Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

Он не раздумывая берет предлагаемую мной еду и завтракает, развлекая меня анекдотами. Вот странное дело, незнакомые мужики, одного из которого я ненавижу, а вырубилась я и с первым, и со вторым через пару минут. Крайне глупо и необдуманно, нельзя так делать. Но, с другой стороны, я для них точно не сексуальный объект. Не стали бы они со мной ничего делать против моей воли. Наверное.
Мне даже полезно побыть в мужском обществе. Вдруг когда-нибудь и я смогу стать нормальной. Может, все так сложилось не для того, чтобы я как-то напакостила Кротову и получила неприлично большие деньги, а для чего-нибудь масштабного.
Сейчас я жалею, что не прочитала контракт, да еще и не взяла его с собой. Очередное опрометчивое решение. Я ведь даже не знаю, есть ли у меня выходные. А они мне нужны. Теперь, когда я знаю, что мы будем у моря, недалеко от места, где я отдыхала с родителями, я просто обязана выбраться к воде. Что может быть лучше моря, когда на улице еще тепло?
Ладно, сейчас важно другое. Чтобы получить немного свободного времени и насладиться морем, мне нужно не злить Кротова и выполнять его условия. В конце концов, в море я буду купаться не в парандже, от меня не убудет надеть платье и туфли. И даже волосы завью и тушью накрашу глаза.
Осталось только вымыть волосы, которые, увы, за почти двое суток в поезде далеки от свежести. И вот тут проблема: одна с этой задачей в туалете я не справлюсь. И делать это надо сейчас, чтобы все высохло, и я успела привести себя в порядок к встрече. От чего-то я уверена, что «шкаф» мне поможет.
После минуты уговоров, он все же соглашается поливать мне голову водой из бутылки.
— И все-таки, мне кажется это не лучшей идеей. Не поместимся мы там вместе.
— Поместимся. Я над толчком встану, а вы как-нибудь приноровитесь. Может, дверь не закрывать, чтобы ваша филейная часть поместилась?
— Думаю, людям лучше не видеть, чем мы заняты. Туалет не для мытья головы.
Ой, знал бы ты где и как я мыла свои волосы, не говорил бы так. Контакт с мужиком на полтора метра помещения — это для меня прям мощно. Единственное чего я сейчас боюсь, это не того, что на меня случайно упадет мой помощник или коснется меня, а того, что мои волосы окажутся в сортире. М-да, затея все же так себе. Мобильник Владислава начинает звенеть ровно тогда, когда он мочит мне голову. Не бери. Пятой точкой чувствую, козел звонит.
— Слушаю, Даниил Леонидович.
— Ты где? — несмотря на шум поезда, я отчетливо слышу раздраженный голос Кротова.
— Ай, аккуратнее, — вскрикиваю, когда вода попадает на шею. — Не плюхай так на меня.
— Через пять минут освобожусь. Я в туале…
Владислав не успевает договорить, в дверь так громко бьют, по всей видимости, ногой, что мы оба замираем от страха.
— Вы охренели там в конец?! А ну вышли оттуда нахер, иначе спущу с голой жопой с поезда обоих. Суки.
Не злить Кротова и следовать максимально его инструкциям уже не получится. Владислав открывает дверь и тут же принимается извиняться.
— Это не то, что вы подумали, Даниил Леонидович, — и только, когда я встречаюсь взглядом с Кротовым, до меня доходит. Он думал, что мы тут… ну и придурок. — Я ей голову поливаю, чтобы она вымыла ее. Вот шампунь. Еще не успели намылить, — Владислав выходит из сортира, я же стою как дура со стекающей водой с волос. Отжимаю их и перекидываю на бок. Помывка головы отменяется, судя по внешнему виду резинового изделия номер два. Да что не так-то?
— Нет, ну ладно эта сопля без мозгов в двадцать лет.
— Почти двадцать два, — тут же встреваю я, вытирая полотенцем волосы.
— Заткнись, — тут же грубо бросает Кротов. — Но ты-то куда, взрослая детина?
— Ну она попросила полить. От меня не убудет.
— А то, что в поезде есть платный душ, вам в голову не пришло?
