Навечно (ЛП)

― Ты сказала, что не можешь надеть ничего из этого. Магия услышала и откликнулась, ― сказала она, перебирая пальцами вешалки.
― Ну, она пропустила часть, где я говорила о паре джинсов, ― сказала я категорично.
― Это делается для того, в чем ты нуждаешься, а не для того, чего ты хочешь. ― Она сняла с вешалки платье.
― Что это значит?
Аурелия повернулась ко мне, прищурив глаза.
  
― Пара джинсов не поможет тебе при дворе. Они будут следить за каждым твоим движением.
― Даже за тем, что я надеваю?
― Особенно за тем, что ты надеваешь. ― Когда Аурелия подняла платье, оно, казалось, вобрало в себя свет из комнаты и поглотило его, как черная дыра, за исключением вспышек звезд и солнечных лучей, вышитых серебряной нитью. Такое же бездонное и таинственное, как сам небесный трон. ― Ты могущественная королева. Одевайся соответственно.
Я глубоко вздохнула.
― К этому нужно привыкнуть.
― Я буду рядом, если тебе что-то понадобится. ― Обещание прозвучало скорее, как слова друга, чем телохранителя.
― Я переоденусь. ― Я отнесла платье в ванную и повесила его на крючок у двери. Сняв неподходящую одежду для верховой езды, я стянула его с вешалки и осторожно надела.
Оно было легким, несмотря на красивую бархатную драпировку, и облегало меня, как вторая кожа. Прозрачные рукава обхватывали мои запястья, покрывая руки с такой нежной мягкостью, что казалось, будто меня целует воздух. Даже лиф, облегающий мои изгибы, не стеснял движений. Я легко потянула молнию вверх и сделала неуверенный шаг. Пышная юбка развевалась вокруг меня.
― Это самая удобная вещь, которую я когда-либо надевала, ― объявила я, выходя из ванной. ― Такое ощущение, что на мне пижама.
― Тебе было необходимо удобство. ― Аурелия улыбнулась. ― Магия знала это.
― Теперь магия может выбирать всю мою одежду.
Она рассмеялась, протягивая пару бархатных туфель.
― Если только ты не хочешь надеть каблуки?
Я покачала головой и взяла их. Я хотела ощущать землю род ногами. Я хотела иметь возможность чувствовать ее. Хотя бы для того, чтобы помнить, что все это реально.
― Спасибо, ― сказал я. ― За все.
Она нахмурила брови, словно мои слова были для нее странными, и она не знала, как реагировать. Наконец она просто ответила:
― Не за что. ― Наступила пауза, прежде чем она мягко спросила: ― Ты готова?
― Полагаю, мне не нужно дождаться Джулиана. ― Я не знала, сколько еще его не будет, и было ясно, что Аурелия считает, что я должна идти. Но была ли я действительно готова столкнуться с этим без него? ― Давай я оставлю ему записку.
― Он очень заботливый? ― Каждое слово было тщательно подобрано.
― Он моя пара. ― Я пожала плечами и стала рыться в ближайшем столе, пока не нашла ручку и бумагу. Я быстро набросала сообщение для него. ― Он хочет защитить меня.
― Это обязанность твоей пары? ― спросила она, провожая меня к двери.
― Иногда. ― Я помедлила, одновременно готовясь покинуть безопасность своих комнат и ответить ей. ― К чему ты клонишь?
― Интересно, будет ли сыну Сабины Руссо тяжело наблюдать за тем, как его пара приходит к власти?
Если она знала Сабину, я могла понять ее беспокойство. Но я его не разделяла.
― Этого не будет, ― сказала я категорично. ― Мы равны.
― Королевам нет равных, ― поправила она меня.
Но меня это не устраивало, потому что я не хотела, чтобы Джулиан был ниже меня. Я хотела, чтобы он был рядом со мной.
― У меня есть. Это проблема?
― Другие королевы не разделят этого мнения, ― предупредила она. ― У них были любовники. ― Я вздрогнула от ее слов, вспомнив, что Джулиан рассказывал мне о своих отношениях с Гвинервой. Я выкинула это из головы, когда она продолжила: ― Но они никогда не выходили замуж. Никогда не спаривались. Никогда не позволяли себе испытывать эмоции к тем, с кем спали. Они всегда держали твердую границу в отношениях, опасаясь, что мужчина потребует стать королем.
