Мы влипли (СИ)
Мыслей ноль. Какие-либо чувства также отсутствуют.
Однако, это даже удобно.
Пустота внутри отлично гармонирует с пустотой вокруг, словно растворяя меня в ней и стирая границы реальности.
Лежу так некоторое время и пялюсь в потолок, словно проваливаюсь в какой-то вязкий вакуум глубже и глубже.
Какая-то мысль вылетает из задворок сознания, и я вдруг отчетливо понимаю, что очень хочу услышать мамин голос. Не просто хочу, это сейчас мне жизненно необходимо.
Заставляю себя пошевелиться.
Приподнимаюсь на кровати, ставлю трек на паузу и звоню ей, не обращая внимания на то, что уже довольно поздно. Но скорее всего она еще не спит, читает очередной любовный роман.
Мама берет трубку со второго гудка, значит, точно не спит.
— Мам, привет, — говорю.
— Полиночка, что случилось? — тут же отзывается мама.
Уже только от звука ее голоса у меня теплеет на душе. Жаль, нельзя сейчас ее обнять.
— Ничего, я просто так звоню. Узнать, как у вас дела, сильно соскучилась.
— У нас все хорошо. Полиночка, мы с Мишенькой тоже по тебе очень сильно скучаем. Как ты там?
Отвечаю на любимые мамины вопросы про питание, учебу и работу, а потом прошу рассказать, что у них нового. Мама начинает сообщать все последние новости, а я слушаю и кайфую.
Мне хорошо сейчас, словно окунулась в детство.
А еще у мамы скоро День рождения. Я обязательно съезжу домой и увижусь с ней и Мишкой.
Прощаюсь с мамой и снимаю с паузы трек, неосознанно убегая от полной тишины.
За этим занятием меня и застает веселая компания.
Леся, Таня и Вика вваливаются в комнату и замирают на пороге.
— Вот она, — произносит Таня далеким от благодушия тоном и делает шаг вперед.
Под потолком тут же загорается лампа.
— Вы чего, а вдруг Полинка уже спит? — замечает Леся и тут же мне, — ой, Полин, ты ведь еще не спишь.
— Она не спит, — отвечает за меня Вика. В ее глазах плещется ярость и такая злоба, будто я сделала что-то ужасное лично ей.
Они с Таней приближаются ко мне и становятся прямо у кровати.
— Ну что, Полиночка, как погуляля? — цедит Таня и упирает руки в бока. Вика же скрещивает руки на груди.
Пару секунд я разглядываю разгневанных фурий, после чего возвращаюсь к своему занятию.
То есть продолжаю слушать музыку и перестаю обращать какое-либо внимание на взвинченных девиц.
Мне плевать.
На несколько секунд в комнате повисает тишина. Для них. Я же продолжаю наслаждаться голосом певицы.
— Ну и, — первой не выдерживает Таня, — как ты, Полина, объяснишь нам ваше странное исчезновение с Матвеем?
Произносит таким тоном, будто прямо сейчас вцепится в меня и начнет убивать. А Матвей ее личная собственность.
Вынимаю из уха один наушник и чуть поворачиваю в ее сторону голову.
— Ну? — торопит Вика.
Перевожу взгляд с Тани на нее.
— А я обязана?
— В смысле обязана? — переспрашивает Вика, словно не понимая вопроса.
— Я обязана вам что-то объяснять?
Девицы переглядываются.
— Э… ну…
Похоже, мое замечание их несколько смущает. Жаль, ненадолго.
Уже в следующий момент Вика зло прищуривается.
— Вообще-то, — цедит она, — мы все вместе пошли. И договорились, что Матвей наш.
— Полин, мы просто волновались. Вы вдруг пропали, без предупреждения.
Лесин голос из-за ее спины звучит все также дружелюбно, как и раньше. Похоже, она пытается сгладить намечающийся конфликт, но у нее ничего не выходит.
Мне снова плевать.
Но все же придется что-то делать, чтобы они поскорее убрались отсюда, иначе выяснение грозит затянуться на всю ночь.
Вздыхаю и принимаю горизонтальное положение. Потом подсовываю под спину подушку и устраиваюсь с удобствами.
— Ну? — не отстает Вика.
Я зеваю, едва прикрыв рот ладонью, потом потягиваюсь.
— Ну, Полина!
— Слушай, Вик, сгоняй-ка мне за чаем, — говорю ей.