— Он не работает, я у проводницы спросила, — нет, ну а что, надо выходить из положения. — Вы сами дали мне задачу — выглядеть хорошо. Я пыталась следовать вашей инструкции, так как по приезду у нас не будет времени на приведения себя в порядок. Как я должна была выкручиваться?
 
— Иди в купе. Живо, — сквозь зубы цедит Кротов.
Я надеялась, что в купе буду и дальше одна, на крайняк с Владиславом, но было бы странно, если бы и второе утро подряд и дальше было бы райским. В купе Кротов возвращается один. Только сейчас понимаю, что на нем другая одежда. Легкий белый джемпер и джинсы. Одежда, мягко говоря, не подходит для деловых встреч.
— У тебя будет достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. Встреча переносится завтра на час дня. Мы остановимся в отеле, в котором будет проходить встреча. Держи, — подает мне лист бумаги. — В отличие от контракта, это придется читать и выполнять. Первое и последнее предупреждение: если еще раз я увижу или узнаю, что ты пользуешься своей смазливой мордашкой, дабы получить расположение любого из моих людей, вылетишь пинком под жопу. Если увижу, что с мудилой флиртуешь…
— Дважды пинок под сраку. Я помню, что я должна занять тупую прошмандовку обычными бабскими разговорами, и немного обратить на себя внимание мудилы. Но тут у нас получается неувязочка.
— Какая же?
— Платье, которое вы мне дали. Оно с разрезом. И если чисто теоретически предположить, что на меня обратит внимание этот мужчина, не примите ли вы это за флирт с моей стороны?
— Что такое разрез, ты увидишь на прошмандовке.
Мне хочется спросить его о выходных и не только, но Кротов ясно дает понять, что наш разговор закончен, когда кидает в меня своей кофтой.
— У моих людей хронический недотрах, не надо щеголять перед ними в мокрой майке, — придурок. На мне лифчик и точно ничего не просвечивается. — Вопросы есть?
— Да. А у вас нет с собой нашего контракта?
— Нет. Почитать захотела?
— Не особо. Но хотелось бы узнать, есть ли у меня выходной.
— Беляшик мой холестериновый, ты что уже переработала? — язвительно бросает Кротов. Это я настолько жирная в его глазах? Мудак. Это уж явный перебор.
— Нет. Но мы будем возле моря, и я бы хотела… купаться, когда есть возможность.
— У тебя будет один выходной раз в десять дней. Но не здесь, а в Питере. Если будешь себя хорошо вести, когда мы приедем на наш объект, в свободное время, с моего разрешения, сможешь отлучаться и устраивать заплывы.
— А рабочий день с девяти?
— Он у тебя двадцатичетырехчасовой.
— Шикарно.
— А то.
* * *
Мы приезжаем в отель к трем часам дня. При виде сего роскошества мне хочется пищать от восторга. Пока нам готовят комнаты, я, стараясь не выдавать себя с головой, аккуратно прохожу на улицу через главный холл, мраморный пол которого блестит так, что мне страшно по нему ступать, дабы не сделать никакой царапины.
Я такое видела только по телеку, да и то заграницей. Небывалых красот сад, бассейны, окруженные лежаками. Сейчас бы так и плюхнулась в бассейн.
— Впервые вижу на твоем лице искреннюю улыбку. Тебе здесь нравится? — а без вопроса непонятно, болван?
— Нравится.
— У меня будет в разы лучше. Мой отель, — поясняет, протягивая мне какую-то карточку. — Наши номера готовы.
— Хорошо. А ключи когда дадут?
— Не дадут. Карта это и есть ключ. Пойдем, покажу, как пользоваться.
Кто из нас помощница? М-да, забавно. А вообще я не обязана это знать. Хотя, чего я туплю? В кино эту карту вставляли в штуку в двери.
На удивление, Кротов не издевается, молча поднимается со мной на второй этаж и вставляет эту хреновину в дырку. Не пищать! Мать моя женщина, не пищать! О-ля-ля… какая кровать. Какое пространство! Это точно Россия?! Сколько же сюда вложено бабла?! И он собирается что-то сделать лучше? Серьезно?
— Скоро здесь все окончательно устареет, не говоря про качество. Картинка симпатичная только с виду. Плюс не самая выгодная локация. Море здесь уже засрано, потому что кругом отели. Впрочем, для девчачьего мозга это лишняя информация. Я свяжусь с тобой, когда понадобишься.