Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

— Все никак не могу тебя раскусить.
— А меня не надо кусать. Во мне много липопротеинов низкой плотности.
— Чего?
— Холестерина много. Он вреден, особенно к сорока годам. Бляшки будут. Атеросклероз, инфаркт и так далее, — как ни в чем не бывало продолжает эта стерва, наконец открыв нижнюю полку.
Укладывает чемодан и как ни в чем не бывало разваливается на сиденье.
— Твоя полка верхняя, а не нижняя. Дуй туда.
— Кто сказал?
— Я.
— Вы что-то путаете, Даниил Леонидович, — встает с сиденья и тычет мне в лицо своим билетом. — Смотрите, напротив слово «место» указано нечетное число, а это значит?
— Что оно нечетное.
— Ага. А нечетные — это нижние полки. И места нужно занимать строго согласно билету. Даже проводница подтвердит. Хотите, можем ее спросить?
— Чебуречек ты мой холестериновый, ты перепутала наши роли. Я советую тебе по-хорошему одуматься и заткнуться. И да, убери волосы. Они меня раздражают.
Дожил, называется. Сбегаю из купе, как какой-то преступник. Ну это вообще никуда не годится. На хрена я тогда ее личной помощницей взял? Побрить на хрен налысо и дело с концом. Нет, пусть просто вернет свой бабкинский пучок.
Хватает меня на минут двадцать неотрывного осмотра «охренительных» пейзажей за окном. Возвращаюсь в купе и первое, что бросается в глаза так это, как малолетняя сучка трогает мою дорожную сумку. Резко дергаю Снежану за руку.
— Ты видимо не поняла с кем имеешь дело, да? Осознаешь, что я могу с тобой сделать за копание в моих вещах?
— Я в них не копалась. У вас на сумке божья коровка, я хотела загадать желание и выпустить ее.
— Да что ты говоришь?! Божья коровка? Совсем меня за дебила держишь?
— Не совсем, — разжимает кулак и демонстрирует мне… божью коровку. Может, у меня реально крыша поехала, но сейчас, несмотря на ее невинное личико и доброжелательную улыбку, я четко удавливаю в ее серо-голубых неприкрытую ненависть.
— Если у тебя зародились в голове плохие мыслишки, как навредить мне или моим близким, спешу тебя расстроить: сделаешь хоть что-то, я не только тебя в порошок сотру, но и твою подружку. И начну именно с нее. Ты прокололась, когда сказала зачем тебе деньги. Нет родственников, но есть подружка, подобравшая тебя с улицы, годящаяся тебе в матери. Слабое звено. Ты поняла меня, Снежана?
— А почему вы решили, что я хочу навредить вам и вашим близким?
— Может быть, потому что меня хочет урыть каждая вторая скотина и даже не совсем скотина? А может, просто интуиция.
— Я поняла вас. Но у меня нет цели вам навредить, — высвобождает свою руку из моего захвата и тут же открывает окно, выпуская насекомое.
— Расстели мне матрас и заправь постельное белье, — усаживаюсь на ее место и начинаю наблюдать.
Надо отдать ей должное. Несмотря на желание послать меня на три буквы, задания, несвязанные с одеждой, она выполняет на ура. Только сейчас понимаю, что волосы она не убрала, а заплела в косу. Видать заколка была единственная. И это жирный минус.
Терпеть не могу косы. Стойкая ассоциация с деревенскими бабами. Но этой стерве почему-то очень идет. Осознает ли она, что красива? Вряд ли. А сейчас, немного запыхавшаяся, с выбившейся прядью волос и розовыми щеками, выглядит она еще более аппетитно.
— Что-нибудь еще?
— Отдыхай.
Стоило ей примостить свою аппетитную задницу на сиденье, как она начала доставать из пакета еду. Уж подготовилась, так подготовилась. Пакет жареных в масле пирожков, пирог с вишней и банка перловой каши с тушенкой. Ан нет, не все. Контейнер с квашеной капустой и ряженка. Ну серьезно?
Совершенно не стесняясь, она открывает банку с перловкой и кладет на одноразовую тарелку кашу, запах которой заполняет все купе.
— Тебя ничего не смущает?
— Типа надо вам предложить? Ну вы сказали будете есть в ресторане. Мне не жалко. Ешьте, у меня еще есть одноразовые тарелки.
— Ради любопытства, а у тебя случайно к этому продуктовому набору нет консервированного горошка?
— Тоже любите? У меня есть, — секунда и на столе появляется большая банка. — Вам открыть?
 
— Нет. А черешня есть?
