Мы влипли (СИ)

Надламывается.
Нет, ломается совсем.
Разбивается на такие мелкие осколки, что уже невозможно склеить, как не старайся.
И ты просто-напросто перестаешь чувствовать боль.
Вообще перестаешь что-либо чувствовать.
Совсем.
— Привет, Ника, новая официальная девушка Матвея, — говорю ровным и словно чужим голосом, — до конца семестра, я полагаю?
Вопрос адресую ему.
— Полин.
Матвей напряжен. Желваки ходят, а пальцы сжимаются и разжимаются.
— Что? Я все неправильно поняла?
— Именно.
— А мне кажется, Ника выразилась вполне определенно. Впрочем, не нужно передо мной оправдываться. Ты волен поступать так, как считаешь нужным. Официально и неофициально. Мне теперь точно все равно.
Отрываюсь от косяка и иду мимо них к выходу.
— Полина, подожди.
Матвей не психует. Не истерит и не оправдывается.
Он просто стоит и смотрит на меня.
Теперь вот просит не уходить.
— Я бы осталась, Матвей, — говорю ему, а сама надеваю кроссовки, — но знаешь, как-то не хочется. В свете новой информации.
Сдергиваю с вешалки куртку, наматываю на шею шарф.
Открываю дверь и заношу ногу над порогом.
— Полина, — зовет Матвей и я вздрагиваю.
Что-то такое проскальзывает в его голосе. Неуловимое, царапающее душу словно острые ножи.
Отчаяние?
Жаль, я уже не та, что была каких-то пять минут назад.
Несмотря на это понимаю, что не могу уйти просто так, даже не обернувшись.
Медленно поворачиваю голову и смотрю в темные, бездонные глаза.
— Что ты хотел, Матвей?
— Полина, что мне сделать, чтобы ты осталась?
Тишина такая, что звенит в ушах.
Даже Ника замела и почти не дышит. Наблюдает во все глаза за нашим безмолвным диалогом.
— Полина, что сделать?
Пожимаю плечами и выхожу за порог, осторожно прикрывая за собой дверь.
Иду мимо лифтов к лестницам и начинаю спускаться.
Одна ступенька, две, три.
Вниз так просто.
Только зачем придумали ступени, когда есть окно.
Звонит мой телефон.
Черт, что за дурь лезет в голову.
А почему звонит? Я же вроде отключала.
Достаю телефон и понимаю, что впопыхах промахнулась и телефон по-прежнему работает.
Соня.
— Да, — говорю, продолжая спускаться.
— Полииин, привет!!! Полька, наконец выбрала время позвонить. Как у тебя дела? Не отвлекаю?
— Привет, Сонь.
— Я так соскучилась!
— Сонь, скажи, это правда, что Матвей назначил новую девушку на семестр?
Подруга замирает.
— Полин, кто тебе сказал?
— Правда?
— Ну, в общем… — в голосе подруги сквозит неуверенность.
Все ясно.
— Поль, это ерунда какая-то. Я даже говорить тебе не стала об этом, потому что это полная ерунда.
— Значит, это правда.
— Ну… вроде как да. Какая-то Вика.
— Ника.
— Ну, Ника. Без разницы. Не ходит он с ней, ну вот ни разу не видела. Он только о тебе думал все это время. Мне Никита сказал по секрету, вот буквально сегодня, за этим и звоню, что, когда ты уехала, Матвей был просто сам не свой. Рвал и метал. Руки в кровь сбивал на тренировках. Чуть на машине не разбился, потому что гонял хрен знает с какой скоростью. Даже напивался несколько раз, а ты знаешь, что он вообще не пьет.
— И назначил на семестр новую девушку, — подсказываю, когда подруга замолкает.
— Ну…
— Спасибо, Сонь, что поддерживаешь. Я сильно соскучилась, надеюсь, что скоро увидимся. Я перезвоню тебе хорошо?
— Ладно, Полин.
— Ок.
Убираю телефон.
Выхожу на улицу и вдыхаю полной грудью прохладный воздух.
Хорошо.
Не сказать, что в квартире было душно, но парфюм блондинки все же успел въесться в ноздри.
Подъездная дверь распахивается, и Матвей вылетает на улицу следом за мной. Куртка нараспашку, похоже, что сильно торопился. Интересно, а Нику оставил в квартире или все же выпроводил?
— Полина.
Быстро доходит до меня, хватает за руку и разворачивает к себе.
Я не вырываюсь, но и не приветствую его действия. Мне все равно.
— Полин.
— Все в порядке, Матвей, я сама дойду. Тут и недалеко.
— Полина.
— Руку отпусти.
В моем голосе нет агрессии или тревоги, только равнодушие.
Он слушается.
 
