90-е: Шоу должно продолжаться 13 (СИ)
— Там закрылся Свиридов! — выпалила Варвара. — И, кажется уснул…
— Или умер? — уточнил я.
— Велиал! — укоризненно прикрикнула Варвара. — Свиридов в туалете пьяный закрылся и уснул. А второй туалет сразу не работал.
— Пусть в кусты ходят, на улице лето, — безмятежно отозвалась Наташа.
— Варвара, а ты была на «Рок-провинции»? — спросил я, ухмыльнувшись.
— Ты же знаешь, что нет, я говорила, — сказала Варвара.
Конец ее фразы потонул в пронзительном запиле, который выдал гитарист «Убойной монашки». Группу эту я не знал, они были неместные. Приехали из Свердловска. Активные такие ребята, в отличие от многих не начали сразу квасить, а принялись влезать во все движняки, которые мы напланировали на время фестиваля. Играли неплохо, свой стиль у них, определенно был. Больше всего было похоже на группу Масяни из мультика. Ну, которая пела про «в небе ангелочки летают как цветочки».
— Однажды дон Хуан пришел к своим любимым кустам, которые он обычно использовал для сортирных нужд, — «философским» голосом, напевно так и успокаивающе начал я. — И обнаружил там чье-то спящее тело. В другое время он бы, может быть, и заинтересовался обстоятельствами, которые привели сюда этого несчастного, да еще и заставили уснуть посреди, так сказать, нечистот, но вот конкретно сейчас у дона Хуана была конкретная цель. И продиктована она была съеденным вчера несвежим жареным кактусом…
— Велиал, ну я же серьезно… — на глаза Варвары даже слезы навернулись.
— Ты думаешь, что притчи про дона Хуана — это шуточки такие? — грозно нахмурилась Наташа. — Перебивает она тут! Велиал, ты продолжай, продолжай! Если она еще что-то вякнет, я ей рот кулисой заткну!
Вообще, конечно, в единоборстве Варвары и Наташи, на последнюю я бы не поставил. Варвара была как минимум вдвое больше при примерно одном росте.
— Дон Хуан, конечно, был человеком мудрым, но сейчас был не тот случай, — невозмутимо продолжил я, — когда имело бы смысл изрекать философские мысли. Так что он снял штаны и с наслаждением нагадил прямо на голову этого самого незнакомца. И так у него это громко получилось, что тот проснулся и…
Я замолчал, оглядывая внезапно сбежавшихся из гримерки слушателей. Ага, это к выступлению готовились еще какие-то полузнакомые рокеры, кажется, я их в Питере видел.
— Короче, гость проснулся и говорит: «О мудрейший из мудрейших, я обескуражен таким приемом…» Ну, то есть, он сказал другие слова, но я человек приличный, так что сразу перевожу их на язык вежливых людей. Речь его была долгой и экспрессивной, и суть ее сводилась к тому, что он, мол, так долго и старательно вчера ждал своей очереди побеседовать с доном Хуаном, что не дождался, а сегодня вот решил его подкараулить в этом месте, а тут — такое! А ведь он ждал, что дон Хуан поделится мудростью…
— Нет, ты ничего не скажешь! — Наташа стремительно подскочила к открывшей, было, рот Варваре и закрыла ей губы ладошкой.
— А дон Хуан посмотрел на этого визитера и говорит, — я важно поднял палец и оглядел своих внезапных зрителей. — «Вот тебе мой мудрый совет, странник! Прежде чем вкушать кактус, проверь, насколько он свежий!»
«Так себе финал, — подумал я. — Предсказуемый».
Но народ дружно заржал, заглушая музыку со сцены.
— Так, вы чего тут столпились? — строго нахмурился я. — Ваша очередь еще через одну песню!
— Велиал, а делать-то что? — жалобно проговорила Варвара, как только Наташа ее отпустила. — Ну, у нас же, получается, единственный туалет заблокирован, и там еще неизвестно, что внутри… А здесь люди живут, и вообще…
Я хотел ответить, что вообще-то у нее тут есть специально для этого предназначенные мурзилки-волонтеры, которым можно было бы дать задание каким-то образом проникнуть в туалет, извлечь оттуда неведомого Свиридова и потом еще и дверь починить. Но по завету Наташи я выкинул из головы все конструктивные и нужные мысли.
— Хорошо, милая, сейчас мы все решим, — широко улыбнулся я, круто развернулся на каблуках и двинул на сцену. Где как раз допиливал финальный риф песни точно не самый талантливый в мире гитарист, но зато отягощенный большим энтузиазмом.
