Хозяйка забытой усадьбы (СИ)

Однако мысли о джеме из жимолости не давали мне покоя. Уже в постели я уговаривала себя, что спуститься в погреб и запустить ложку прямо в горшочек – это плохая идея. И вовсе не стоило представлять, как вкусно мне будет, если запить джем молоком.
А утром обнаружилось, что зря я проявляла такую стойкость.
Джема в горшочке стало на треть меньше.
Наверное, Марсия не утерпела.
Я не стала делать из этого проблему. Оставшегося хватало с лихвой, жалеть несколько ложек сладости для того, кто бросил все и уехал с тобой на край страны, было глупо.
Кстати, было весьма странно, что Марсия до сих пор не появилась. Обычно она встаёт с рассветом. А сегодня горничная показалась, когда я уже заканчивала слоение.
С непривычки руки гудели от работы скалкой. Кажется, я поняла, почему пекари – обычно крепкие мужчины с мускулами, как у кузнеца. Марсия тоже выглядела, будто всю ночь мешки ворочала.
– Как спалось? – хихикнула я, представив ее в ночном чепце, пробирающуюся в погреб за джемом.
– Ужасно, – пожаловалась она. – Мне до утра мерещился шум где-то в подполе.
– Шум? – напряглась я.
С моей-то боязнью мышей я первым делом поставила защиту от грызунов.
– Наверное, после вчерашней находки перенервничала, – напомнив о сукне, отмахнулась горничная.
Это было вполне возможно.
Однако все равно становилось не по себе.
Правда, я тоже вчера перестраховалась. Несмотря на то что благодаря мастеру стала обладателем новенькой блестящей связки ключей, на ночь я все равно поставила свою дилетантскую сигналку. И не только на двери, но и на ставни, припомнив след в клумбе под кухонным окном.
Сплю я довольно чутко, я бы почувствовала, если бы кто-то попытался залезть в дом. Будем надеяться, что это действительно лишь разыгравшееся воображение Марсии.
– А что это будет? Круассаны? – загорелись глаза горничной, когда я стала нарезать тесто треугольниками.
– Да, – улыбнулась я её почти детскому восторгу. Вот бы и Горганз им также обрадовался.
Марсия, осознав, что она не просто проспала, но и оставила меня без печи, бросилась ее растапливать.
– Зря вы меня не разбудили, – винилась она. – Теперь она будет не такая горячая…
– Нам того и надо, – успокоила я ее. – Если внутри будет слишком жарко, то масло из теста сразу расплавится и вытечет.
Я с содроганием вспомнила, как меня распекал повар королевы Эслинн. Он кричал, что я безрукая и годна только картошку чистить, а я понять не могла, что не так. Не пригорело же… Теперь-то я узнала… После того как меня заставили делать одну за другой шесть партий круассанов.
Немного поразмыслив, только часть треугольничков я завернула вместе с застывшим джемом.
– А эти почему пустые? – разочарованно спросила сладкоежка-Марсия.
– Увидишь, – не стала я раскрывать интригу.
В конце концов, нам и самим позавтракать нужно, а возня с тестом и так отняла у меня немало времени. Кашу варить было уже некогда. Только и успеем, что выпечь круассаны, перекусить, и нужно будет идти в префектуру.
Будь она неладна.
Когда пушистые рогалики были вынуты из печи, парочку из них я надрезала пополам, положила внутрь лист молодого весеннего салата, дольку огурчика, кусочек маслянистой брынзы и полосочку сырокопчёного окорока, который после долгих раздумий был признан мной и Марсией достойным доверия.
Мы даже заварили не чай, а кофе, маленький мешочек с которым обнаружился в кладовке. Я не большой любитель, но сейчас это было уместно, ибо глаза закрывались у нас обеих, немного бодрости нам было просто необходимо.
По кухне плыли ароматы свежей выпечки и кофе. Круассаны удались, они были воздушными, а сочетание солоноватого окорока, свежего хрустящего огурчика и сливочности брынзы привело меня в такое благостное расположение духа, что я решила начать бесить наместника не сразу и выбрала самое свое скромное платье, и даже застегнула его на все пуговки.
Лишний повод я ему не подам для зубоскальства, но уверена, экзамен будет зажигательным.
