Крестовый поход (СИ)

Донцов вернулся к стене и осторожно достал из схемы кристаллики, расположенные рядом с теми, которые он только что поставил. Дождавшись стабильной картинки на экране, он зафиксировал её и обернулся назад.
Мангуст поймал его взгляд и положил руку на плечо присевшему рядом с дверью Оршанину, тот кивнул, дав знак, что замок открыт. Распахнув дверь, Мангуст ворвался в ангар, за ним ринулись Оршанин и Хэйфэн. Они стремительно пронеслись по залу, стреляя из парализаторов в закованные в металл фигуры. Железный наряд охранников усилил действие импульсов, и они падали на пол, не успев издать ни звука.
Быстро обследовав зал, десантники заняли оборонительную позицию возле кормового люка, готовые прикрыть Донцова, который занимался запорным устройством.
Через несколько секунд оно поддалось, и легкий пандус опустился на пол. Взбежав по нему, десантники сразу же направились по заранее продуманным маршрутам: Донцов — в реакторный отсек, Хэйфэн — в трюм, Мангуст и Оршанин — на мостик. Донцов на ходу нажимал кнопки на наручи своего костюма. Пандус за их спинами поднялся, и он включил связь.
— Внимание, на лайнере тридцать два человека: тридцать один в трюме, третий слева отсек возле холодильных установок, похоже, что один из них — в коридоре возле дверей.
— Понял, — глухо отозвался Хэйфэн.
— Один на мостике.
— Плохо, — прокомментировал Мангуст. — Мог нас засечь.
Он замер возле входа в командный отсек и прислушался. Было тихо. Он опустил глаза на наруч и увидел слева на экране биолокатора огонёк. Подняв парализатор на уровень плеч, он кивнул Оршанину и рванулся вперёд.
Молодой рыцарь полулежал в кресле пилота, закрыв глаза. Мангуст уже спокойно подошёл к нему, сунул парализатор в кобуру и достал из укрепленного на перевязи футляра небольшой предмет, похожий на пистолет с тонкой трубкой вместо ствола. Нацелив трубку на шею юноше, он нажал на спусковой крючок. Тончайшая игла вонзилась в шею рыцаря. Он приподнял руку и тут же уронил её на подлокотник.
— Как у тебя, Ветер? — спросил Мангуст, снимая шлем.
— Порядок, охранника снял. Попытаюсь открыть замок.
— Только не шуми.
Мангуст положил шлем на край пульта и сел в кресло пилота. Окинув взглядом приборы, он положил пальцы на клавиатуру.
— Саша, как у тебя?
— Нормально, реакторы, двигатели и пульты в режиме консервации, через минуту готов запустить.
— Давай, — кивнул Мангуст, и его пальцы заплясали по клавишам.
Оршанин стоял рядом, наблюдая за его работой. Тем временем Мангуст запустил основные системы лайнера, постепенно подготавливая их к полёту. Топлива было достаточно, судя по показаниям приборов, никаких неполадок в ходовой части не наблюдалось.
— Я готов, — доложил Донцов.
— Прогревай, — проговорил Мангуст и нажал на красную кнопку слева. Он выжидающе смотрел на ворота ангара, но они оставались неподвижны.
— Чёрт, — пробормотал он и выдвинул сбоку дополнительную клавиатуру, на которой стремительно набирал комбинации, время от времени нажимая на красную кнопку. Но ворота ангара не открывались.
— Подожди, — проговорил Оршанин и отошёл назад.
— Да куда ты? — крикнул Мангуст, не отрываясь от работы. Раз за разом он пытался через бортовой компьютер подобрать код доступа к замыкающему устройству ворот, но всё было тщетно. — Время, время… — бормотал он, поглядывая на приборы и понимая, что только эти бронированные створки теперь удерживают лайнер в плену. Но если он не вырвется сейчас, то через несколько минут может быть поздно.
В клипсе наушника нудно загудел зуммер.
— Мангуст, тревога, — раздался голос Донцова. — Нас заметили. Нужно уходить!
— Знаю! — огрызнулся он и с досадой ударил кулаком по кнопке.
Створки плавно поплыли в стороны, открывая выход на свободу, в чёрную прохладу космоса, которая казалась такой желанной после душной западни ангара.
Мангуст выдвинул из пульта штурвал и скомандовал запуск маневровых двигателей. Лайнер легко приподнялся над полом и помчался вперёд, на ходу убирая опоры в днище.
Разговор Хока с Клермоном длился совсем не долго. Граф изволил выражать свою волю медленными тяжеловесными фразами, которые произносились тоном, не терпящим возражений. Он требовал, чтоб поединок происходил на «Сангриле» через час. Хок, естественно, не соглашался, справедливо сомневаясь в том, что поединок будет честным, и иные, присутствующие на «Сангриле» рыцари не вмешаются в его ход.
 
