Изнанка (СИ)

— Нас расселят по семьям, представляешь, — Стивен возбужденно махнул рукой, они сидели на расстеленных прямо на зеленой траве матрасах и жевали вкусный хлеб.
— Расселят, ага, в качестве личных рабов, и будешь каждый вечер хозяину жопу начисто вылизывать, — ответил Рихард и вспомнил одного из далленских полицейских, черноволосого и очень бледного, неуловимо похожего на демона с картины, которая у бабушки в спальне висела. Он видел этого далленца сегодня дважды, и еще один раз померещилось.
  
— Ну тебя с твоими шутками, — обиделся Стивен. Не знал, что на Альвейме так и было до освобождения.
— А еще медосмотр будет, — Рихард кивнул в сторону будки с красным крестом. — Вот заглянет доктор тебе в задницу…
— …Прекрати!
— Ладно, прости, — он притянул Стивена к себе за плечи, и тот прильнул почти привычно, как и всегда, когда вспоминал свое пребывание в цирке, поразительный все же эффект.
Их позвали на медосмотр, и Рихард держал Стивена за руку все время, пока не подошла его очередь заходить в кабинет. И его демон был там, со значком на рукаве и в гражданском, Рихард стоял и как придурок рассматривал его плотно сжатый рот, такой ведь ничем не разожмешь, только если ножом попробовать. Нельзя ножом, оборвал он самого себя и уставился на молодую невзрачную докторшу, чтобы отвлечься.
— Все в порядке, — сказала чуть позже доктор Лена, — вылезай из диагноста и одевайся. Можешь подождать здесь Эрчера, мы скоро закончим.
— Да, сразу поедем ко мне, — подтвердил тот.
— Спасибо, сэр, — Рихард тогда уже решил, что обязательно его выебет, внутри все дрожало от радости и вот-вот грозило обернуться неконтролируемым стояком.
На Хасефее можно было договориться и трахнуть кого-нибудь за деньги, ужасный порок вовсю процветал, и Рихард ему предавался с небывалым рвением. В инструкциях не было запрета на секс с продажными мужчинами, нельзя было лишь заводить постоянные половые связи. И он каждый раз снимал кого-то нового, каждый день до освобождения этого развратного мирка, а потом опять воздержание. Не стоило пятнать образ альвеймского офицера, Комитет такое активно не одобрял.
Он тихо сидел за ширмой, пока Лена и Эрчер принимали еще троих хасефейцев, слушал одни и те же вопросы и ответы и с трудом сдерживался, так хотелось набить лживые морды клеветникам. Альвинги по рассказам беженцев походили на безмозглых зверей, а далленцы верили всему этому.
— На сегодня все, — наконец услышал Рихард. — Пошли.
Он выскочил за Эрчером на улицу, уже стемнело, и звезды на Далленском небе были огромные и розоватые. Рихард пялился на своего куратора, в основном на задницу, конечно, тот двигался легко и уверенно несмотря на усталость и какую-то внутреннюю печаль.
— Ты есть хочешь?
— Да, — ответил Рихард, жрать хотелось сильно.
Они ехали по такой ровной и хорошо освещенной дороге, тут и там среди деревьев мелькали крыши невысоких домиков. Огромных зданий, как на Хасефее, тут не было, Даллена вообще походила на поселок, который соорудили для съемок фильма о светлом будущем, до того все было новеньким и чистым.
— Заедем… — Эрчер покосился на его робу, — … нет, дома поедим.
В животе у Рихарда заурчало, до чего же было прекрасно мчаться по ночной трассе, ветер в лицо, влажные возбуждающие запахи… Точно, как отпуск. Рихард все старался угадать, в каком из домов живет Эрчер, но ничего не вышло, они совершенно внезапно свернули куда-то вглубь зарослей и подъехали по шуршащей дорожке к двухэтажному коттеджу.
— Выбирай сам, разогревай и ешь, не стесняйся. Ванная наверху, твоя комната сразу за ней, — Эрчер привел его на кухню, а сам пошел на второй этаж.
— А вы будете что-нибудь, сэр, — крикнул Рихард ему вслед, но ответа не дождался.
