Простодушны и доверчивы (СИ)
— Зачем тебе мотоцикл? — усмехнулся дед. — Я тебе ишака куплю.
— Зачем? — удивилась внучка.
— Ты же любишь, как это у вас называется, есклюзив. А куда уж есклюзивней: ослица верхом на ишаке.
— Ха. Ха. Ха, — обиделась Ветка, но тут же принялась торговаться: — Полковник, вы мне должны за моральный ущерб. Три раза не буду дежурить дома.
— Принято, — легко согласился тот. — Сейчас, через минуту и через две: все три раза не дежуришь. Готовы? Начали.
Они вышли в реал между фасадом трёхэтажного роскошного коттеджа с высокими окнами и живой оградой из розовых кустов. Одно из окон на втором этаже приоткрыто — сразу же заметила Ольга. На территории никого, зато камер наверняка понатыкано с избытком.
— Полковник, я, конечно, допрыгну, — озадачилась она. — Но что скажут полицейские, когда будут крутить кино с камер наблюдения?
— Никаких прыжков, — отмёл он привычный способ проникновения. — Акробатический этюд «Фонарный столб». Ты ко мне на плечи, Ветка к тебе. И постарайтесь сделать вид, что карабкаетесь, а не подлетаете. Ветка, не попадись там. Нельзя, чтобы он раньше времени догадался, что мы на него вышли.
Ольга представила себе эту картину: три психа в православных нарядах и мусульманских хиджабах лезут в дом посредством живой пирамиды. Жаль, конечно, но в театре и цирке скоро переживут несколько неприятных допросов.
У Ветки всё получилось, и вскоре сестрёнка открыла им дверь.
— Там, — шепнула одними губами, ткнув пальцем на потолок. — Второй этаж. Завис в арке: ничего не слышит.
— В какой арке? — не понял дед.
— Компьютерная игра, — подсказала ему Ольга.
И первой начала подниматься по лестнице, настропалив лук. Добралась до холла второго этажа — из-за плеча вылез кончик самобоя, указав, в какой стороне объект. Шагу не успела сделать, как объект и сам решил выйти навстречу нежданным гостям. Распахнул дверь, и ему в нос уткнулась огненная стрела.
Миг, и он сообразил, кто перед ним. Смываться было поздно: блисковица многозначительно подмигнула ему прямо в глаз. А в грудь упёрлась сверкающая рогатина.
— Привет, Скипер, — беззаботно прочирикали из-под платка задорным юным голоском.
Кнут в руках чирикалки ожил, обвил его шею и вопросительно уставился кончиком на хозяйку.
— Приставники, — скривился Тимур, стараясь не делать резких движений. — Кто бы мог подумать, что вы так оборзеете. Только вылупились…
— Много болтаешь, — равнодушно заметил древний воин. — Просто ответь на вопрос: кто одержим твоим хозяином?
— У меня нет хозяина! — презрительно прошипел Скипер.
— Пусть так, — легко согласился полковник. — Задам вопрос иначе: кто одержим Маргощем?
Скипер ухмыльнулся с неизъяснимым превосходством. И вдруг тело Тимура выгнулось, сползло по стене и распласталось на полу. Этого зверя не удержало оружие целых трёх приставников.
— Ольга за ним, — приказал дед.
И они прыгнули в межмирье. Оберег привёл их к Сумерле. В какой-то степной сектор: куда не глянь, сплошной ковыль. И удиравший враг.
Когда Гата впервые упомянула о Си-Ги-Бе — звере, что подпитывает свою силу от земли — Ольга два часа шарила в интернете. Пыталась найти хоть какую-то путную информацию о мифологическом субчике с кличкой Скипер-Зверь. В принципе, везде одно и то же. Командир над чудовищами Нави. То дракон, то гигантский скорпион с человечьим лицом, то вообще монстр в медной шкуре с рогами и копытами — наверняка слепок с более позднего облика чёрта.
Озабочен одним: обратить весь мир во тьму — а чем ещё заниматься асоциальным элементам? Светлым богам он крупно проиграл и принялся мелко пакостить. Числилось за ним одно интересное преступление. Похитил он как-то трёх богинь: Живу, Лелю и Морену. Что примечательно, заколдовал пленниц, стерев им память — за эту сказку Ольга невольно зацепилась. Девицы под магическим гипнозом начали безобразничать, творя зло.
