Мы влипли (СИ)

— Тебе стоит сменить работу. Я бы даже сказал, в обязательном порядке. Могу устроить в наш филиал, чтобы ты не меняла образа жизни, потому что других вариантов в этом захолустье нет. Или может… ты думаешь над тем, чтобы вернуться домой?
Теперь хмурюсь уже я, и уворачиваюсь от его пронзительного взгляда. А он снова смотрит. Все время, пока говорит, обжигает. Словно считывает реакцию на каждое свое слово.
Я не знаю, что ему ответить, мысли разбегаются.
— У меня же учеба, Матвей, как я уеду? Переводиться два раза за год как-то уже слишком.
— А если бы не это?
— Не знаю. Я уже начала привыкать к жизни здесь и мне нет никакого смысла возвращаться обратно, тем более посреди учебного года.
— Ясно.
Он отступает и делает круг по холлу. Останавливается у картины с изображением природы, висящей на стене, и начинает ее рассматривать.
— Кстати, твоя мама по тебе сильно скучает.
Хмурюсь снова.
— Откуда ты знаешь?
Он отрывается от созерцания пейзажа и чуть поворачивает голову.
— Да так, заезжал пару раз.
— Как?
Но тут же уточняю, правильно ли поняла.
— В смысле, ты заезжал к нам домой?
— А что такого?
Он пожимает плечами и разворачивается ко мне, теперь уже полностью.
— Твоя мама не раз приглашала на ужин, ты же знаешь, как хорошо она готовит.
— Да, знаю, разумеется, — киваю, — но она мне ничего не говорила. О том, что ты… у нас ужинал.
А о чем вы разговаривали при этом, довершаю мысленно, остается только догадываться.
Матвей вновь пожимает плечами и молчит, никак не желая комментировать мое удивление.
Я продолжаю соображать.
Зачем он приезжал к нам? Что хотел узнать? И… это мама сказала, где меня искать? Как она могла, я ведь просила никому не говорить! Или Мишка постарался?
Но я не могу долго злиться на маму, тем более это могла быть и не она и даже не Мишка, ведь теперь это совершенно неважно. И Матвей мне помог, причем дважды. Помимо Семена вспоминаю случай с клубом.
— Мы до сих пор стоим в холле, может, пойдем в гостиную? — вдруг произносит Матвей.
— Хорошо.
— Мы с Лесей как-то заглянули в клуб, который рядом с общежитием, — говорю осторожно и ступаю на ковер.
Ступни приятно утопают в длинном мягком ворсе.
— Ну, знаешь, решили немного развеяться. А потом, когда пошли домой, за нами… увязалось двое парней.
Сажусь на диван и подтягиваю колени к груди. Обхватываю их и сцепляю руки в замок.
Матвей садится на диван рядом со мной. Близко, но не вплотную. Примерно на расстоянии вытянутой руки.
— Откуда-то вдруг появились мужчины, словно из-под земли, — продолжаю рассказ, — и они остановили парней. Одного я узнала, это был твой человек.
— Да, — говорит после паузы, словно нехотя.
— Ты следил за мной? То есть, приказал следить.
Вопрос давно вертелся на языке.
— Нет. Но попросил… приглядывать.
— Зачем?
— Не ясно?
Пожимаю плечами.
— Хотел контролировать, — высказываю предположение.
— А что, если я просто волновался за тебя?
Тут же вспоминается сцена на темной веранде, когда он целовался с блондинкой. Закусываю губу и отворачиваюсь.
— Волновался? Да ладно.
— Почему я не мог волноваться? Тебе вообще хоть раз приходило в голову, как я себя чувствовал после того, как узнал, что ты сбежала?
Организм отзывается на его слова тревожным холодком внизу живота. Будто все внутри вдруг начинает скручиваться в тугую пружину.
Я так ушла в свои переживания, что совершенно не думала. Точнее, считала, что он, даже если и заметил мое исчезновение, то не особо расстроился.
— И как ты себя чувствовал? — произношу осторожно, а мой голос слегка надсаживается.
— Как я себя чувствовал?
Матвей поднимается с дивана.
Медленно пересекает комнату и подходит к окну. Смотрит в него несколько секунд, после чего поворачивается ко мне.
— Чувствовал себя… хреново, Полин. Вот как я себя чувствовал.
  