— Ребята, я прошу пардону, но у нас тут форсмажор и очень важное сообщение, — оттирая солиста от микрофона заявил я и помахал залу руками. — Значит так, мне тут сообщили, что в сортире уснул некто Свиридов.
Фамилия потонула в хохоте зала.
— Свиридов, — повторил я. — Семен, Василий, Ипполит, Ракушка, Ицхак, Домидонт, Онуфрий, Вольдемар. В связи с этим — два объявления. Первое — на улице лето, вокруг есть парк и кусты. Все поняли мою мысль?
Зал снова разразился радостным гоготом.
— И второе, — сказал я и покосился на музыкантов. — Парни, сейчас я свалю, не переживайте. Значит, второе! Кто придумает, как открыть дверь и не сломать ее, получит приз. Мы еще не придумали, какой именно, но он точно будет! Все, я все сказал, продолжайте!
И чтобы добавить действу на сцене еще больше клоунады, я упрыгал за кулисы «зайчиком».
— Велиал, ты совсем дурак? — простонала Варвара, спрятав лицо в ладони. Но все равно было заметно, что она до ушей покраснела. Ага, вот так значит, испанский стыд со стороны выглядит.
— Ну извини, чем мог — помог, — развел руками я.
Девушка развернулась с явной целью умчаться стремительно. Чтобы порыдать.
И вот тут я ухватил ее за плечо и повернул к себе.
— Варя, постой, — сказал я. — Расслабь булки, ладно? Не истери. Все нормально, так бывает. Поверь, сортир — это вообще не то, из-за чего стоит переживать.
— А из-за чего стоит? — влезла Наташа, жующая какой-то бутер. Который, кажется, отобрала у кого-то из музыкантов, который притчу про дона Хуана слушали.
— Да ни из-за чего не стоит, — я пожал плечами. — Все равно это не помогает. Есть проблема — решаешь. Не можешь решить — поднимаешь правую руку вверх… Ну, дальше ты знаешь рецепт же, да?
— Нет, — буркнула Варвара.
— Окей, тогда показываю, — сказал я и встал рядом с ней, плечом к плечу. — Вот смотри, повторяй за мной. Только полностью повторяй, поняла?
— Поняла, — кивинула Варвара.
— Поднимаешь правую руку, — сказал я. — Медленно так, степенно. Выше, еще выше, еще выше… Вот так достаточно! А теперь резко бросаешь ее в вниз и громко говоришь: «Да и хрен с ним!»
Варвара вздрогнула.
— Эй, я же сказал, полностью повторять! — я толкнул ее в бок локтем. — А ну, давай. Еще раз. Руку вверх-вверх-вверх! А теперь бросай!
— Да и хрен с ним, — выдохнула Варвала. Всхлипнула и посмотрела на меня.
— Извини, — сказала она серьезно. — Я вот только сейчас поняла, что ступила. Ты же ведущий, а я к тебе с проблемами сортира прибежала. И еще истерику тут устроила. Вот было бы тупо, если бы ты концерт бросил и помчался Свиридова бухого из сортира вытаскивать…
Я молча обнял Варвару и похлопал ее по спине.
— Ты справишься, — сказал я. — Между прочим, сортир в «химиках» — это всегда начало какой-нибудь удивительной истории. С далеко идущими последствиями. Точно тебе говорю!
* * *Я протиснулся через толпу, окружившую Сэнсея, и встал рядом с Евой.
— Что я пропустил? — шепотом спросил я.
— Один эпичный спор, — шепотом же ответила Ева. — И очень много щенячьего восторга.
— Сэнсей с Конрадом спорили? — уточнил я. На самом деле, даже не ожидал сегодня увидеть Конрада. Он обычно предпочитает более серьезные тусовки, по факту-то сегодня даже концерт был «ненастоящий». Просто один вечер в фестивальной «общаге». Но, видимо, его Сэнсей убедил.
Концерт на сцене еще продолжался, но он вошел уже в ту фазу, когда мы с Наташей были там не нужны. Когда тем, кто колбасился в зале, уже было пофигу, кто там топчется на сцене, а выступать лезли вообще кто попало. И даже без музыкальных инструментов.
Зато тусовка по коридорам, холлам и закуткам ДК набрала полные обороты. Судя по постоянному паломничеству в ларек, хозяева его оказались продумчивыми и запаслись товаром под самую крышу. Или сгоняли еще. Не удивлюсь, если этот ларек принадлежит Василию, кстати. Он умеет из всего на свете извлекать прибыль.