Но у них был братец Перун — известная личность, именем которого прикрывали повальное пролитие крови от современной Германии до Урал-Камня. Да и сам он покрошил немало разнообразных чудовищ. Отмутузил Перун Скипер-Зверя и освободил сестриц. Только вот Морена после этого уже по собственной инициативе примкнула к тёмным силам. И активно вредила своему роду Сварожичей.
Сказка, понятно, ложь — а кто бы спорил — однако на кое-какие мысли их с Веткой навела. Как-то же их предшественникам огонь в очаге потушили. А те были казачьего рода-племени: ребята боевые. К тому же, казаки во все времена отличались коммуникабельностью — наверняка заимели полезные знакомства и в промежмировье. Тем не менее, проиграли и сгинули.
Ответ, показался очевидным: предательство. И предал их кто-то из своих. Почему? А что там случилось со светлыми богинями? Гипноз?
— Вы когда-нибудь такое видели? — неслась, как угорелая, Ветка, на ходу умудряясь болтать.
— Нет, — коротко бросил богатырь-тяжеловес, стараясь не отставать от легконогих внучек.
— Похож на какое-то ископаемое, — мелькало в голове Ольги что-то смутно знакомое.
— Доберётся до своего идола, — азартно подпрыгивала на плече деда Сумерла, — нам его не одолеть! А ну-ка, девоньки, полетайте!
— Как? — изумилась Ветка.
Они, конечно же, знали, что приставникам покровительствую разные силы. Копейщику — земля. Хранителю первородного огня — он же и благоволил. А вот над кнутобоем с лучником шефствовал ветер.
— Вдохните душу в обереги! — раздражённо прокаркала Гата.
Ольга схватила оберег лучника, поднесла к губам и сильно дунула. В тот же миг её тело стало легче лёгкого. Первый же прыжок перенёс её впятеро дальше.
— Я супермен! — орала Ветка, уносясь вперёд со скоростью гоночной машины.
Они догнали и перегнали беглеца. Честно говоря, еле успели: действие заклятья быстро закончилось.
— А он здоровый, — неуверенно пробормотала Ветка, разворачивая самобой.
— Кажется, таких называют хтоническими чудовищами, — припомнила Ольга, разглядывая вставшее на дыбы чудовище.
— Не знаю, какая он хтонь, но срань полная, — приободрилась сестричка, вспомнив, что она воин света.
Готовых ассоциаций в голове не возникало. Ничего подобного в природе и фильмах о ней видеть не приходилось. Тело Скипер-Зверя по форме напоминало веретено и состояло из сегментов, откуда росли многосуставчатые ножульки, покрытый шипами. Безглазая абсолютно гладкая голова имела четыре длинных жирных отростка и пару длиннющих тонких усов-хлыстов.
В вертикальном положении эта дрянь — прикинула Ольга — выше их вчетверо. К тому же, Скипер-Зверь был каменным. Прямо ожившая скульптура под названием «Творец допился до чертей».
— Стрелки вы мои точёны, — уже профессионально уверенно завела она, — дву на десяте гран! Ветка! Постарайся ему усы выдрать! Перены вы, мои стрелки, пе́рьем сиза орла.
К её удивлению сестрёнка тоже забормотала речитативом:
— Кнут ты мой самобой, самохлёст, самоструй распались, раскались о́гнем-пламенем…
Какая же ты молодчинка — с гордостью оценила старшая сестра умничку младшую. Но секундный взлёт настроения мигнул и пропал. Даже заклятые стрелки не наносили Скиперу желаемого результата. Тот снова опустился на землю, но с прежней скоростью отчего-то рвануть не смог: то ли закончилось действие какого-то амулета-ускорителя, то ли это самое ускорение ему блокировала Гата.
Теперь каменное страшилище наползало на них со скоростью быстро идущего человека. Бух-бух-бух-бух — бухали его каменные ноги о землю. Прыг-прыг-прыг-скок — подпрыгивало сердце Ольги. Не от страха — от ежесекундного ожидания подвоха: сейчас усыпит их бдительность, а потом ка-ак рванёт!
Пришлось на каждой стреле прыгать назад. Досадуя, что он всё равно продвигается к цели. А деда никаким ветром не поднять и в полёт не запустить.
Блисковицы же оставляли на тупорылой башке чудища всего лишь тёмные пятнышки. Даже заговор лучника не помог усилить трудяжек для получения убойного результата. А, если истукан этого мерзавца уже совсем близко? Она доотступается до того, что сама же упрётся в него спиной.