Порочные лжецы (ЛП)

Мои брови поднимаются.
— Ты готова сделать этот шаг, да?
— Девочка, я была готова сделать этот шаг с Ридом Прескоттом в течение многих лет. Сегодня вечером у меня может появиться шанс, — она взмахнула бровями. — Особенно если ты отвлечешь моего брата, так что помоги сестре, ладно?
Тепло пробегает по моему телу, когда я вспоминаю последнее, что сказал мне Кингстон, прежде чем мы вернулись к танцам.
— Не переодевайся перед тем, как отправишься в дом у озера. Я планирую выполнить обещание и сорвать это платье с твоего тела позже.
Я тряхнула головой, прогоняя воспоминания.
— Эээ… Думаю, я тоже пока оставлю свое.
Эйнсли смеется, как будто читает мои мысли.
— Давай выйдем на задний двор и возьмем что-нибудь выпить.
Мы выходим на возвышенную площадку, заполненную людьми из школы. Я облокачиваясь на перила, прищурив глаза, чтобы разглядеть что-нибудь в темноте. Перед нами раскинулось большое озеро, наружное освещение отражается от его гладкой поверхности.
— Это место — полное дерьмо.
Эйнсли присоединяется ко мне у перил и протягивает мне стакан, наполненный вязкой жидкостью.
— Подожди, пока не увидишь это утром. Мне здесь нравится.
Я отпиваю из своего стакана.
— Черт, как вкусно. На вкус как Jolly Rancher.
— Деревенская маргарита, детка, — Эйнсли чокается со мной. — Я знаю, что по вкусу не похоже, но там чертова тонна текилы, так что будь осторожна.
— Принято к сведению, — я киваю. — Ты уже видела парней?
Она качает головой.
— Пока нет. Они, наверное, внизу, готовят барбекю или лежат в джакузи.
Я делаю еще один глоток из своего напитка.
— Хочешь спуститься и проверить?
Эйнсли поднимает вверх указательный палец.
— Подожди. Позволь мне долить напиток, и тогда мы можем идти.
Она снимает с шеи шнурок с ключом от дома и отпирает дверь. Я следую за ней внутрь, на открытую кухню и жду, пока она достает кувшин из холодильника и наполняет наши напитки.
— Спасибо, — говорю я, принимая от нее стакан.
Она указывает головой в сторону холодильника.
— Убедись, что пьешь только оттуда. Мы держим двери запертыми, но, если ты захочешь еще, просто дай мне знать, и я позабочусь о тебе.
— Поняла.
Эйнсли широко улыбается.
— А теперь давайте вернемся и насладимся этой вечеринкой!
  
28. Жас
 
В городе не подышишь таким свежим воздухом. Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю землистый аромат сосен. Эйнсли уютно устроилась у костра с Ридом, а Бентли в джакузи с несколькими незнакомыми мне людьми. Мне не хотелось присоединяться к Бентли или быть третьим лишним, поэтому я гуляла вдоль воды, ожидая, когда приедет Кингстон. Уже почти час ночи, а этот ублюдок все еще не появился. Я бы уже забеспокоилась, если бы Бентли не сказал мне, что Кингстон прислал сообщение, в котором говорилось, что он скоро будет здесь.
Пьяное хихиканье привлекает мое внимание к парочке впереди. Они идут по маленькому причалу, на самом деле спотыкаясь, пока не доходят до эллинга и не заходят внутрь. Я оглядываюсь, но Кингстона все еще не видно, поэтому я следую за ними. Я ни за что на свете не пойду внутрь, но я достаточно любопытна, чтобы заглянуть в окна, которые закрыты только отвесными панелями.
— Святое дерьмо.
Интерьер эллинга состоит из одной большой комнаты с минимальной мебелью, так что мало что мешает моему обзору. Пространство заполнено двумя дюжинами или около того обнаженных тел, занимающихся тем или иным сексуальным актом. Стоны и крики доносятся до моих ушей, перемежаясь со случайным: — О, Боже!
Кажется, ни один вид связи не является запретным. Я даже замечаю одну цепочку из мужчины-мужчины-женщины-женщины, который впечатляет своей слаженностью. Господи, это безумие. Кроме того, я практически не могу отвести взгляд. Я совершенно ошеломлена, но в тоже время… возбуждена. Я чувствую, как твердеют мои соски и как внезапно становится влажно в моих трусиках. Моя кровь бьется в жилах, а пульс учащается, пока мой взгляд перескакивает с одного порнофильма в прямом эфире на другой.
 