Я ожидала от него чего угодно, но только не того, что вышло в итоге.
  
Даже не могла сказать с уверенностью, что я почувствовала – облегчение или разочарование, когда встретивший меня на крыльце префектуры Фабио сообщил мне, что лорд-герцог был вынужден незамедлительно отправиться по неотложным делам, и экзаменовать меня будет префект, которого в срочном порядке отозвали из отпуска.
– Госпожа Даргуа, как вы догадываетесь, префект не в духе. Постарайтесь его понять и не обижаться. Лорд Мортензи прибыл на рассвете, и, кажется, его оторвали от чего-то очень важного… – попытался предупредить меня секретарь.
Я лишь пожала плечами. После своего впечатляющего знакомства с наместником я была к любому повороту событий. Форталезас – кладезь неадекватных личностей. Это я уже усвоила.
Увидев же префекта, я обомлела. Встретив его где-нибудь на улице, я бы предположила, что это военный. Высоченный, мускулистый настолько, что камзол, казалось, сейчас затрещит на плечах, нос явно был не единожды перебит.
Лорд Морнтензи с горестным выражением лица сидел за столом, вцепившись в и без того стоящую дыбом шевелюру.
– У вас все в порядке? – не выдержав, поинтересовалась я причиной такого траурного вида.
– Нет, – признался тот несчастным тоном. – Это какое-то проклятье. Мне никак не дадут жениться. Каждый раз, что-нибудь да случается. Я так в девках останусь. А еще я хочу спать и есть, но кого это волнует?
Душераздирающе вздохнув, префект возвел глаза к потолку, но там сочувствующих тоже не нашлось.
А я поняла, что у Форталезаса нет шансов не остаться странным. С такими-то наместником и префектом.
– И что же, – помялась я, – невеста не вошла в ваше положение?
– Нету невесты, – еще печальнее произнес лорд Мортензи. – Я даже не успеваю сделать предложение. Вы замужем, как вас там… – он пошуршал бумагами на столе, – госпожа Даргуа?
За моей спиной прыснула Марсия.
– А я говорила, надо было брать красивое платье, – прошептала она мне.
Я только закатила глаза.
Мне было не очень понятно, отчего префект торопится жениться, на вид ему, как и наместнику, было не больше тридцати, но, в конце концов, у каждого ведь свои стремления, правда?
– Не замужем, но помочь я вам могу только в другом.
Достав из кармашка платок, я подхватила им из корзины, которую держала Марсия, пару сладких круассанов и один с окороком.
Лорд Мортензи сощурился:
– Взятка?
– Гуманитарная помощь, – не согласилась я.
Чуть принюхавшись, префект, видимо, решил, что стоит рискнуть. Круассаны исчезли в несколько секунд.
– Так вы говорите, вы не замужем?
– У вас, что, нет не только невесты, но и кухарки? – изумилась я.
– Есть, у меня все есть, кроме невесты, – снова вздохнул лорд Мортензи, но уже не так грустно. – Ну, что. Приступим.
Экзамен и я, и Марсия сдали блестяще.
Необходимость отвечать на идиотские вопросы несказанно подсластило выражение лица префекта, который впервые их увидел. А еще радовал факт, что теперь мне в префектуру нужно не раньше, чем через месяц, когда я смогу забрать разрешение на постоянное проживание в Северной провинции.
И солнце засветило ярче, и цветы сразу показались красивее, в общем, с полным ощущением, что жизнь удалась, мы возвращались домой. Возле дома старика Горганза я, забрав корзину с круассанами у Марсии, отпустила ее по своим делам, а сама позвонила в колокольчик на калитке.
Через несколько минут послышался голос, который я никак бы не назвала старческим.
– Кого принесло?
А вот насчет злобности, похоже, Рамиро не соврал.
– Добрый день, я недавно поселилась на этой улице. Хотела по-соседски угостить вас выпечкой.
– И что там у тебя? – чуть более заинтересованно спросил таинственный голос.
– Круассаны.
– Ну заходи, там открыто, – дали мне дозволение, а я внезапно оробела.
С трепетом я скользнула во двор и поднялась по крыльцу. Никого не увидев, я осторожно толкнула дверь. Меня ведь пригласили, правда же?