Навечно (ЛП)

― Конечно. ― Она заслуживала уважения, и у меня защемило сердце от мысли, что мало кто проявлял его к ней.
― Если бы некоторые знали… ― Ее взгляд устремился куда-то вдаль, и я подумала, не беспокоится ли она об одном конкретном мужчине.
И снова я промолчала. Все и так было непросто. Если бы ей нужно было поговорить о своих чувствах, я бы выслушала. Но я не стану лезть не в свое дело.
  
― Хочешь надеть сейчас? ― Она указала на мою маску.
Я на секунду уставилась на нее, и мой желудок скрутило так, что это не имело никакого отношения к токсикозу.
― Думаю, если я собираюсь встретиться со своим истинным «я», мне лучше сделать это наедине.
А затем потратить минуту, чтобы переварить то, что увижу.
― Должна ли я…?
― Нет. Останься. ― В одиночестве мне может не хватить смелости.
Пальцы дрожали, когда я взяла маску и поднесла ее к лицу. Магия окутала меня, ее нити образовали сверкающий кокон. Тепло залило мою кожу, пока заклинание творило свои чары. Но тут меня охватила паника, когда дым наполнил мне ноздри, обдав горло своей едкостью, а на языке появился привкус пепла и серы. Что-то горело. Нет. Не что-то. Я. Я была охвачена огнем. Я горела. Магия лизала мое тело живым пламенем, и я извивалась в его объятиях, пока Аурелия выкрикивала мое имя.
Сейчас было не время паниковать. Мне нужно было подумать, а это было трудно сделать, когда ты сгораешь заживо. Закрыв глаза, я прислушалась, пока не услышала. Плавные ноты лились в уши, успокаивая меня, несмотря на охватившее меня магическое инферно, и, глубоко вздохнув, я поддалась ее течению ― отдалась музыке и доверилась ей.
Последние ноты зазвенели в темноте, как колокольчики, чистые и яркие, и, открыв глаза, я увидела, что Аурелия потрясенно смотрит на меня.
ГЛАВА 52
Джулиан
Карнавал начался задолго до полуночи и, несомненно, продлится до рассвета. К тому времени, как мы вышли во внутренний двор, большинство гостей уже прибыли и надели свои маски. Ночь была наполнена круговоротом существ ― мифических и земных. В воздухе висели шары света, освещая тьму внизу, а ветер разносил по воздуху соленый запах лагун, смешиваясь с густым ароматом придворных роз. Обнаженные официантки, покрытые золотой пудрой, предлагали канапе, коктейли и даже свои тела, судя по следам укусов на нескольких из них. Над головой висело кольцо, на котором мужчина и женщина сплетали свои тела в единое целое способами, говорившими о том, что вечерний разврат только начинается.
Но настоящим развлечением стали сами гости. В душе каждый из них оставался вампиром или фамильяром, но сегодня вечером они превратились в существ одновременно элегантных и первобытных, диких и прекрасных. Под своими масками и магическими обличьями они могли делать все, что им заблагорассудится.
― Это может быть интересно, ― пробормотал Лисандр, когда мы проходили мимо группы, облаченной в плащи из пуха, их маски и одежда которых были чисты, как свежевыпавший снег.
Мне было интересно, из какой семьи они происходят, что остаются такими невинными среди тварей, заполонивших карнавал. Мы обменялись взглядами.
― Агнцы на заклание, похоже. Может, тебе стоит…
Мой брат зарычал, и я сдержал улыбку. Его меховой плащ переливался в лунном свете, он двигался как хищник, которого скрывала маска. Маска исказила его черты, превратив в зверя, темные волосы стали буйными, в них прибавилось серебра.
― Тебе идет. ― Образ подходил его широким плечам и воинственному телосложению, его способности перемещаться между нашей семьей ― нашей стаей ― и его тихой жизнью, охотясь в руинах.
― Я похож на чертова оборотня, ― пробурчал он.
Я ничего не сказал, не осмелился, потому что это трудно было назвать неправдой.
― Ты кого-нибудь видишь? ― Лисандр осматривал толпу в поисках нашей семьи. Все уже должны были быть здесь. Только Бенедикт остался в Лондоне, налаживая отношения с другими магическими фракциями на случай, если нам понадобятся союзники.