— Ты хочешь зайти внутрь?
Клянусь, я подпрыгиваю на фут от земли.
— Господичертвозьми! — я бью Бентли в грудь. — Ты напугал меня до смерти!
Его глаза блестят.
— Как раз в тот момент, когда я подумал, что ты не можешь быть еще горячее, я узнал, что ты маленький грязный вуайерист.
— Я не маленький грязный вуайерист! — шепчу я.
Он наклоняется к окну и подглядывает.
— Нет? Значит обычный вуайерист?
Я закатываю глаза.
— Боже мой, может, ты просто заткнешься?
Бентли улыбается.
— Знаешь, Жасси Жас, если ты хочешь посмотреть поближе, я был бы более чем счастлив составить тебе компанию. Кингстон надерёт мне задницу, но оно того стоит.
Я начинаю быстро идти, возвращаясь к твердой земле.
— Ты идиот.
Он следует за мной и закидывает руку мне на плечи.
— А ты, моя дорогая, грязная птичка. Такая горячая.
Я отмахиваюсь от него и скрещиваю руки на груди.
— Кстати, о Кингстоне… он уже здесь?
Бентли медленно кивает.
— Только что приехал. Я должен провести тебя на небольшое частное празднование дня рождения, которое он организовал.
— Сейчас уже за полночь, так что технически это уже не мой день рождения.
Он достает косяк и прикуривает.
— Давай, малышка. Прогуляйся со мной.
— Ладно, — фыркаю я. — Но ты делишься этим.
Он передает мне косяк.
— Я бы и не мечтал об этом по-другому.
Я делаю затяжку и медленно выдыхаю.
— Куда мы идем?
Бентли наклоняет подбородок.
— Немного вверх в ту сторону.
Я благодарна судьбе, что у меня хватило ума переобуться в шлепанцы, а не пытаться передвигаться по слегка влажной местности на каблуках.
— Ты вылез из джакузи только ради этого, да?
Уголки его губ приподнимаются.
— Нет. Я вышел из джакузи, когда увидел, что ты направляешься к эллингу. Ну, знаешь, туда, где ты не шпионила за трахающимися людьми.
Дерьмо. Я не думала, что кто-то обращает внимание на то, что я делаю.
Я показываю на него пальцем.
— Если ты когда-нибудь повторишь это, клянусь Богом, я оторву твои яйца.
Он смеется, разрушая кольца дыма, которые он пускал.
— О, малышка. Ты уже держишь меня за яйца. Но я не откажусь, если ты захочешь пососать их.
Я шлепаю его по руке.
— Господи, ты когда-нибудь остановишься?
Бентли пожимает плечами.
— Не знаю. Никогда раньше не приходилось по-настоящему работать ради этого.
Я вздыхаю.
— Ты ведь знаешь, что все, что случилось в том доме у бассейна, больше никогда не повторится?
— Никогда не говори никогда, — он подмигивает.
— Что именно произошло той ночью?
Черт, не могу поверить, что не подумала спросить его об этом ранее. Бентли гораздо более откровенен, чем Кингстон.
Он прижимает свою руку к моей.
— Ничего. Ну, кроме очень горячего поцелуя, который ты видела на видео.
Я вздыхаю. Я знала, что вероятность того, что я спала с ними той ночью, невелика, но это облегчение, знать наверняка.
Мои брови хмурятся.
— Тогда… почему? Почему у меня так мало воспоминаний об этом?
— Это вопросы для моего приятеля. Я к этому даже не притронусь, — он передает косяк обратно мне. — Остынь, малышка. Это выходные в честь твоего дня рождения. О тяжелом дерьме можешь побеспокоиться в понедельник.
Я делаю еще одну затяжку, действительно чувствуя кайф.
— Сколько еще идти?
Мы идем уже по меньшей мере двадцать минут. Звуки и огни вечеринки давно стихли. К счастью, луна полная, так что у нас приличное количество света, поскольку мы идем вдоль берега, а не под деревьями.
Бентли останавливается.
— Мы пришли.
Я оглядываюсь по сторонам, но Кингстона нигде нет. Только еще один причал с привязанным к нему маленьким катером и пустой столик для пикника.