Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

— Если также думали враги, то сильно удивились, — с уважением произнес Дсуу. — Двести семьдесят разумных уничтожили более семидесяти тысяч противников. И это только опознанные тела…
— Не стоит недооценивать могущество Силы, — авторитетно произнес Дарт Савич. — Те, кто находился здесь, пусть и не являлись Имперскими рыцарями, но в своих умениях использовать Силу превосходили многих.
В очередной раз среди мертвецов раздался рвотный рев молодого чисса.
— Кажется, ваш аколит не столь приспособлен к тяготам армейской жизни, — ровным тоном заметил Темный Советник.
— Вы все видите сами, господин, — не стал скрывать Дсуу. — Парнишка неплох, но… Ему не место на передовой. Особенно — когда война идет на истребление.
— Вот даже как, — многозначительно произнес мужчина. — В таком случае, я поговорю с Императором, чтобы забрать этого паренька под свою опеку.
Командир 716-го штурмового корпуса хотел было возразить… Но лишь молча закрыл рот. Паренек на самом деле неплох, но… Он явно не боец в прямом смысле этого слова. Диверсант, агент — может быть. Но он никогда не сможет стать полноценным командующим. Обилие смерти вокруг выбивают его из колеи. Нельзя сражаться, командовать корпусом, да еще и подавать пацану салфетку — стереть блевотину с лица — каждый раз, когда на поле боя количество трупов будет зашкаливать.
— Да, сэр, — негромок добавил он. — Надеюсь, вы о нем позаботитесь.
— Непременно, — холодно ответил Савич. И что-то подсказывало Дсуу, что уж Темный Советник точно не будет подтирать мальцу сопли.
Но, так будет даже лучше.
Или пацан закалится, загрубеет сердцем — или однажды подохнет из-за своей мягкотелости. И будет лучше, если сам Дсуу этого не увидит.
* * *
— Некогда это был красивейший из Великих Храмов Тайтона, — с горечью в голосе произнес Зетт Джукасса, разглядывая с высоты полета «Лямбды» расстилающиеся внизу чадящие едким дымом развалины. — О, Сила… Здесь даже бойцов не было! Здесь медитировали, рисовали, создавали статуи…
Дед, оторвавшись от чистки клинка из бескара (да, контрабанда, да с «малой родины» прародителя всех клонов. И что?), бросил взгляд на аколита, затем, через открытый десантный люк в борту «Часового», на руины. Пусть и не осталось целым ни одного здания, архитектура явно указывала на то, что некогда это местечко выглядело в лучших традициях перфекционизма.
Сейчас же — это развалины, в которых не осталось выживших. Здесь только смерть, разрушения и десятки тысяч мертвецов, дымящие черной копотью остовы турболазерных турелей, корпуса боевых машин… И ни малейшего признака жизни.
Следовательно, задача клонов сводилась к тому, чтобы высадиться, установить периметр, подсчитать потери, сообщить командованию. И по мере сил — разослать патрули в поисках выживших. Своих и чужих.
А вот с последними хотелось встретиться очень сильно. Как минимум — восстановить справедливость и отомстить за павших. Как максимум — узнать поподробнее о противнике. И заглянуть к нему на огонек. С самой большой пушкой, какая только найдется в арсенале.
— Так это здесь ты пропадал две недели после Катара? — поинтересовался маршал у паренька. Тот согласно кивнул.
— Я думал, что смогу научиться здесь чему-нибудь, — перекрикивая встречный поток ветра ответил мальчик. — Очень хотел… Стать скульптором.
— Научился? — с сомнением поинтересовался Дед. Очевидно же, что нет. Сила вряд ли дает бонус к постижению наук.
— Кое-чему — да, — кивнул Джукасса. — Но пришлось вернуться на Закуул — отпуск не резиновый. Подумать только — я улетел отсюда за неделю до атаки!
— Дерьмо случается, — машинально согласился Дед. Не дождавшись ответной реакции паренька, вернул кинжал в ножны, тронул его за руку. Аколит, вздрогнув всем телом, часто-часто заморгал. — Парень… Так, ну-ка, не реви!
 
