СПАС II (СИ)

— Но здесь мы в ловушке! — Девушке явно не сиделось на месте. — И нам надо…
Что нам необходимо, Клер договорить не успела: по челноку как гигантской кувалдой заехали. Грохнуло так, что даже в шлемах у нас уши заложило, заскрипели амортизаторы опор, челнок накренился набок.
— Все. Никуда не летим, — констатировал невозмутимый Гэб.
Кто-то окликнул нас. Я обернулся и увидел наклонившегося марсианского десантника.
  
— Это вы — наш груз? — крикнул он.
— Нет, мы очень важные персоны! — поправил его Гэб.
— За мной! — махнул десантник рукой.
— С радостью, но куда?
— У нас готова эвакуационная зона… — Кирасу десантника пробила целая очередь, он закашлялся и упал лицом в бетон.
— Нам конец, нам конец, нам конец, — запричитала Клер.
— Нет, нам только надо найти лазейку, свою эвакуационную зону! — Гэб ящерицей прополз под челноком. Я устремился за ним.
Если на Марсе и была безопасная лазейка, то она находилась за многие километры от центральной площади. Я вообще не видел никакой лазейки в сплошном потоке огня и череде разрывов. Да нас банально могли затоптать мечущиеся и отстреливающиеся десантники!
— Эй! — проорали нам из лихо подлетевшего к шаттлу транспортера. — Забирайтесь к нам!
Один из десантников протянул нам руку. Но никто за нее хвататься не спешил. У меня было двоякое чувство — бежать из-под удара надо непременно, но улепетывать на «кабриолете», когда воздух наполнен осколками, снарядами и лучами⁈ По мне, это было слишком рискованно. Но Клер считала по-другому. Она проскользнула мимо нас с Гэбом и прямо-таки взлетела на борт.
— Погнали! Погнали отсюда! — крикнула она.
Мы с Габриэлем, не сговариваясь, тоже попрыгали в транспортер. Меня кто-то перехватил, прижал к креслу и пристегнул ремнем. К нам реально относились как к грузу. Ценному, но грузу. Транспортер сорвался с места, а сидящий рядом со мной вояка забубнил:
— Передаю координаты для орбитального удара. Обратный отсчет — десять секунд!
— Десять? — Я повернулся к стальному великану. — Десять секунд до чего?
Мой вопрос был проигнорирован, да и мне вдруг стало не до дальнейших расспросов. Нашей машиной управлял какой-то конченый псих. Либо не очень умная обезьяна. Транспортер завизжал колесами. И мы рванули… прямо на разбитый и пылающий челнок! Я начал судорожно дергать за ремень, пытаясь его отстегнуть, но прямо перед горящим кораблем мы резко свернули направо и едва не врезались в отстреливающийся «Мародер». Чтобы вывезти нас из филиала ада и при этом не разбиться или не переехать десантников, шофер и должен быть совершенным психом. Я повертел головой и наконец увидел, откуда шел обстрел наших позиций — огненные трассы летели на площадь с одного из кубов-городов. Мне показалось, что я разглядел на крыше куба артиллерийские установки, меж которых сновали черные фигурки жнецов. Вот это да! Хотя… чему мы удивляемся? Офицеры марсианской армии пошли на сделку с сэпами. Они получили сверхспособности и сохранили рассудок. Значит, они в состоянии стрелять из пушек и, упаси господь, на кораблях летать. Новость была из разряда «хуже не придумаешь», жнецы сами по себе противники не из приятных, а если их еще и с современными технологиями скрестить, то в итоге можно получить идеальных бойцов-убийц. Ну или телохранителей. Чего, собственно, сэпы и добивались.
Я думал, что мы поедем ко второму видневшемуся отсюда кубу, чтобы укрыться от огня в городской застройке, но, вопреки моим ожиданиям, наш транспорт направился прямиком в пыльную марсианскую пустыню. Мы что, решили в песках затеряться⁈
Тут еще и в небе началась непонятная свистопляска. Может быть, сэпы решили отправить на Марс подкрепление и обрушили на планету новый метеоритный дождь. Но какой-то странный, нарушающий все законы физики — искры падали отвесно вниз. И у них имелись огненные реактивные хвосты синего цвета!
— Это не метеориты! — закричал я. — Это ракеты!
— Ну да, — буркнул сидящий рядом со мной Габриэль, — ты забыл про орбитальный удар!
