Крестовый поход (СИ)

Он вышел из отсека и, бегом промчавшись по бегущей дорожке, прыгнул в шахту лифта, ведущую в трюм.
Через полчаса я спустилась вниз, в небольшой кормовой ангар, где стояла абордажная полусферическая капсула. Возле неё выстроились Мангуст, Донцов, Оршанин и Хэйфэн. Они были в десантных «хамелеонах», снятые шлемы держали в руках. Оружие холодно и хищно поблескивало в свете прожекторов.
Мангуст вышел вперёд и официальным тоном доложил:
— Командор высшего класса, разведывательно-диверсионная группа в составе четырёх человек готова к выполнению задания. Командир группы капитан-лейтенант Бахар.
— Повторять суть задания не буду, — проговорила я, подходя ближе. — Она вам известна, и вы к его выполнению готовы. В целях безопасности с момента выхода капсулы с борта баркентины поддерживать связь не будем. Сигналом о выполнении задания для нас будет движение ворот ангара на «Сангриле». Мы тут же выдвигаемся вперёд и прикрываем ваш отход огнём, при необходимости — корпусом. Ваша задача после этого — отойти на безопасную дистанцию и уйти в скачок. Координаты рандеву вам известны. Ригорские поисковики о нашей операции оповещены и, в случае чего, готовы оказать помощь. Если на «Сангриле» что-то пойдёт не так, и возможности для отступления не будет, передаёте стандартный сигнал на синей волне. Капитан Вербицкий постоянно будет на приёме. В случае получения вашего сигнала, мы тут же вызываем крейсера инспекции и вступаем в бой. Вопросы есть?
Вопросов не было.
— Удачи, — произнесла я. — И да помогут нам Светлые Звёзды.
Мангуст скомандовал группе «по местам», и они поднялись на борт капсулы. Дверца люка закрылась, и капсула растаяла, будто её и не было. Белый Волк подошёл к щитку на стене ангара и нажал несколько кнопок. Пол в центре ангара раскололся на несколько сегментов, открывая круглый выход. Я смотрела туда, в чёрное окно космоса, где тускло поблескивали незнакомые звёзды.
— Они ушли, — сообщил Белый Волк, закрывая люк в полу.
— Поднимайтесь наверх и готовьте орудийные системы, — распорядилась я и вышла из ангара.
Поднявшись на мостик, я посмотрела на экраны. Мы двигались навстречу «Сангрилу». Именно он поблескивал своими странными готическими башнями на одном из верхних экранов.
— Сколько до него? — спросила я, подходя к центральному пульту.
— Около трех единиц, — ответил Дэн. — Минут двадцать ходу.
— Как они себя ведут?
— Дрейфуют, не проявляя особой активности.
— Прошу вас, командор, — обратилась я к Хоку и похлопала ладонью по спинке кресла перед центральным пультом. — Ваш клиент, вам и парадом командовать.
— Сколько у нас времени? — спросил он, садясь в кресло.
— Минут сорок, может, меньше. И запомни, поединок в данном случае — лишь повод для встречи.
— Я понял, — кивнул он.
Вскоре одна из мелких звёздочек на лобовом экране стала ярче, а потом начала увеличиваться в размерах, приобретая угловатые формы готического собора. Через какое-то время это сооружение уже можно было разглядеть вдалеке невооруженным глазом. А на экранах «Сангрил» предстал во всей красе, угловатый и изящный одновременно, он стоял среди звёзд, поблескивая золотистыми гранями своих башен. Зрелище было сюрреалистическое и вызывало одновременно восхищение и тревогу.
— Может, запросим связь? — предложил Вербицкий. — Или хотя бы передадим стандартные позывные. Как положено.
— Не будем торопиться, — покачал головой Хок. — Сейчас нужно играть по другим правилам. Останавливаемся и ложимся в дрейф на расстоянии примерно пол-лиги.
Баркентина замедлила ход и двинулась на инерционной скорости. Я внимательно смотрела на экраны, где на борту «Сангрила» поблескивали ворота интересующего нас ангара.
Неожиданно звездолёт противника медленно развернулся и лег горизонтально, направив на нас острые шпили своих башен. Зрелище было довольно устрашающим, особенно если учесть, что в этих шпилях мы опознали наконечники мощных излучателей.
— Они запрашивают связь, — доложил Вербицкий.
— Ворота ангара с этой позиции не видны, — проговорила я.
 