Пришлось ужинать в одиночестве, он не сразу нашел холодильник, замаскированный зачем-то под обычный шкаф. Зато внутри обнаружилось много вкусного, и Рихард с удовольствием объелся. И такая его благодать охватила, вокруг стояла кристальная тишина, прямо как перед расстрелом, ни гула вентиляторов, ни стрекотания насекомых.
На втором этаже было совсем темно, только тонкая полоска света пробивалась из-под одной двери. Наверное, Эрчер тоже не спит, решил Рихард и толкнул дверь в сторону. Та отъехала почти бесшумно, он вошел в ванную комнату и замер. В круглой светло-зеленой чаше спал Эрчер, откинув голову на бортик, такой беззащитный с этими своими прилипшими ко лбу волосами. Рихард сглотнул.
— Сэр, вам надо в постель.
Эрчер не пошевелился.
И тогда он подошел и прикоснулся к его плечу, погладил грудь и сжал по очереди маленькие темные соски, невольно потянулся к завиткам волос под водой и погладил лежащий член. Без одежды Эрчер выглядел гораздо моложе, чем показалось днем, лет на тридцать всего.
Нельзя так, напомнил себе Рихард и убрал руку, но не оставлять же его здесь, еще утонет. Он опять потянулся руками и все гладил и гладил Эрчера под водой вместо того, чтобы просто разбудить или вытащить. Собственный член давно упирался в штаны, аж влажное пятно проступило на ткани, и пришлось прижаться к ванне снаружи, иначе совсем невыносимо было.
— Пошли спать, — прошептал Рихард и попробовал достать Эрчера из воды, но тот внезапно распахнул глаза и возмутился:
— Что ты здесь делаешь?!
— Ты уснул в ванне.
Рихард поставил его на ноги и прижал к себе, чтобы унести в постель, и по телу прошли странные судороги. А потом Эрчер сильно схватил его за волосы, отталкивая и прижимаясь еще больше, и это спровоцировало болезненный какой-то оргазм, как во сне.
Эрчер Веллинг
Эрчер наконец оттолкнул вцепившегося в него мальчишку. Тот оказался неожиданно сильным, или это Эрчер ослаб со сна. Точнее, от бессонницы, вторые сутки на ногах с этими беженцами. Он, тяжело дыша, прислонился к стене и взглянул на Рика. Одежда у того была в темных пятнах от воды и еще наверно…
— Ты обкончался, — сказал Эрчер.
Рик опустил глаза и слегка порозовел:
— Прости.
— Я… не сержусь, — немного растерянно ответил Эрчер и потянулся за полотенцем. Было неловко ощущать себя голым, а халата у него не было.
Конечно, он должен был бы разозлиться на нахального типа, забравшегося к нему в ванную и так бесцеремонно облапавшему. Но ведь тот позаботиться хотел, вытащить. И правильно, страшно представить, каким разбитым проснулся бы Эрчер после ночи в чертовой усыпляющей лоханке.
— Правда не сердишься? — улыбнулся Рик и вдруг сделал нечто, совершенно выбившее Эрчера из колеи: присел на корточки и лизнул ему член. Эрчер отшатнулся, ударившись бедром о край ванны.
— Ты что творишь, перестань!
— Тебе не нравится? — в голосе Рика слышалось искреннее огорчение.
Эрчер прикрыл ладонью пах, чтоб тот не вздумал еще лизаться. Что там рассылали доктора в своих инфолистках о последствиях изнасилований? В голове все путалось.
— Успокойся, Рик. Тебе вовсе не надо… так.
— Но я хочу, — упрямо сказал тот и улыбнулся, глядя на него снизу вверх.
Улыбка у него была ясная и открытая, глаза словно бы смеялись, а несколько светлых прядей упали на лоб. Он был красивым и юным и совсем не похож на травмированного, и Эрчер подумал, что зря он взял такого взрослого парня. Ведь будь на его месте один из тех запуганных подростков, то можно было бы просто отправить его в спальню, шлепнув по заднице для острастки.
  
Но Рик был взрослым и знал, чего хотел. Наверно, он хотел забыться после плена у альвеймских выродков и кошмарного перелета. Эрчер вдруг вспомнил о трюме.