Все вокруг замирает.
— Что? — тянет она, как только приходит в себя.
— Что слышала. Пить хочу. Так что, раз вы так удачно пришли, сгоняй мне за чаем.
Викины глаза расширяются, в них плещется недоумение. Она косится на Таню, потом на Лесю. Потом снова поворачивает лицо ко мне.
— Что непонятного? — говорю несколько резче, чем обычно.
А потом демонстративно закатываю глаза, всем своим видом показывая, что просто поражаюсь чужой тупости.
— Или ты бежишь мне за чаем и узнаешь подробности всего или просто сваливаешь отсюда в свою комнату. Без чая ничего не буду рассказывать. И да, третий раз повторять тоже не буду.
Снова демонстративно вставляю в уши наушники, сменяю трек и прикрываю глаза.
— Слышь, Вик, сгоняй, — улавливаю сквозь музыку Танин шепот.
— Для нее? Ты что, совсем с ума сошла?
— Но интересно же, чего тебе стоит.
— Сама сгоняй.
— Полина тебя попросила, а не меня.
Они еще некоторое время препираются, но потом все же выходят из комнаты. В помещении остаемся только мы с Лесей. Сразу становится легче дышать.
— Круто ты их, — говорит соседка.
Я открываю глаза и наблюдаю, как она подходит к шкафу. Открывает его и начинает доставать домашнюю одежду.
Снова погружаюсь в музыку.
Несколько минут проходят почти в нирване, потом дверь распахивается и в комнату снова вваливаются Таня и Вика.
В руках у Вики поднос, на котором стоит стакан с чаем, блюдце с кусочками сахара и даже вазочка с печеньем.
— Вот, Поль, мы и поесть принесли, — говорит Таня.
Вика располагает поднос на столе, перехватывает стаканчик салфеткой и подносит мне.
— Осторожнее только, Полин, — он горячий.
А Матвей, оказывается, прав. Людьми не так сложно управлять.
— Спасибо, — милостиво киваю, — только в следующий раз не забудь положить лимон. Я пью только с лимоном. Знаешь, такая тонкая долька шириной три миллиметра, ни в коем случае не четыре и не пять. Ясно?
Вика проглатывает и это.
— Хорошо, — поспешно кивает.
— Ну, Поль, что?
Таня усаживается мне в ноги. Ее глаза горят от нетерпения.
— Ну, как вам сказать, — тяну время.
— В общем, — выдерживаю еще одну эффектную паузу, во время которой девчонки не издают не звука, — ваш Матвей в меня влюбился.
— Как? — ахают Таня и Вика одновременно.
— А вот так. С первого взгляда. Окончательно и бесповоротно.
— Не может быть!
— Сам сказал. Да и вы сами все видели, он же ко мне пересел. А потом увел из зала. Захотел пообщаться и узнать поближе.
— Не может быть, — хмурится Таня, а Вика осматривает меня особенно пристально. Словно ощупывает взглядом.
— Почему не может быть? — недоуменно поднимаю брови и перевожу взгляд с одной, на другую.
— Ну, это… — мнется Таня, — потому что, как так?
— Возможно потому, что Полина очень красивая и фигура у нее классная, — говорит вдруг Леся, — или потому что она понравилась ему, как человек.
Вика с Таней смотрят теперь на Лесю, а мне начинает надоедать этот разговор.
— Так, ладно, — говорю и слегка морщусь, — устала и хочу спать, так что вы, обе, валите к себе.
Тут же прикусываю язык. Не слишком ли? Пугает мое полное сходство сейчас кое с кем, пусть и неосознанное.
Но по виду соседок вижу, что не слишком.
В самый раз.
Обе поднимаются, как по команде, и перемещаются к двери.
— Ладно, Полин, отдыхай, завтра пообщаемся, — говорит Таня.
— Да, Полин, до завтра, — вторит ей Вика.
— Давайте, идите уже.
Наконец, девицы исчезают.
— Лесь, если не сложно, выключи пожалуйста свет, — говорю соседке.
— Да, конечно, Полин.
Свет тут же гаснет, и я отворачиваюсь к стене.
— Поль, ты хорошо себя чувствуешь? — несколько обеспокоенно спрашивает Леся.
— Спать хочу.
— Ой, извини, не буду беспокоить.
— Спасибо.
Мне кажется, теперь меня никто и ничто уже не сможет побеспокоить.
Глава 17
Полина