— Я даю слово рыцаря, что всё будет честно, — пообещал Клермон.
— Я поверю, если слово даст мне каждый из присутствующих там рыцарей, — тут же парировал Хок. — Жизнь научила меня тому, что любую клятву можно обойти, особенно если на ристалище вдруг появится кто-то третий. Твои рыцари могут дать клятву?
— А ты их тем временем посчитаешь? — усмехнулся Клермон. — А потом заявишь, что я показал тебе не всех.
— Ты сам признаёшь, что такая вероятность существует, — пожал плечами старпом. — Нам это сделать проще. Нас куда меньше, состав экипажа тебе известен. Они пообещают не вмешиваться и с победой отпустить тебя восвояси. Если ты согласишься биться на «Пилигриме».
— Это исключено! — оборвал тот. — Я не перешагну порог звездолёта Объединения!
— Тогда давай подыщем нейтральную территорию для поединка, — предложил Хок. — Найдём планету с подходящими условиями, спустимся на поверхность, только ты и я. Победитель вернётся к своим, а побеждённый останется там.
Маленькие холодные глазки Клермона подозрительно щурились, пока он обдумывал предложение.
— Ты знаешь подходящую планету поблизости?
— Ты заранее подозреваешь подвох с моей стороны, — усмехнулся Хок. — Так что выбор планеты — за тобой.
Граф всё так же подозрительно смотрел на него, а потом досадливо отмахнулся от кого-то. Я вскинула голову и посмотрела туда, где на экране поблескивали ворота ангара на «Сангриле». Именно в этот момент они начали разъезжаться в стороны.
Клермон резко дёрнулся, с яростью взглянул на Хока, и картинка на экране исчезла.
— Связь прервана, — доложил Вербицкий.
— Боевая тревога, — скомандовала я, опускаясь на освобождённое Хоком место, и выдвинула штурвал. — Машинное, маневровые двигатели к работе!
— Маневровые готовы! — отозвался Лин Эрлинг.
Я взялась за штурвал и рванула баркентину с места как раз в тот момент, когда «Пьер Гартэн» ласточкой выскользнул из ангара.
— Ура! — не слишком громко прокомментировал Вербицкий.
— Связь с группой! — приказала я, заметив, что «Сангрил» пришёл в движение, разворачиваясь в сторону лайнера.
— Звезда, я Искра! — раздался из динамиков голос Мангуста. — Всё в порядке, на борту тридцать человек пленных и два охранника. Уходим, как было запланировано.
— Как всё прошло? — спросила я, глядя, как мчится прочь лайнер. — Белый Волк, основные излучатели! Отсекай!
Мощные лучи из наших излучателей ударили как раз перед нацеленными на лайнер шпилями боевых башен «Сангрила», который довольно прытко устремился в погоню.
— Как по маслу, — спокойно ответил на мой вопрос Мангуст. — Без потерь с обеих сторон. Саша, движок на полную мощность! Увеличиваем скорость.
Я развернула баркентину и повела её следом за лайнером, постепенно догоняя его. Посмотрев на уровень защиты баркентины, я на всякий случай подняла мощность кормовых щитов.
— Прямое попадание, — сообщил Хок. — Очень мощное. Мангуст, что у тебя с защитой?
— Включена.
— Можешь поднять до пяти тысяч единиц?
— Не предусмотрено, — ответил он, — только тысяча и то, на небольшом ходу. Это ж лайнер, а не военный крейсер.
— Вижу, что лайнер, — пробормотала я, и повернула штурвал, перемещая баркентину так, чтоб она корпусом прикрыла пассажирский звездолёт от лучей, которыми поливал несущийся сзади «Сангрил». Ещё раз посмотрев на показатели уровня кормовых щитов, я решила, что они выдержат.
 
— Подготовка к запуску суперсветового реактора завершена, — раздался голос Донцова.