― И посмотри, к чему это привело. ― Я пожала плечами. ― Слушай, если они захотят вернуть корону, я уеду с Джулианом. Без него мне все это неинтересно.
Она мгновение изучала меня, а потом рассмеялась.
― Что? ― спросила я подозрительно.
Но Аурелия лишь улыбнулась.
― Пообещай сказать им это в моем присутствии.
― Им это не понравится, да? ― предположила я.
Ее улыбка стала шире.
― Я очень хочу увидеть их лица.
― Кстати говоря… ― Я посмотрела на маску, которую она держала в руке. ― Тебе обязательно ее носить? Это помогает с твоими способностями?
Потому что от Аурелии исходила магия. По ощущениям она отличалась от любой другой магии, с которой я сталкивалась раньше, но, возможно, мне просто нужно было привыкнуть.
Ее плечи слегка напряглись под плащом.
― Это старый обычай. Большинство придворных носили маски. Le Vergine ― орден, к которому я принадлежу, ― всегда носили их. Иногда королевы и другие придворные до сих пор носят маски.
― Но ты носишь ее все время, потому что…
Она посмотрела мне прямо в глаза.
― Le Regine предпочитают, чтобы я скрывала свой шрам.
― Неужели? ― Во мне вспыхнул гнев. Я смутно припоминала, как надевала подобную маску на вечеринку, чтобы скрыть свою личность. Это было не только неудобно. Это было оскорбительно. Но было что-то еще, я знала это. Еще одна причина, по которой она пряталась за этой маской. ― Ты хочешь ее носить?
Она мгновение молчала, а затем покачала головой.
― Тогда я хочу, чтобы ты делала то, что тебе удобно.
― Принято к сведению. ― Аурелия склонила голову, выражая благодарность. Она некоторое время рассматривала маску, а затем сунула ее в карман плаща.
Я надеялась, что больше никогда ее не увижу.
Теперь, когда мы все уладили, я расправила плечи и пошла рядом с ней.
― Пойдем выясним, как еще я могу их разозлить.
ГЛАВА 10
Лисандр
Долг перед семьей или нет, но я был готов покинуть двор. Я бросил сердитый взгляд на группу сплетничающих фамильяров, преграждавших проход в тронный зал. Неделю назад все здание было в упадке и покрыто пылью ― такое же забытое, как древние руины, где я проводил большую часть своего времени. Но новости распространялись быстро. Самые богатые ведьмы и вампиры уже прибыли в Венецию. Они собирались присутствовать на коронации Сабины. Я подозревал, что некоторые из них приехали только для того, чтобы не навлечь на себя ее гнев. Но именно то, что произошло после, привлекло в город весь магический мир. За одну ночь число придворных увеличилось в четыре раза. Половина из них жаждала увидеть новую королеву, а другая половина, вероятно, уже готовила заговор против нее.
По крайней мере, у меня все было не так плохо, как у моего брата. Он не смог бы выбраться из этого, даже если бы захотел. У меня были варианты.
― Ты не видел своих братьев? ― Ко мне подошел Доминик. Он сменил смокинг на черный костюм строгого покроя, подчеркивающий его мощную фигуру воина. ― Мне нужно поговорить с ними.
― Торен и Бенедикт где-то здесь. ― Я махнул рукой. Торен, вероятно, прятался. Он не любил толпу. А Бенедикт? Обычно он был за кулисами, смазывал колеса и пожимал руки. Это была его работа как семейного политика, он был тихим, держался особняком. ― Я думаю, они прячутся. Себастьян, как обычно, флиртует.
Со всем, что движется. Похоже, он был полон решимости устроить оргию, чтобы побороть свою скуку.
― Тея скоро займет трон, ― сказал он мне, понизив голос. ― Я бы хотел, чтобы все были рядом… на всякий случай.
  
Он был прав. Наш род не отличался сдержанностью. Распространились ли новости о том, что Тея не была ни вампиром, ни фамильяром? Я сомневался в этом. Отец рассказал мне о том, что скрывала от нас мать. Когда вампиры поймут, что Тея ― сирена или, что еще хуже, возможный суккуб, все может обернуться плохо. Корона обеспечивала ей защиту, но этого могло оказаться недостаточно. Королевы могли носить мишени так же легко, как и короны.