Глава 15
 
Матвей
Так, Полина, будто получил удар под дых. Один из таких, после которого просто невозможно выжить. А даже если и удается, по счастливой случайности, то навряд ли получится оправиться.
 
У меня не получается.
Поэтому поехал за тобой.
Потому что хотел быть рядом.
Видеть каждый день.
Знать, что ты со мной, пусть даже на расстоянии.
Потому что я не могу без тебя.
Полина
Он невесело усмехается одними уголками губ.
— Не могу без тебя, Полина, не получается у меня.
Закрываю глаза.
Мне хочется верить.
Хочется, потому что я тоже не могу без него. Теперь мне это ясно совершенно отчетливо.
И если ему было плохо точно так, как и мне, значит, ему было… действительно очень плохо.
Так, что не найти подходящих слов, чтобы описать то состояние опустошения и отчаяния, в которое пришлось окунуться. Всего лишь из-за нескольких неосторожно брошенных слов.
А все эти девицы… Может они служили лишь антуражем? Только для того, чтобы вызвать мою ревность.
Но тогда, на балконе он не знал, что я увижу.
Плевать.
Плевать, что там было, на этом чертовом балконе.
Он же со мной сейчас, приехал, а значит, я представляю для него ценность. Он скучал.
Распахиваю глаза и смотрю на Матвея.
Он продолжает стоять на том же месте у окна, облокотившись на подоконник, и разглядывает мое лицо.
Хочу встать и подойти к нему. Обнять за талию и прижаться щекой к груди. Постоять так немного и помолчать. Хочу впитывать его запах, и чтобы это продолжалось целую вечность.
Я не могу без него, а подойти, когда он стоит совсем рядом, ведь настолько просто.
Оглушающий звонок в дверь препятствует моим планам.
Сердце замирает от недоброго предчувствия.
Кто может звонить? Матвей пригласил кого-то, но успел об этом забыть?
— Я никого не жду, — говорит Матвей.
Отрывается от подоконника и направляется в холл. Я остаюсь сидеть на месте. Только выпрямляюсь. А руки складываю на коленях, словно прилежная ученица.
Звонок все не умолкает.
Наконец, слышу звук открываемой двери. А сразу следом за этим… не могу поверить своим ушам.
— Матвеееей, — вопит на всю квартиру пронзительный и очень довольный женский голос.
— С ума сошла? — слышу в ответ, — нахрена приперлась?
— Но, Матвей, я так соскучилась! Ты сказал, я тебе подхожу, а сам умотал неизвестно куда и насколько. Просто в какую-то дыру. Хорошо, что у меня тетя работает в…
— Ника, вали отсюда, — рычит Матвей.
Я даже отсюда чувствую его злость и агрессию.
Не вовремя она, это правда. На пару часов бы попозже. Не рассчитали немного.
— Но, Матвей!
Кажется, девушка не намерена отступать.
— Я что, зря перед тобой на коленях столько времени стояла? Ведь все выполнила, что приказал. Ты сам сказал, что подхожу, сам сказал!
Поднимаюсь с дивана и выхожу в холл. Облокачиваюсь о дверной косяк и скрещиваю руки на груди.
Вика, или как там ее, Ника, похоже, что и есть та самая блондинка, с которой Матвей целовался. По крайней мере длинные густые волосы один в один.
Красивая.
Тонкие черты лица с чуть заостренным носом, пухлые губы.
А еще она пытается виснуть на нем, совершенно не реагируя на попытки Матвея оттолкнуть.
— Ну, Матвей! Ну почему ты не рад? Ведь и в универе я твоя официальная девушка, ты сам объявил! Я гораздо красивее той зазнайки Полины, и на все готова. Ты же ведь любишь подчинение. Мы можем прямо сейчас…
Тут блондинка замечает меня.
Она расцепляет руки и ее глаза округляются.
— Ой, — произносит она и хлопает глазами. Матвей застывает.
— Привет, Полина, — мямлит она.
Я киваю в знак приветствия, а на губах против воли начинает играть легкая улыбка, которая с каждой секундой становится все шире.
Наверное, когда достигаешь критического состояния, что-то такое происходит.