— Э-э-э… нет.
— Странно. По закону жанра, должна быть. Тебя реально ничего не смущает в этом наборе продуктов?
— Думаете, испортится?
— Нет, я думаю, к нам придет «Газпром» и грохнет тебя.
— В смысле?
— В прямом. У них появился серьезный конкурент в твоем лице. Даже они не производят столько газа, сколько сегодня познает это купе от тебя. Ты здесь, на минутку, не одна, деточка.
— Пф… скажете тоже. У меня все в порядке с ЖКТ. Так что «Газпрому» я не конкурент. Угощайтесь, — пододвигает банку с перловкой.
Хватает меня на пару минут. Смотреть на то, как она смачно ест мою любимую кашу, невозможно.
Выхожу из купе и сразу натыкаюсь на охранника.
— Пойдем, поедим. Составишь мне компанию.
— Не получится, Даниил Леонидович. Вагон-ресторан по техническим причинам закрыт. Только что ребята проверяли. Мы дошик у проводницы купили. Давайте организуем вам в купе? Или ждать первой длительной остановки.
Да и с радостью съел бы лапшу. Но козырять ею при «газпромщице» не солидно.
— У меня есть еда. Иди отдыхай.
Раз, два, три, четыре, пять, иду купе газом наполнять. Да, в конце концов, почему я должен вынюхивать ее амбре, не съевши сам? Обойдешься, деточка.
Возвращаюсь в купе, а эта мамзель как ни в чем не бывало наяривает перловку, закусывая капустой. Твою мать, еще и ряженкой запивает.
— Давай свою одноразовую тарелку.
Я, в отличие от «газпромщицы», ограничиваюсь пирожками, кашей и пирогом. Хотя, ограничиваюсь — с натяжкой. Не припомню, когда в последний раз так объедался. И то ли я слишком голоден, то ли действительно эта малолетняя ведьма вкусно готовит, но стоит ей только разложить себе спальное место, как я принимаюсь наяривать выпечку дальше.
Не так я себе представлял наш путь. Кто бы знал, что, наевшись, эта девчонка уснет крепким сном задолго до ночи. И разбудить хочется и волосы потрогать. Благо, я ограничиваюсь только желанием, а не воплощением, и тоже засыпаю.
Правда, в отличие от попутчицы, мне не удается долго и спокойно поспать. Мой кишечник плачет горькими слезами. И что самое удивительное, от Снежаны ни звука, ни амбре. Крепко спит, мирно посапывая. Однако, быстро проснется, если один из источников газа поделится им. Ну на хер.
Выхожу из купе и наконец выдыхаю. Иду к туалету, останавливаюсь в тамбуре перед ним и мысленно благодарю все силы за то, что не заел все ряженкой. Иначе куковать мне в сортире всю ночь.
И лучше бы куковал, чем увидел, шагающую в мою сторону заспанную Снежану. Только тебя мне не хватало. Изыди на хер! Хватаюсь за ручку двери тамбура, но девчонка резко тянет ее на себя.
— Здрасте, а вы тут что делаете?
— Жду освобождения сортира, непонятно?
— Понятно, — бубнит себе под нос и начинает принюхиваться.
— Отойди от меня.
— В смысле?
— В прямом. Ты нарушаешь мое личное пространство.
Видимо, уловив что-то подозрительное, Снежана морщит нос и принюхивается.
— Чуете? — ну все, пиздец тебе, девочка. Уволена. — Там никого нет, — радостно произносит Снежана и тут же хватается за ручку двери сортира. — Добро пожаловать, Даниил Леонидович.
Глава 12
Глава 12
Не припомню, когда в последний раз так сладко спала две ночи подряд. Несмотря на то, что первой ночью мой попутчик сменился на грозного с виду дядьку, который оказался охранником Кротова, ночь получилась восхитительна. Может, от того, что мне снилась семья, когда все еще было хорошо и самой большой проблемой были споры с сестрой о том, что выбрать: мороженое «Ятис» или кассету Булановой.
А может, хорошо стало еще и от осознания, что Кротов мучается. Так тебе, гад, и надо. Надеюсь, всю ночь не спал и следил за своим разбушевавшимся кишечником перед охранниками. Его лицо, при виде меня в тамбуре, я запомню надолго. Хохот от воспоминаний так и рвется наружу, что я, собственно, и не скрываю от его охранника. На деле Владислав оказался душкой. «Шкаф» под сто, а то и больше килограмм, грозный только с виду. Скорее он напоминает большого и доброго плюшевого мишку.