Но я искал только одно существо. Тея еще не вошла. Я бы узнал ее, как только увидел. Я старался не думать о том, что она увидит во мне. О том, что открыла маска.
Я не осмелился взглянуть в зеркало на свою метаморфозу, даже когда заметил кожаную одежду, которая облегала меня, словно грубая чешуя, и бархата, накинутого на плечи, который развевался, как шелковые крылья. Я был воплощением тьмы. Я был зверем, который скрывался под моей плотью. Смертью. Отмщением. Возрожденным всеми забытым принцем подземного мира.
― Кажется, это Себастьян и Торен. Что, черт возьми, на них надето? ― Лисандр нахмурился, и я проследил за его взглядом, чтобы увидеть своих братьев. Оба были одеты в обычные парчовые плащи, на глаза надвинуты позолоченные маски.
― Хэллоуин наступил рано, да? ― Себастьян подошел к нам, Торен ― следом за ним.
― На тебе нет маски. ― Лисандр обвиняюще ткнул пальцем в свою собственную. ― Как, черт возьми, ты избежал этого?
Себастьян пожал плечами, его самодовольная улыбка была полностью скрыта под обычной венецианской карнавальной маской.
― Торен ― мастер переговоров.
― Как? ― Лисандр скрипнул зубами, глядя на Торена в ожидании ответа.
― Я напомнил, что было бы неплохо, если бы некоторые из нас сохранили голову этим вечером, ― произнес Торен спокойным голосом, в котором не было ни капли насмешливости, присущей Себастьяну, хотя его губы подрагивали. Он оглядел Лисандра.
― Мы не можем все вести себя как волки.
― Вы не могли договориться от нашего имени? ― Лисандр закрыл глаза под маской волка. ― Ублюдки.
Я нахмурился.
― А как же я? Если кому и нужно держать себя в руках, так это тому, у кого беременная пара.
― Вы оба участвуете в Обряде, ― сказал Себастьян. ― У вас нет выбора.
― А почему ты нет? ― Лисандр скрестил руки на груди.
― Ты действительно вжился в роль, да? ― Себастьян пожал плечами. ― Мать, похоже, интересовало только твое участие. Она сказала, что раз Джулиан уже занят, то ты должен…
Лисандр зарычал, пожалуй, слишком убедительно.
― Ты следующий на очереди.
― Похоже, она решила, что теперь твоя очередь. ― Он подмигнул ему.
Я думал, что Лисандр действительно оторвет ему голову, но он направил свою тихую ярость на Торена.
― А ты?
Над его маской выгнулась бровь.
― Я вежливо попросил.
Я сдерживал смех, пока Лисандр метал проклятия в них обоих.
― Остынь. ― Себастьян засунул руки в карманы. ― Я уверен, что Аурелия будет здесь. Может, она наденет красный капюшон и будет искать большого, плохого…
Лисандр оскалился, и дикое рычание оборвало нашего брата на полуслове.
― Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Себастьян фыркнул.
― У меня есть глаза, брат. Большие.
― Себ. ― В голосе Торена звучало предостережение. ― Мы должны следить за ситуацией.
Себастьян помрачнел.
― Ты серьезно?
― Если будешь хорошо себя вести, я разрешу тебе посмотреть на кровавую оргию в бальном зале. ― Торен схватил нашего брата за плечо и подтолкнул его вперед, кивнув в знак извинения, прежде чем они оба исчезли в толпе.
Мы смотрели, как они уходят, а Лисандр бормотал себе под нос что-то о справедливости и долге.
― Теперь ты знаешь, что я чувствовала в октябре, ― сказала я ему.
― По крайней мере, у тебя появилась пара. ― Толпа расступалась перед нами, сопровождая перешептываниями. Не то чтобы кто-то из них знал, кто мы под этими масками, но они сделали свое дело. Впереди группа женщин в греческих платьях и практически одинаковых масках осматривали толпу в поисках добычи. Женщина в центре повернулась к своим сестрам и что-то прошептала им на ухо. Все трое с любопытством посмотрели в нашу сторону.
  
Одна из них шагнула вперед, с интересом разглядывая нас.
― Волк, ― промурлыкала она, положив руку ему на грудь, ― ты когда-нибудь трахал богиню? Как насчет трех? ― Когда он не ответил, она перевела взгляд на меня. ― Твой друг-дракон тоже может присоединиться.