Буря (ЛП)

Он пошевелился и расправил крылья. Я слишком замерзла и устала, чтобы отреагировать, когда он обнял меня одним крылом, окутывая теплом. Я поджала ноги и прислонилась к его чешуйчатому боку. Потребовалось несколько минут, чтобы его тепло проникло в моё онемевшее тело.
— Он ушёл, Алекс, — прошептала я. — Я никогда его больше не увижу.
Я впервые произнесла эти слова, и от их завершенности по моим щекам снова потекли слёзы. Я плакала до тех пор, пока не выбилась из сил и слишком измучилась, чтобы поднять голову.
Я резко проснулась. Сбитая с толку, я не сразу вспомнила, где нахожусь. Крыло Алекса всё ещё было рядом со мной, но он беспокойно ворочался, что, должно быть, и разбудило меня. Выглянув из-за его крыла, я увидела, что уже почти стемнело, и буря закончилась. Мне нужно было вернуться домой. Семья понятия не имела, где я, и, вероятно, до смерти волновалась.
— Дээннии.
Я приподняла часть крыла Алекса и, наклонившись вперёд, посмотреть на землю далеко внизу. На вершине валуна, вырисовываясь на фоне снега, стояла одинокая фигура.
— Я здесь, — позвала я.
Мама запрокинула голову, чтобы увидеть нас. В следующую секунду она уже стояла рядом со мной на выступе. Я приготовилась к выговору, но она опустилась на колени и притянула меня к себе.
— Прости, мам. Я не хотела задерживаться так надолго.
— Я просто рада, что с тобой всё в порядке, — она отпустила меня и улыбнулась моему спутнику. — Спасибо, Алекс.
Он склонил голову набок и поглядел на неё. Поднявшись, он расправил крылья и взлетел. Через несколько секунд он исчез в темноте.
— Я знала, что ты всё равно приедешь сюда, чтобы увидеть его, — слегка пожурила мама.
— Он один, и у него нет друзей.
Она покачала головой.
— Самцы виверны — одиночки. Они приближаются к другим особям своего вида только для спаривания.
Я взглянула на тёмное небо.
— Алекс не такой, как другие виверны. Ты же знаешь это.
Смеясь, она сказала:
— Да, но нам, наверное, не стоит рассказывать отцу о вашей дружбе.
— Как ты вообще меня нашла?
Она могла чувствовать магию фейри, но только когда та была близко. Долина была слишком большой, чтобы она могла её обыскать, если только не знала, что я пришла сюда.
— Ты активировала датчик периметра, и Дакс сказал мне, что один из дронов видел, как ты бежала сюда, — она встала и протянула мне руку. — Я понимаю, что тебе нужно побыть одной, но обещай, что в следующий раз ты возьмёшь телефон и сообщишь нам, куда ты пойдёшь.
Я позволила ей помочь мне.
— Обещаю.
— Я не буду притворяться, что понимаю, через что ты проходишь, — сказала она более мягким голосом. — Но ты можешь поговорить со мной о чём угодно.
— Я знаю.
Она подошла ближе ко мне.
— Ты готова идти домой или тебе нужно ещё время?
Я посмотрела вниз на долину, окутанную тьмой. Я могла бы остаться здесь на всю ночь, и это ничего бы не изменило и не заставило бы меня меньше страдать. Единственный, кто мог бы это сделать, находился в тысяче милях отсюда, на Аляске.
Я взял её под руку.
— Пойдём домой.
ГЛАВА 16
Я просмотрела сотни фотографий и видео Саммер на своём телефоне. На некоторых из них она была одна, на других — со мной. На некоторых из них были Димитрий, её брат Калеб и двоюродные братья. На каждой фотографии зелёные глаза Саммер сверкали, а её лицо светилось счастьем.
Я остановилась на последнем снимке, на котором мы обнимаем друг дружку за плечи. Его сделали этим летом возле маяка Портленд-Хед на мысе Элизабет. Это был последний день нашего пребывания в штате Мэн, и мы решили посетить все маяки от Портленда до Портсмута. Если бы я знала, что в тот день я в последний раз обнимаю свою лучшую подругу, я бы держалась за неё изо всех сил.
Мои пальцы рассеянно начали прокручивать галерею к самым последним фотографиям. Я остановилась, не дойдя до фотографий Ронана, и закрыла приложение. Я не могла смотреть на них с тех пор, как он ушёл. Мне следовало бы удалить их, потому что они причинят мне ещё больше боли, но я не могла заставить себя сделать это.
