный домовой!
– Э… – растерялся от такого оборота Иван. – Может, я лучше домой пока поеду? Там и переоденусь, – надо признать, при падении он действительно порвал джинсы на коленке и рубашку на локте. – А утром вернусь?