Я отворачиваюсь и иду по направлению к общаге. Чувствую его за спиной, а может мне только так кажется.
Когда до входа остается метров десять, позволяю себе остановиться и посмотреть назад.
Матвей замирает в нескольких шагах. Руки в карманах, хмурый взгляд исподлобья.
— Как мило, словно верный сторожевой пес, — говорю и улыбаюсь.
— А теперь подойди.
Матвей слушается. Медленно идет ко мне, испепеляя своим взглядом.
Но что мне с этого, пусть хоть дыру прожжет.
— Какой послушный, — комментирую, когда он замирает в паре шагов.
Подхожу на секунду, взъерошиваю его волосы и снова отступаю.
Он хмурится еще больше, и это распаляет меня сильнее.
— Знаешь, Матвей, а я, кажется, придумала, что тебе нужно сделать, чтобы я захотела вернуться. Хочешь скажу?
Он медленно кивает, не сводя взгляда.
— Ладно. Это не так сложно, как может показаться на первый взгляд. Всего лишь…
Тут я медлю пару секунд, дожидаясь, когда с остановки потянется народ, для большей зрелищности, а потом улыбаюсь еще приторнее.
— Ты же любишь подчинение, я все правильно поняла? Так что… на колени.
— Что?
В голосе металл. Ощущение, что он сейчас набросится и разорвет за то, что осмелилась сказать ему такое.
Но сейчас даже это меня не пугает.
Я стираю с лица улыбку и теперь в моем взгляде сквозит вызов.
— Что слышал, — чеканю.
— Прямо здесь и сейчас ты встаешь передо мной на колени и я, так и быть, рассмотрю вопрос о возможности встречаться с тобой.
Он прищуривается.
— Издеваешься? — уточняет холодно.
— Нет, просто хочу посмотреть насколько сильно ты хочешь быть со мной и на что готов пойти ради этого. Так что… на колени.
Его взглядом можно заморозить планету, нет, целую галактику. Но я не собираюсь отступать.
— Давай, Матвей. У тебя есть ровно десять секунд, чтобы это осуществить.
  
Глава 16
 
Полина
Время словно замирает.
Одна секунда, две, три.
Матвей стоит, не двигаясь, и по-прежнему буравит взглядом. Все, что читается сейчас в его глазах — это ненависть.
Ну и пусть, мне плевать.
Четыре, пять, шесть.
Остается не так много времени, но Матвей по-прежнему не делает попыток упасть передо мной на колени.
Семь, восемь, — стучит набатом.
Девять, десять.
Матвей продолжает стоять, вздернув подбородок, и смотреть на меня. Только выражение его глаз несколько меняется. Теперь они выражают… ничего.
В прямом смысле.
Все, что я могу в них увидеть сейчас — это пустота. И ни одной эмоции на лице.
Жду еще пару секунд, для проформы, но ничего не происходит. Он принял решение и не собирается его менять.
— Что ж, — произношу медленно, — надеюсь, теперь ты свалишь туда, откуда приехал и перестанешь, наконец, мне докучать.
Ответом мне все то же ледяное спокойствие и тот же пугающий пустой взгляд.
Медленно и без лишней суеты достаю из кармана наушники, засовываю в уши и включаю трек из своего плейлиста [2].
Потом разворачиваюсь на сто восемьдесят и начинаю движение к подъезду.
Похоже, это был наш последний, хоть и по большей части безмолвный, диалог. После моих слов, после всего этого, он ни за что и никогда не захочет иметь со мной дела.
* * *
Леси и остальных из компании еще нет. Использую эту передышку от чужого давления по полной. Переодеваюсь, не включая света, и разваливаюсь на кровати. К окну не подхожу специально, чтобы не возникло искушение выглянуть и посмотреть, что делается во дворе.