  
Я долго смотрела невидящим взглядом на экран, а потом положила телефон на стол. С моего кресла у высокого окна открывался широкий вид на территорию между поместьем и рекой. Какое-то движение привлекло мой взгляд к двум фигурам, бегущим по лужайке, покрытой свежим слоем снега. Наоми наклонилась, схватила пригоршню снега, скатала его в комок и бросила в Луиса. Он увернулся, но другой снежок прилетел сзади и попал ему в затылок.
В поле зрения появились Виктория и Элси, и все три девочки запустили в Луиса снежками. Я не могла их слышать, но по выражению их лиц поняла, что они смеются. До Сочельника оставалось два дня, и все были в праздничном настроении. Завтра большинство моих друзей отправятся домой, чтобы провести каникулы со своими семьями.
Я откинулась на спинку кресла и уткнулась носом в мягкий шерстяной свитер, который был на мне. Новая боль пронзила моё сердце, и мой Мори прошептал: «Солми». В то же время, я почувствовала странное успокоение от его знакомого запаха. Я знала, что держаться за его свитер вредно для здоровья, но, как и от фотографий, я не могла от него избавиться.
Дверь библиотеки открылась, и женский голос произнес:
— Ага, тут обычно пряталась Сара.
Я резко повернула голову и уставилась на белокурую воительницу, стоящую в дверном проёме. Я вскочила с кресла и подбежала к ней.
— Тетя Джордан.
Она заключила меня в крепкие объятия, а потом отпрянула на расстоянии вытянутой руки, чтобы посмотреть на меня. Она нахмурилась и сжала губы.
— Дерьмово выглядишь. Я приехала как раз вовремя.
— Ну, спасибо, — я сердито посмотрела на неё. — Я думала, вы с дядей Хамидом проводите отпуск в Японии.
— Планы изменились, — она отступила на шаг и медленно повернулась, осматривая всю комнату. — Знаешь, я, кажется, впервые поднимаюсь сюда, — она наморщила нос. — Здесь так темно и старомодно. Это напоминает мне фильм о Джейн Эйр, который мы с твоей мамой смотрели много лет назад. Теперь я понимаю, почему ей нравилась эта комната.
— Ты ждала два года, чтобы снова потренироваться с Дайго. Он отменил?
Дайго Мацуи был легендарным воином-самураем Мохири, у которого она тренировалась в прошлом. Она сказала мне, что ждать встречи с ним приходилось много лет, и когда Дайго вызывал, воин ехал к нему.
Она пожала плечами.
— Я почувствовала необходимость вернуться домой и увидеть свою любимую крестницу.
Слёзы защипали мне глаза, и я сморгнула их.
— Знаешь, что тебе нужно? — она не стала дожидаться моего ответа. — Тебе нужен хороший спарринг, а с кем спарринговать лучше, чем со мной?
— Что-то мне сейчас не хочется.
Я вернулась в своё кресло у окна.
Она подошла и присела на край стола.
— Послушай, детка. Я знаю, что тебе очень больно, и я не собираюсь учить тебя, как с этим справиться. Сомневаюсь, что кто-то, кто никогда не был на твоём месте, смог бы это сделать. Но, как я понимаю, тебе будет больно всё равно, будешь ли ты прятаться здесь или тренироваться. Разве ты не предпочла бы заняться чем-нибудь другим?
Я слепо уставилась в окно и прижала кулак к груди. За последние три недели боль притупилась и превратилась в острую ломоту, которая истощала мои силы и почти каждый день мешала вставать с постели. Я не вернулась к тренировкам, и меня мало интересовало то, что мне раньше нравилось. Даже бег больше не приносил мне радости. Я ненавидела ту оболочку, в которую превратилась, но не видела пути назад, к той, кем я была раньше.
Тетя Джордан накрыла мою руку своей.
— Попробуй. Если будет чересчур, мы остановимся.
Я прикусила губу.
— Я не хочу идти в тренировочное крыло.
— Я тоже, — она улыбнулась мне. — Пойдём. Я знаю отличное место.
Я нерешительно встала и схватила своё пальто со спинки кресла. Я последовала за ней вниз в главный зал, где она попросила меня подождать минуту. Она побежала в апартаменты, которые использовала, и вернулась с двумя мечами, один из которых она передала мне.