— Выпускаем зонд? — обернулся ко мне Дэн Кроу.
— Самый маленький, — кивнула я.
Вскоре на одном из экранов появилась новая картинка. Маленький зонд с камерой занял положение, из которого просматривались ворота.
— Давай связь, — кивнул Хок. — У него на экране должен быть только я. Никакой аппаратуры, никого больше. И сам молчи.
— Сделаем, — Вербицкий вернулся к своему пульту.
На одном из верхних экранов появилась картинка. Массивный мужчина с коротко остриженными волосами и бородкой, одетый в кольчугу и поблескивающий позолотой нагрудник, с белым плащом на плечах, восседал на каменном, выщербленном временем, но ещё сохранившем остатки резьбы каменном кресле. Он мрачно взирал на каждого из нас, и этот взгляд таил угрозу. Хотя видел он только Хока. А на Хока эта угроза, похоже, не производила должного впечатления. Удобно расположившись в кресле, он задумчиво рассматривал грозного рыцаря на экране.
Так они и смотрели друг на друга, не произнося ни слова, то ли пытаясь выяснить, насколько изменились за прошедшие века, то ли меряясь силой взгляда и выдержкой. Впрочем, нам эта игра в молчанку была на руку. Я посмотрела на часы. Если всё идет нормально, абордажная капсула была уже возле борта «Сангрила».
И в этот момент граф Клермон решил, наконец, нарушить молчание. Низким рокочущим голосом он произнёс:
— Я явился на твой зов, де Мариньи, и готов обсудить условия поединка.
Капсула приблизилась к звездолёту и развернулась плоскостью к борту. Донцов, сидевший за пультом управления, внимательно смотрел на экран, где в синеватой сетке высвечивались тонкие сплетения зелёных линий.
— Коммуникации расположены очень близко друг к другу, — проговорил он. — Можем встать только в одном месте. Фиксироваться придётся на нескольких крюках, сварку производить опасно.
— Стыки заморозим, выдержат, — произнёс Мангуст, глядя на экран. — Люк будем вырезать меньше и вот здесь, — он нарисовал пальцем квадрат.
— Понял, — кивнул Донцов.
Он аккуратно подвёл капсулу к обшивке звездолёта, и она мягко пристала к нему. Несколько крюков по периметру капсулы вошли в сверхпрочную обшивку, как в мягкое масло, надёжно зафиксировав полусферу на борту. Чуть заметный синеватый пар, хлынувший из сопел на контактной поверхности, мгновенно застыл кристаллами льда, не уступавшего по прочности металлу.
— Внимание, — скомандовал Донцов и нажал кнопку на пульте.
Его товарищи развернулись к стене и направили на неё стволы оружия. В стене появилась тонкая линия разрыва, которая стремительно понеслась, повторяя начерченный Мангустом на экране квадрат. Концы разрыва сошлись, и квадрат верхней частью опустился вовне, образуя короткий пандус, ведущий в темноту.
Мангуст опустил щиток шлема и увидел, как в темноте проступили бледные очертания стен и расположенных на них обшарпанных панелей. Он первым ступил на пандус и спрыгнул внутрь технического помещения. Обойдя его по периметру, он нашёл тяжелую металлическую дверь и дал знак остальным.
Оршанин и Хэйфэн присоединились к нему возле двери, а Донцов сразу же прошёл к стене, внимательно рассматривая знаки на панелях. Найдя нужную, он аккуратно приподнял её и увидел сложное переплетение проводников, в котором поблескивала мозаика микросхем и хрустально-поблескивающих кристаллов. Он достал из подсумка планшет, снял с боковой стороны два кристалла и пристроил их рядом с кристаллами на стене. На экране появилось изображение. Легко касаясь пальцами боковой клавиатуры, он подошёл к остальным.
 
Мангуст взглянул на планшет, кивнул и показал ему большой палец. На планшете появилось изображение ангара. Лайнер «Пьер Гартэн» стоял в центре зала, и, ко всему прочему, был развёрнут носовой частью к воротам, что существенно облегчало задачу. В зале было четверо охранников, выглядевших почти так же, как на полигоне баркентины, разве что вместо нагрудников у них были кольчуги, а вместо плащей — короткие накидки с восьмиконечным крестом. К тому же лучемёты у них были куда меньше, чем предполагалось.