Крохотные бисеринки слез блестели на ресницах Зетта, выдавая его внутренние переживания.
Клоны, входящие в штаб корпуса, летящие этим же шаттлом, демонстративно принялись заниматься своими делами. Словно и не замечали, что бравый аколит, не раз и не два доказавший свое мужество в бою, сейчас рыдает, как обычный пацан.
Которым он по сути и является.
— Зетт, — Дед смягчился, насколько мог. — Ты ничего не мог бы сделать, даже если остался. Они прикончили бы тебя также, как и этих бедолаг…
Мальчишка, шмыгнув носов, рукавом куртки утер слезы.
— Дед, — покрасневшие глаза плескались желтоватым блеском. — Давай найдем тех, кто это сделал. И уничтожим. Всех до единого.
Что-то внутри Деда надломилось.
Пацана было искренне жаль.
Он наверняка обзавелся здесь многими знакомыми, возможно даже друзьями. И вот — все они, наверняка мертвы.
И нет никого, чтобы сказать мальчишке пару утешительных слов. Поговорить с ним о превратностях судьбы, объяснить, что все умирают, и не каждый разумный решает — когда это случится.
Парню, который биологически старше его самого лет на пять-семь требовался мужской пример. Дед слышал, что джедаи, в число которых прежде входил и парнишка, забирали своих учеников из семей в крайне раннем возрасте. И те до конца своих дней не знали ничего о том, каково это быть — детьми. Не знали родителей, их любви, заботы, нравоучений. Сам воспитательный процесс прошел мимо них.
Может поэтому все джедаи казались Деду такими… Идеализированными, оторванными от жизни? Потому что не знали, что такое жизнь.
— Конечно найдем, Зетт, — твердо пообещал он. Пусть это и не входит в текущую боевую задачу, но… Всегда можно прикрыться тем, что ты искал выживших. А не шел по следам убийц. — Найдем и казним каждого из тех, кто здесь бесчинствовал. Я обещаю тебе это… Сынок.
* * *
— По данным архивов, — челнок тряхнуло, когда он попал в небольшую воздушную яму. Но Мастер ни на секунду не приостановил инструктаж, ведя беседу с четверкой голограмм командующих легионами. Две фигуры — молчаливый и мрачный Дарт Сурик и задумчивая Реннакс Омани — молча слушали. Не прерывая командира корпуса. — Пустыня вокруг Цигун Кеш — некая аномалия, которая полностью блокирует звуки.
Командиры легионов переглянулись между собой.
Да, хотел бы и он сам знать, что это за дерьмо такое и почему именно им выпала честь сражаться в полной тишине. Нет, это не брюзжание — здравый интерес. Потому как глухих в корпусе, привычных к вечному отсутствию звуков, не держали.
— Я не знаю, будут ли работать комлинки, но директива прежняя — используем частоты второго эшелона. Перестрахуемся на случай, если этим сраным жукам известно больше, чем нам хочется.
— Маршал, — неожиданно прервал молчание Дарт Сурик. — Каков план атаки?
— До смешного простой, — хмыкнул Мастер. — Наших там нет. Живых по крайней мере. Значит, выжжем все к хатту бортовыми орудиями, сбрасываем «небовиков» в самые «горячие» места, захватываем плацдарм, высаживаемся, добиваем уцелевших…
— … устанавливаем периметр, выставляем дозоры, — закончила Омани. Ишь какая молодец — сразу видно, штудировала брошюрку.
 
— В общем и целом — да, — кивнул Маршал. — Стандартная тактика. С одной оговоркой — мы всеми силами покажем, что хотим высадиться на периферии границ Цигун Кеш. А сами свалимся прямиком на надземную часть, скоординировав нашу атаку с техникой…
— Поэтому вы и отправили челноки с тяжелой техникой в другом направлении, — подытожил Дарт Сурик.
— Если коротко — то да, сэр, — кивнул маршал. — Сейчас мы в двухстах километрах от них. Я договорился с командованием эскадры — они вышлют три звездных разрушителя, якобы для бомбардировки Цигун Кеш. Мы спрячемся от обнаружения в проекции корпусов кораблей и десантируемся прямиком на головы противника и…