Марсианский флот, оказывается, умел бить наотмашь. Пятерка ракет обрушилась на куб, с которого стреляли по месту высадки. Они пробили крышу и… ничего.
— Ракеты бракованные? — предположила Клер.
И тут как рвануло! Без звука огромный стеклянный куб оторвался от фундамента, а потом взорвался, разбрасывая миллионы переливающихся, как бриллианты, осколков стекла.
— Всем за борт! — проорал один из десантников.
— Как — за борт? На полном ходу — за борт⁈ — Не только у Клер возникли проблемы с исполнением приказа. Я тоже не понимал, зачем нам спрыгивать с транспортера.
Его водитель по-прежнему оправдывал звание самого безбашенного пилота Солнечной. Он резко затормозил и отправил машину в занос. Со мной продолжили обращаться как с ценным грузом: транспортер еще летел юзом, а меня уже отстегнул и поднял на руки боец. Я почувствовал себя младенцем, которого к груди прижала мамочка. Большая и сильно бронированная. Но не слишком заботливая, ибо мать, бережно относящаяся к своему чаду, не будет с ним на руках спрыгивать с автомобиля во время его движения.
Десантник упал на спину и прокатился по земле, наше падение прошло на удивление мягко. Рядом попадали и другие члены нашего небольшого отряда, причем я заметил, что Клер и Габриэль эвакуировались с транспортера похожим образом.
— Приготовиться к удару! — скомандовал кто-то из наших опекунов. И до меня дошел смысл всего этого сумасшедшего маневра. Поставленный боком транспортер прикрыл нас от ударной волны. По нам хлестнула упругая воздушная стена, воздух вмиг стал непрозрачен от поднявшейся пыли, нас вместе с десантником протащило пару метров, а системы моей брони выдали предупреждение об опасно повышенном давлении.
Пыль и песок снесло, и я увидел раскиданных по земле десантников.
— Доклад с орбиты! — приподнялся и сел один из них.
По-видимому, мы были отключены от тактических каналов связи, потому что в ответ я ничего не услышал. Десантник кивнул несколько раз, потом повернулся ко мне и представился:
— Лейтенант Смирлов. Теперь вы под моей охраной!
Лейтенант снял с пояса кобуру с пистолетом и двумя запасными магазинами к нему и протянул их мне.
— Умеете с этим управляться?
Я взял кобуру, вытащил пистолет. Модель незнакомая, но все оружие работает по одному и тому же принципу — прицеливаешься, стреляешь. Убиваешь, если повезет.
— Спасибо, разберусь.
Подход Смирлова к ценному грузу в корне отличался от такового у покойного капитана. И я не мог сказать, какой подход считаю более верным. Иметь оружие для самообороны приятно, но лезть с ним на амбразуры в первых рядах совсем не хотелось.
— Возвращаемся на транспортер! — приказал новый командир роты «Три топора».
К чести марсианских инженеров надо отметить, что транспортер смог тронуться с места. И не просто тронуться, а бодренько набрать скорость! Волна от взрыва сбила с техники пламя, но и без огня место нашей высадки выглядело довольно удручающе. Все челноки имели повреждения различной степени тяжести, но мне и одного взгляда хватило, чтобы понять, что на орбиту ни один из них вернуться неспособен. Досталось и наземной технике: целыми после стремительной схватки остались лишь пара танков и четыре транспортера. Да и те заполнить до отказа было некем — многие бойцы роты «Три топора» остались лежать на брусчатке площади. И почести им отдавать было некогда.
— Осмотреть челноки! — развил кипучую деятельность лейтенант. — Забрать уцелевший боекомплект. Тройную… нет, каждому четверную норму.
— Лейтенант, что нам делать с ранеными и павшими? — услышал я вопрос на общем канале.
— Оставляем здесь. На орбите готовят еще одну группу. Она о них позаботится. Техники, проверьте машины. Выступаем через три минуты — каждая машина должна дойти до Дома на скале без единой поломки или задержки.
— Так точно! — грохнул в ответ хор голосов. — Мы уже там, лейтенант!
Десантники были уверены: они во что бы то ни стало выполнят приказ. У меня же уверенность в том, что мы доберемся до сказочного замка на скале, сильно пошатнулась. От роты осталась лишь четверть, едва мы успели высадиться. А нам же предстояло пройти через здания-кубы всей столицы, чтобы добраться до резиденции. Интересно, сколько жнецов поджидало нас на этом пути?